Верь в меня - Олег Рой

Мир засиял. Уходить не хотелось. Хотелось каких-то чудес и безумств.

– Да, именно так! – громко провозгласил Денис и даже пристукнул по столу кулаком. – Чудес и безумств!

Напротив него сидела очаровательная молодая девушка, которая сразу же привлекла внимание писателя, но даже головы в его сторону не повернула.

– Ну да, куда я ей нужен, такой старый хрен сорокалетний, – пробормотал Вишняков, переводя взгляд в окно. Там в его глаза бросилась огромная растяжка: «Московский кинофестиваль «Созвездие».

– Вот как круто! – пробормотал Вишняков. – Вот ведь что перед носом делается, а я сижу. Сижу и сижу на даче как дурак. А слабо ль тебе, гостюшка мой зазеркальный, перекинуть сейчас меня туда в качестве почетного гостя? Но… – он издал вялыми губами пьяный неприличный звук. – Но только по моим книгам даже сериалов ни разу не снимали…

Он налил себе еще рюмку, щедро расплескав водку на скатерть. Вокруг вихрились золотые огоньки. Это было очень красиво.

– Уишьнякоу? – вдруг громко раздалось откуда-то неподалеку. – Мистер Дэннис Уишьнякоу? Yes, I recognized you…^[6] это ви, мы узнал тебья!..

Писатель обернулся и увидел за столиком неподалеку шумную компанию каких-то иностранцев, которые махали руками, подзывая писателя к себе.

– Я? – переспросил он.

– Of course, it’s you!^[7] – воскликнули они вразнобой.

Он с трудом встал и подошел к ним нетвердой танцующей походкой. Какого же было его удивление, когда в бородатом лице одного из гостей он узнал всемирно известного американского кинорежиссера, Питера Джексона, который приехал на кинофестиваль в Москву!

– Питер? Is this really you?^[8] – спросил Вишняков и глупо хихикнул.

– In the morning I woke up like Peter! – захохотал тот в ответ. – And is this really you?^[9]

И он ткнул в сторону Вишнякова тонким покетом, на задней обложке которого помещалась их парная с Варенцовой фотография.

– Никогда бы не поверил! – воскликнул Денис, глядя на звезду Голливуда во все глаза.

А дальше они разговорились – Денис, с трудом понимая и в ответ изъясняясь на ломаном английском, который с грехом пополам вспоминал из школьной программы. Переводчица, которая сидела за одним столом с киношниками, помогала им переводить их нехитрую, в общем-то, беседу.

Как ни странно, живая легенда Голливуда был наслышан о русском писателе. Правда, только как о соавторе Варенцовой, потому что ее книги охотно и много переводились. Ну и, как водится, на эти книги его внимание обратила жена. Так получилось, что в последнее время Джексон подсел на тему Скандинавии, но ему хотелось не героического и красивого фэнтези типа «Властелина колец», а чего-то более брутального. И он был бы не против попробовать экранизацию в этой теме.

– Вы просите песен – их есть у меня! – воскликнул Денис, повторяя слова Мишки. При этом он сделал широкий жест и чуть не смахнул со стола бутылку. – Пожалуйста, четыре книги!

– О, прекрасно! – моментально отреагировал режиссер. – И это будут совсем неплохие деньги для нас с вами!

Сначала они общались через переводчицу, но вдруг Вишняков понял, что сам отлично способен говорить по-английски. Эта странность занимала его не более минуты, а потом он втянулся, и его понесло. Они со светилом современной киноиндустрии уже устроились за столом в обнимку, запанибрата, и Денис даже стал поправлять переводчицу, которая, как ему показалось, была не совсем точна по поводу некоторых нюансов в том или ином сюжетном выверте. Джексон хохотал во все тридцать два американских зуба и показывал большой палец. У него не оказалось визиток, и он нацарапал свои имейлы на ресторанной салфетке, которую Денис тут же спрятал в карман.

– А, ерунда, идею МХТ тоже в кабаке создали… – развеселился Вишняков. – Немирович со Станиславским тоже как надрались…

– Подрались? – задрал брови Джексон, и тут сам Денис захохотал.

Так хорошо, легко и свободно ему, пожалуй, никогда не было. Прошлая жизнь отлетела легким конфетти.

А потом Вишнякову показалось, что он бредит: за соседним столиком оказалось руководство Первого канала страны в полном составе. Он знал их в лицо, но чтобы вот так, почти запросто, почти за одним столом? Впрочем, это же кинофестиваль, почему бы и нет! Но что это?! – сам главный продюсер музыкальных и развлекательных программ смотрит на него дружески и… нет, не может быть! Делает приглашающий жест!

Денис извинился и, покинув свой столик, не без труда добрался до соседнего.

– Поговорим без конкурирующих свидетелей, а? – подмигнул продюсер и добавил, понизив голос и посматривая в сторону американцев. – Я поинтересовался у своей помощницы, а она у меня очень смышленая – снималось ли что-нибудь у нас по вашим книгам. Увы-увы, наше упущение…

Денис развел руками и ухмыльнулся. Ну а что он мог на это сказать?

– Надо же, Голливуд хваткий какой, отечественных авторов из-под носа уводит… – продолжал между тем продюсер. – Как насчет обсудить сериал про вашего скандинава? Не сейчас, конечно, а в более деловой и спокойной обстановке. Сейчас мы будем, пожалуй, отдыхать. Но!

Он поднял палец, призывая понять, что разговор этот не закончен.

Как ни был пьян Денис, но он понял, что в силу интереса к нему американских киноворотил и сам не останется незамеченным. Голова у него совсем пошла кругом.

И тут в разговор вступил еще один гость фестиваля.

Денис больше ничему не удивлялся – это был Нанни Моретти, «итальянский Вуди Аллен»! Он плохо говорил по-английски, да и по-итальянски тоже с трудом, поскольку достаточно много выпил. Да все достаточно много выпили, а что еще делать, когда все вокруг такие душки и так хорошо друг друга понимают! Моретти посетовал, что американцам, как обычно, достается все самое лучшее, на что Вишняков на чистейшем итальянском, которого раньше никогда не знал, ответил:

– Друг мой, на сей раз лучшее достанется именно вам! Ведь на что делает упор Голливуд? Правильно, на легкий и зрелищный заработок! А вы? Вы по всему миру славитесь как мастер фильмов-размышлений. Мало того, вы же в своих фильмах сами любите сниматься. И для вас есть потрясающая роль! Надеюсь, скоро увидит свет отличный роман, «Дьявол в сердце ангела». И смею надеяться, что его экранизируют!

– О! – поднял палец Моретти. – Сыграть дьявола так заманчиво… Пожалуй, со времен «Ребенка Розмари» и первого «Омена» ничего приличного в этом плане не делалось. А когда выйдет ваш роман?