Океан. Белые крылья надежды - Филип Жисе

Леопольдо приблизился, взял из ее дрожащих рук кольцо.

Она смотрела на него, не отрывая взгляда, в груди творилось что-то непонятное. Видела, как он взял из ее рук кольцо.

– Ты не против? – спросил.

Ангелика только мотнула головой. В тот же миг кольцо, касаясь кожи ее безымянного пальца на левой руке, медленно двинулось к основанию пальца, замерло на середине.

– Я забыл спросить, – Леопольдо улыбнулся. – Ты все еще хочешь стать моей женой?

Ресницы Ангелики хлопнули, раз, другой. В глазах блеснули слезы. Ничего не сказала, только кивнула.

Кольцо продолжило путь и, в конце концов, замерло у основания пальца. Между тем пальцы Леопольдо не спешили расставаться с ним, наконец соскользнули с мертвого металла и коснулись живой кожи, ее кожи. Как же долго он мечтал об этом. Как же долго молил небеса дать ему еще один шанс увидеть ее. Он уже и забыл, какая у нее нежная кожа, кожа, которую хочется касаться снова и снова. Леопольдо накрыл ее ладонь своей.

Ангелика чувствовала, что еще немного и упадет. Столько всего. За один раз. Это не в силах стерпеть ни один человек. Внутри нее все пылало, кожа горела и мерзла одновременно. Слезы, одна за другой, побежали по щекам.

– Иди ко мне, – шепнул Леопольдо, словно боялся, что громкий голос может разрушить такое желанное, но такое хрупкое настоящее, взял девушку за ладонь и легонько потянул на себя.

Ангелика рухнула ему в объятия и зарыдала. Леопольдо обнял ее, прижал к груди, чувствуя, как пелена застилает глаза. Он так долго об этом мечтал. Вновь почувствовать тепло ее тела, биение ее сердца. Какое же это было блаженство. Слеза скатилась по щеке и затерялась среди росыпи ее волос.

– Как же долго я об этом мечтал, – шепнул Леопольдо, проводя рукой по ее волосам. – Разум убеждал забыть о тебе, а сердце молило оставить все и отправиться на поиски, будто знало что-то, что было неведомо глупому разуму.

Ангелика теснее прижалась к его груди, руками обвила за талию. Его рубашка пропиталась ее слезами, но это вряд ли кого интересовало в этот миг. Синьора Полетте тихо утирала слезы, за ней прятался синьор Дорети с влажными глазами. Только маленькая Луиза хлопала своими большими глазками в сторону Ангелики и Леопольдо, сидя на колене у синьоры Полетте. Внезапно оттолкнулась от колена и упала на траву, затем поднялась на маленькие неокрепшие ножки и сделала шаг по направлению к Ангелике и Леопольдо, еще один.

Из груди синьоры Полетте вырвался вздох удивления.

– Ангелика! – воскликнула женщина. – Смотри! Смотри, милая! Луиза пошла!

Ангелика повернула голову, и улыбка скользнула на ее заплаканное лицо. Луиза стояла в метре от нее и улыбалась во весь рот. Сделала еще один шаг, но тут не удержалась и упала. Синьора Полетте испуганно вскрикнула и потянулась к девочке, но та встала на коленки, поднялась на ножки. На лице девочки по-прежнему светилась довольная улыбка.

Леопольдо улыбнулся, отпустил Ангелику, сделал шаг по направлению к девочке и присел на корточки, вытянул руки.

– Давай, малышка. Иди ко мне. У тебя все получится.

Луиза взмахнула ручками, что-то пролепетала и шагнула к Леопольдо. Еще один шаг и еще. За спиной девочки синьора Полетте лила слезы от умиления, а синьор Дорети нежно поглаживал ее по плечу и улыбался. Луиза еще раз упала, прежде чем добралась до Леопольдо, но, как и раньше, поднялась на ножки и продолжила движение, подчиняясь незримому закону мироздания – двигаться, двигаться, двигаться. Наконец ее ручки коснулись рук Леопольдо, тот взял девочку на руки и повернулся к Ангелике, приблизился к ней и обнял за талию, притянул к себе.

– Нам тебя не хватает.

Ангелика положила голову Леопольдо на грудь. На лице девушки сверкала улыбка, а в глазах светилось счастье.

– Leopoldo! Leopoldo! – тишину острова расколол чей-то крик.

Леопольдо поднял голову. Улыбнулся, узнав голос кричавшего мужчины.

– Where are you?! I repaired the fucking engine! Where are you^[186]?!

– Кто это? – Ангелика заглянула в глаза Леопольдо.

– Это мой друг.

– Но что он кричит?

– Мы едем домой, моя любовь, – Леопольдо крепче прижал к себе Ангелику. – Мы едем домой.

Рано утром яхта Джека Рами отчалила от острова Надежды (как его окрестил сам Джек) и взяла курс на Бермуды. Леопольдо стоял на носу яхты, обняв Ангелику за талию и положив ей голову на плечо. Взгляд его, как и взгляд девушки, блуждал где-то там, далеко-далеко, там, где небо целует океан, где они, сливаясь в вечном единении, превращались в одно целое, в некий, никогда не существовавший ранее организм с одним телом, одной душой.

Леопольдо ощущал, как прохладный утренний ветерок гуляет по телу, теребит волосы на затылке и щекочет ноздри. Чувствовал, как его сердце бьется в ритм с сердцем Ангелики медленно и тихо. Чувствовал тепло ее тела, ловил носом его запах, наслаждался им, точно сладостным ароматом нектара – того самого, что пили древнегреческие боги, сидя на Олимпе^[187] и посматривая вниз на тот поднебесный мир, который они создали не иначе как себе на потеху. Справа, словно из-под воды показалось солнце, зависло над горизонтом, точно удивленное странными двуногими существами, которые посмели проснуться раньше его, и поплыло по небу, возвещая о приходе нового дня.

Сзади доносился голос Джека, пытавшегося втолковать италоговорящему синьору Дорети, ни с того ни с сего возжелавшего научиться управлять яхтой, принцип работы анемометра^[188]. Из каюты слышался голос синьоры Полетте, пытавшейся уложить досыпать маленькую Луизу. Слышал шум волн за бортом, крики птиц, несшиеся с удалявшегося острова. Все эти звуки он отмечал, но и только, не отвлекался на них, сосредоточившись на той драгоценности, которую прижимал к груди, прижимал так, словно боялся потерять. Волосы Ангелики щекотали ему щеку, но он и на это не обращал внимания, наслаждался теплом и тишиной, что поселились в его сердце со вчерашнего дня.

Все это было неважно. Весь тот удивительный и неповторимый мир, что смотрел на него в эти ранние часы, был в эти минуты для него чем-то второстепенным, чем-то, что может подождать. Даже то неясное будущее, что ждало его за горизонтом, влекло его намного меньше, чем самая короткая волосинка на голове Ангелики. Как он вернется домой с неполной тысячью долларов в кармане? А ведь он не один. Вчера этот вопрос долго обсуждали. Джек предложил обратиться за помощью в ближайшее итальянское посольство. На Бермудах его не было, но было в США, на Багамах, на Кубе. Вариант с США отбросили сразу: мало ли что может взбрести нервозным янки, могут объявить террористами и упечь за решетку. В итоге предпочли англоязычные Багамы, раскинувшиеся недалеко от Флориды, испаноговорящей Кубы. Оставалось туда добраться. Джек предложил свои услуги, но Леопольдо отказался – не хотел лишний раз рисковать, все же расстояние от Бермуд до Багам было значительным, а яхта Джека была не из новых. Леопольдо вспомнил о Джиме из Гаваны и его самолете, благо, прежде чем расстаться, тот оставил Леопольдо номер своего мобильного. Решили, как только доберутся до Бермуд, отдохнут пару дней дома у Джека, а потом вызовут Джима… Но все это будет потом, а сейчас, сейчас важно только настоящее.