Свет в океане - М. Л. Стедман

Когда от солнца, опускавшегося в воду, осталась видна лишь узкая полоска, Том сел в шезлонг на веранде. На кресле Изабель лежали подушки, которые она сделала сама и украсила вышивкой со звездами и месяцем. Ветер утих, и облака на горизонте окрасились в яркий оранжевый цвет. В сумеречном воздухе вспыхивал луч маяка Хоуптауна. Теперь он включался автоматически — с тех пор как закрыли порт, смотрители на нем стали не нужны. Том вспоминал маяк на Янусе, о котором так долго заботился. Он по-прежнему светил где-то на самом краю земли, давая людям луч надежды посреди мглы.

Его руки хранили память о легком тельце младенца, которого дала подержать ему Люси, вызывая воспоминания о ней самой, когда она была такой же крошечной, и о сыне, которого ему довелось держать так недолго. Если бы он выжил, судьбы стольких людей сложились бы иначе! Том долго об этом размышлял и со вздохом прогонял эти мысли. Ничего изменить нельзя. Он прожил жизнь так, как прожил. Он любил ту женщину, которую любил. И никто и никогда в этом мире не проживет точно так же, как он. И это правильно. Ему так не хватает Изабель — ее улыбки, ее прикосновений. Слезы, которым он не давал воли в присутствии Люси, теперь текут по его щекам.

Он оглядывался назад, где полная луна поднималась по небу, будто заступив на смену умершему солнцу. Любой конец — это всего лишь начало чего-то другого. Маленький Кристофер будет жить в таком мире, представить который просто невозможно. Кто знает, может, в этом мире не будет войн? Люси-Грейс тоже будет жить в мире будущего, о котором можно только строить догадки. Если ее любовь к сыну будет хотя бы вполовину той, что испытывала к ней Изабель, с мальчиком все будет в порядке.

Его собственный жизненный путь еще не завершен. И он знал, что ни один прожитый день и ни одна встреча с новыми людьми не проходят для человека бесследно. Шрамы — это всего лишь другие формы памяти. Изабель, где бы она сейчас ни была, всегда будет такой же неотъемлемой частью его жизни, как маяк, океан или война. Все люди смертны и со временем обязательно уйдут в небытие, и только надгробия поросших травой и заброшенных могил будут единственным свидетельством того, что и они когда-то проделали свой неповторимый жизненный путь.

Том смотрел, как океан погружался в ночь, и знал, что завтра обязательно наступит новый день.