Спасенная с "Титаника" - Лия Флеминг

На третий день своего приезда Селеста встретила Хэрриет в холле. Та стояла, беспокойно потирая руки.

– Родерик, твой отец вернулся раньше. Он в гостиной.

– Отлично, – с вызовом произнесла Селеста. – Нам давно пора побеседовать.

Хэрриет шагнула вперед, собираясь пойти вместе с ней, но Селеста жестом остановила ее.

– Благодарю, не нужно меня провожать. То, что мы будем говорить друг другу, не предназначено для чужих ушей.

Несмотря на напускную храбрость, Селеста внутренне трепетала. Побледнев от волнения, она оправила юбку и призвала на помощь весь свой боевой дух. Я уже не та серая мышка, которой была раньше. Я ничем не хуже его, если не лучше.

– Итак, блудная дочь вернулась? – Гровер стоял у камина, засунув руки в карманы жилета, и оценивающе рассматривал ее.

Селеста пропустила колкость мимо ушей.

– Гровер, я рада, что мы наконец встретились. Ты много сделал для Родди. Благодаря школе и Хэрриет он стал джентльменом.

– Значит, ты уедешь в свою деревню с мыслью, что он там, где ему лучше всего.

Почему Личфилд вызывает у Гровера неизменное презрение?

– Отнюдь так не думаю. Акрон тоже не назовешь столицей мира, верно?

– Это один из самых процветающих городов штата. Он идет в ногу со временем: как видишь, у нас есть автомобили, самолеты, резиновая промышленность развивается огромными темпами. Перед Родериком открываются прекрасные возможности.

– Сомневаюсь, что он хочет именно этого, – возразила Селеста. – Я читаю в его глазах тягу к странствиям. Мне кажется, ему нужно поездить по миру. – Она посмотрела на мужа, рассчитывая увидеть хоть искорку понимания, однако Гровер оставался холодным и непреклонным.

А он постарел, заметила Селеста. Волосы тронуты сединой, на щеках – лиловатые прожилки, над ремнем явно выпирает брюшко. Словно прочтя ее мысли, Гровер ощетинился:

– Тебя это не касается. У нас есть определенные планы на его будущее.

– А что, если у Родди свои собственные планы?

– Прекрати называть его этим дурацким детским именем! Моего сына зовут Родерик.

– Для меня он всегда будет Родди.

– Как угодно. Ты приехала, повидалась с ним… чего тебе еще? Уходи.

Селеста не сдвинулась с места. Она уже не боится этого человека. Гровер насквозь пропитан ложью и жестокостью. Неужели когда-то она находила его привлекательным? Что она в нем нашла?

– Мы должны обсудить еще один вопрос.

– В самом деле? И какой же? – Гровер ухмыльнулся.

– Наш брак распался много лет назад. Не пора ли положить конец этому фарсу? Меня учили верить в святость семейных уз, но мы с тобой давно чужие друг другу, так к чему притворяться?

– Тебе нужен развод, чтобы выскочить замуж за красавчика-моряка? Не заговаривай мне зубы, Селестина. Я все знаю про твоего Арчи Макадама.

– Арчи мне просто друг, а вот ты ухаживаешь за симпатичной молодой женщиной, как сообщил Родди.

– Не впутывай сюда Луэллу! Я мог бы подать на развод за твое дезертирство, однако не буду этого делать. – Гровер холодно улыбнулся.

– Родди смущает такое положение вещей, он разрывается между нами. Мы подаем ему дурной пример.

– Тебе следовало подумать об этом раньше, до того как бежать из дома.

Селеста не собиралась так легко сдаваться.

– Ты знаешь, почему я бежала. Всем сердцем надеюсь, что со своей новой подружкой ты обращаешься лучше, чем со мной.

Гровер выпрямился, его глаза налились кровью.

– Она знает свое место, в отличие от тебя! Если хочешь подавать на развод, пожалуйста. Посмотрим, что у тебя получится. Да и Родди знает, что для него лучше.

– Очень хочется верить, что это так – ради его же блага. Сын – то единственно ценное, что вышло из нашего брака. Он должен иметь право самостоятельно выбирать жизненный путь.

– Родерику не терпелось оторваться от твоей юбки. Он постоянно писал, что в Англии ему все наскучило.

– Едва ли это правда. И какой отец будет опаивать снотворным собственного ребенка, чтобы потом пронести его на борт корабля, словно контрабандный товар?

По крайней мере, Гроверу хватило совести покраснеть.

– Такой, который знает, что необходимо мальчику, чтобы вырасти настоящим мужчиной! – надменно ответил он, и Селеста поняла, что ее страхи насчет похищения Родди оправдались.

– Он был маленьким мальчиком и ничего не понимал, но сейчас многое осознает. На твоем месте я бы остерегалась, иначе однажды ты получишь от сына неприятный сюрприз. – Взаимные обвинения распалили гнев в обоих. Селеста с трудом сдерживалась. – Я села на «Титаник» и вернулась из Англии только из-за Родди. Порой я думаю, лучше бы мне утонуть в ту ночь!

– Жаль, что этого не произошло, избавила бы нас от массы проблем. Все, ты сказала достаточно, теперь уезжай.

– Уеду, когда сочту нужным! – крикнула Селеста. Находясь в одной комнате с Гровером, она испытывала отвращение к нему и в то же время странную уверенность в своих силах.

– Посмотрим, посмотрим. Кстати, тут принесли телеграмму, в ней что-то насчет твоей подруги-нищенки. Тебе, видимо, будет интересно узнать…

Гровер швырнул ей листок. Телеграмма была уже вскрыта. Селеста прочла содержание и устремила на мужа взгляд, полный нескрываемого презрения. Он нарочно придерживал новость для этого момента.

– Ублюдок!

Издевательская усмешка Гровера сказала все без слов. Он смотрел, как побледневшая Селеста перечитывает телеграмму. Покачав головой, она вылетела из гостиной и яростно хлопнула дверью.

– Вызовите такси! – рявкнула она Хэрриет, топтавшейся под дверью. – Я еду домой!

* * *

Селеста с чемоданами стояла на перроне в ожидании поезда на Нью-Йорк. Хлестал дождь. Родди был ошеломлен известием о внезапном недуге Мэй, как и тем фактом, что отец знал об этом уже не один день, поскольку телеграмму прислали на адрес его офиса.

– Я напишу Элле, обязательно напишу, – пообещал он Селесте. – Жаль, что ты уезжаешь. У тебя расстроенный вид. Это из-за папы? Что он сказал?

– Все то же, что и прежде… Мне действительно пора. Ты добьешься успеха, чем бы ни решил заниматься. Я верю, что, когда придет время, ты будешь делать свое дело честно и достойно. Знай: ничто и никто не разорвет ниточку между нами, хоть мы и должны расстаться. Боюсь, с Мэй что-то серьезное. Она мне как сестра. Да, мы с ней принадлежим к разным классам, но та ночь на «Титанике» связала нас навсегда. Это нельзя объяснить. Возможно, когда-нибудь ты переживешь что-то похожее. Это особая дружба, выкованная в пламени страшных событий. Порой мне кажется, что «Титаник» будет преследовать меня до последнего вздоха, и все же благодаря ему я встретила Мэй и за это благодарна Создателю. Она заботилась о моем отце, ухаживала за мной, когда папа умер, а ты… Теперь понимаешь, почему я просто обязана вернуться?