Есть, молиться, любить - Элизабет Гилберт

Ее первой внятной реакцией (еще до того, как онарасплакалась, потому что поняла, что теперь у нее будет свой сад) были слова:«Прошу тебя, Лиз, ты должна объяснить всем, кто помог собрать эти деньги, чтоэтот дом не принадлежит Вайан. Он принадлежит всем тем, кто помог ей. Если кто-нибудьиз этих людей приедет на Бали, им никогда не придется останавливаться вгостинице, понимаешь? Пообещай, что передашь им это. Мы назовем его общимдомом… домом для всех…»

Тут Вайан поняла, что у нее будет свой садик, ирасплакалась.

Постепенно Вайан начала осознавать, сколько радости принесетей новый дом. Ее словно встряхнули, как дешевую брошюрку, и эмоции, как листки,разлетелись повсюду. Если у нее будет дом, можно будет устроить мини-библиотекудля всех ее книг по медицине! И аптеку с традиционными лечебными снадобьями! Инормальный ресторан с настоящими стульями и столами (ведь всю хорошую мебельпришлось продать, чтобы расплатиться с адвокатом по разводам). Если у нее будетсвой дом, ее имя наконец появится в путеводителе «Одинокая планета», составителикоторого уже давно хотели упомянуть ее клинику, но не могли сделать этого, таккак у нее не было постоянного адреса. Если у нее будет свой дом, Тутти однаждысможет устроить праздник в честь дня рождения!

Но потом Вайан осеклась и посерьезнела.

— Как мне отблагодарить тебя, Лиз? Я все, что угодно,бы тебе отдала. Будь у меня муж, которого я любила, — я бы отдала его!

— Мужа можешь оставить, Вайан. Главное — проследи,чтобы Тутти поступила в университет.

— Что бы я делала, если бы ты не приехала на Бали?

Но я не могла не приехать. Мне вспомнилось одно из моихлюбимых суфийских стихотворений, где говорится: «Бог давно очертил кругом напеске то место, где ты сейчас стоишь». Я не могла не приехать на Бали. Этогопросто не могло не случиться.

— А где ты построишь новый дом, Вайан?

Как игрок юниорской лиги, давно положивший глаз набейсбольную перчатку в витрине, как романтическая особа, уже в тринадцать летзнавшая фасон своего свадебного платья, Вайан давным-давно присмотрела участокземли. Он находился в центре соседнего поселка, подсоединенного к городскойсистеме водо- и электроснабжения. Рядом была хорошая школа для Тутти, ирасположение в центре было удобным для пациентов и покупателей, которые моглибы дойти туда пешком. А братья помогут ей построить дом. У нее уже все былорешено, кроме разве что цвета стен в спальне!

Тогда-то мы и отправились к консультанту по финансам инедвижимости, бывшему гражданину Франции, который любезно предложил лучшийспособ перевести деньги. Он посоветовал не усложнять дело и сделать переводнепосредственно с моего счета на счет Вайан, чтобы она сразу могла купить землюили дом, а мне не пришлось бы становиться владельцем недвижимости в Индонезиисо всей вытекающей канителью. При переводе на сумму меньше десяти тысяч доллароввнутренняя налоговая служба и ЦРУ не станут подозревать меня в отмывании денегнаркомафии. Мы отправились в небольшой банк, где у Вайан был счет, обсудили сменеджером порядок денежных переводов. Подытожив нашу встречу, менеджер сказал:

— Что ж, Вайан, через несколько дней после того, какденьги будут переведены, на вашем счету окажется около ста восьмидесятимиллионов рупий.

При этих словах мы с Вайан переглянулись и разразилисьсовершенно неуместным смехом. Какая огромная сумма! Мы пытались взять себя вруки — как-никак сидим в солидном кабинете банковского управляющего, —однако никак не могли остановиться. Так и выкатились из банка, как двеалкоголички, хватаясь друг за друга, чтобы не упасть.

— В жизни не видела, чтобы чудо случалось буквально наглазах, — сказала Вайан. — Все это время я просила Бога: пожалуйста,помоги Вайан. А Бог, видно, попросил Лиз: пожалуйста, помоги Вайан!

— А Лиз попросила всех своих друзей: пожалуйста,помогите Вайан!

Мы вернулись в лавку и обнаружили Тутти, только что вернувшуюсяиз школы. Вайан упала на колени, обняла ее и воскликнула:

— Дом! Дом! У нас теперь есть дом!

Тутти очень похоже притворилась, что падает в обморок,театрально завалившись на пол.

Среди всеобщей радости я заметила сироток, наблюдавших запроисходившим из своего укрытия на кухне. Они смотрели на меня, и в их лицахчиталось не что иное, как испуг. Вайан и Тутти торжествующе прыгали по комнате,а я задумалась: что на уме у сироток? Чего они так боятся? Неужели думают, чтоих не возьмут в новый дом? Или это я такая страшная, потому что наколдовалакучу денег ниоткуда? (Сумму столь немыслимую, что не иначе как не обошлось безчерной магии?) А может, когда жизнь так пошвыряет, любые перемены кажутсякатастрофой?

Когда восторги наконец поутихли, я спросила Вайан на всякийслучай:

— А как же Большая и Маленькая Кетут? Скажешь имхорошую новость?

Бросив взгляд на девочек в кухне, Вайан, должно быть,увидела ту же неуверенность на их лицах и тут же подбежала к ним и притянула ксебе, прошептав утешительные слова им в макушечки. Сиротки обмякли в ееобъятиях. Потом зазвонил телефон, и Вайан попыталась высвободиться, чтобыответить, но тощие ручки малышек Кетут отчаянно цеплялись за названую маму, ихголовы зарылись ей в живот и подмышки, и даже спустя долгое время ониотказывались ее отпускать — с упрямством, какого я раньше в них не замечала.

Поэтому к телефону подошла я.

— Центр традиционной медицины, — сказала я. —Добро пожаловать на нашу грандиозную финальную распродажу!