Хромосома Христа, или Эликсир бессмертия - Владимир Колотенко

– Три, с самыми длинными стеблями, – попросил я цветочницу.

– Il est bon? Берите семь…[13]

– It's, okay, – сказал я. – Oh, isn't it lovely![14]

Я узнал ее сразу, как только она появилась на пешеходной дорожке. Я не мог ее не узнать! Ее фигура, ее походка, ее поворот головы, когда она о чем-то спросила сопровождавшего ее крепкого парня в желтой безрукавке и линялых джинсах, все было знакомо до кончиков пальцев, до корней волос.

– Познакомься, это Анри, – сказала она, улыбаясь. – Как тебе наш Париж?

Это «наш Париж» прозвучало так вызывающе просто, словно Аня спросила, не простыл ли я.

– Это тебе, – сказал я и протянул ей розы.

Затем я, бросив короткий взгляд на ее спутника, назвал себя и пожал протянутую мне руку. При этом Анри что-то сказал по-французски, на что я только кивнул. Мы пошли по направлению к автостоянке, Анри плелся сзади. Аня сказала:

– Месяц тому назад я не заметила седины на твоих висках. Что-то случилось?

Я улыбнулся.

– Ты к нам надолго?

Улыбка сошла с моего лица, я остановился и посмотрел Ане в глаза.

– Пока не увезу тебя отсюда.

Аня, казалось, не слышала моих слов. Мы прошли несколько метров в молчании, затем она спросила:

– Где ты остановился?

– В Булонском лесу.

Аня как раз искала в сумочке ключи от автомобиля, и на мою шутку никак не прореагировала. Затем сказала:

– У меня к тебе тоже деловое предложение.

Ее запахи меня всегда очаровывали.

– Ты прекрасно выглядишь!

– Мог бы сказать мне об этом в прошлый приезд.

Она сама села за руль красивой красной машины с открытым верхом. Анри расположился рядом, а я забрался на заднее сидение.

– Так где ты остановился?

– В «Бристоле». Я люблю трюфеля.

– Перебирайся ко мне.

Меня просто ошеломило ее предложение.

– Этот Анри, – спросил я, – твой… Кто он?

Что это – ревность? Я был убит наповал собственным вопросом.

– Зачем ты спрашиваешь?

– У него есть ты. Я бы с ним поменялся местами.

– Ему нелегко…

Я не отрываясь смотрел на ее роскошные, исхлестанные встречным ветром рыжие волосы, на знакомые хрупкие и сильные загорелые плечи, открытую спину с милой цепочкой шелковых позвонков. Наш разговор был ни о чем.

– Нет, я не устал, – сказал я, когда она проявила заботу о моем самочувствии, – ты же знаешь, что я готов работать часами.

– Показывать время? – пошутила она.

Мы уже знали, что только оставшись вдвоем, мы сможем сказать друг другу те слова, которые снова сделают нас близкими, может быть, парой. Нужно было избавиться от Анри, и я понимал, что это случится при первом удобном случае. Он что-то говорил, но Аня, отвечая ему, не слышала его. Поэтому он так часто переспрашивал. Ее неподвижная голова, сжатые губы, чуть выдвинутый вперед подбородок и крепко сжатые пальцы на кожаной желтой оплетке рулевого колеса, все это свидетельствовало о ее продвижении к цели и было хорошо мне знакомо. О чем она думала? И какую цель преследовала сейчас?