Великий полдень - Сергей Морозов

— То есть как — вытянуть? Что вытянуть?

Жена смерила меня с головы до ног насмешливым взглядом и после долгой паузы с презрением вымолвила:

— Александру сказали, что его папочка размечтался насчет Майи. Что он спит и видит, как бы уйти из дома и поселиться в ее апартаментах в Москве.

Я непроизвольно посмотрел в окно — туда, где сияли огни Москвы. Должно быть, жена проследила мой взгляд и насмешливо поинтересовалась:

— Ну, что? Скажешь, все это детские фантазии?

Ах, если бы я сам что-нибудь понимал!.. Мне претило отпираться и лицемерить, тем самым провоцировать язвительность жены, а затем отшучиваться.

— А ты, — серьезно спросил я, — что ты об этом думаешь? Что если бы нам с тобой действительно пришлось расстаться?

— Как хочешь, — быстро ответила жена. — Хочешь расстаться — расстанемся. Только будь добр, — холодно прибавила она, — изволь предупредить меня заранее. Постарайся, чтобы я больше не сгорала от стыда и не чувствовала себя дурой… — Она сделала паузу, и мне показалось, что вот теперь-то у нас и состоится настоящее выяснение отношений. Но ничего подобного не произошло.

— Спокойной ночи, — также холодно и насмешливо сказала она, — пусть тебе приснятся хорошие сны! — И, оборвав разговор, который явно не был закончен, как ни в чем не бывало вышла из комнаты.

Немного погодя Наташа и наши старички уселись смотреть телевизор, а я заглянул к Александру. Мне казалось, я должен откровенно обсудить с сыном то, что произошло. Я еще не знал, как объясню ему все, но почему-то был уверен — он поймет меня. Было уже довольно поздно, а он все еще сидел за компьютером. Был ли это «Великий Полдень» или что другое, я не успел рассмотреть. Как только я вошел, Александр тут же переключился на другую программу, а затем и вовсе выключил компьютер. Честно говоря, меня это неприятно резануло, но я решил, что не стоит обращать внимания на подобные мелочи. Я присел на край стола, а Александр взял школьную сумку и, как мне показалось, принялся рыться в ней, без нужды перекладывая тетради и книги.

— Как дела? — поинтересовался я и вдруг поймал себя на том, как формален и в сущности пуст этот мой всегдашний вопрос. Вероятно, Александр давным-давно перестал на него реагировать.

— Нормально, — ответил мальчик.

— Как «Великий Полдень»? Удалось поправить то, что приключилось из-за меня?

— Угу, — нехотя откликнулся Александр.

Вдруг я заметил, что нигде не видно его плюшевого любимца Братца Кролика.

— А где же наш любимый Братец Кролик? — вырвалось у меня.

Александр не ответил и продолжал возиться со школьной сумкой. Я повторил вопрос. Александр бросил на меня быстрый взгляд, но тут же отвел глаза.

— Разве ты забыл, папочка, — сказал он с тем равнодушием, в котором было столько сходства с Наташиной манерой изображать безразличие, — мы еще в тот раз с ним разобрались. Во Дворце, при помощи огнемета.

— Я про настоящего Братца Кролика, — смутился я.

— Разве ты не знаешь, что настоящего братца кролика вообще не существует?

— А вот это, как говорится, еще не факт, — подмигнул я сыну. — Но в данном случае я имею в виду его плюшевую имитацию. Где твоя любимая игрушка?

— Она не моя любимая, — пробурчал мальчик. — К тому же она была поломана…

— А все-таки — где Братец Кролик?

— Кажется, я оставил его в Деревне, — покраснев, сказал он. — Я уж и забыл про него… Кажется, он вообще потерялся, — прибавил он, покраснев еще больше.

В этот момент я даже забыл, для чего зашел к сыну и о чем собирался с ним потолковать. Меня обескуражила эта новость. Я понял, что сын мне лжет и что на самом деле произошло с Братцем Кроликом в Деревне. Меня пронзила жалость к малышу. Захотелось обнять мальчика, погладить по голове, утешить. Это было нелепое желание. Я бы утешал себя, а не его.

— Значит, вы с Косточкой помирились? — грустно спросил я.

— А мы с ним и не ссорились, папочка, — пожал плечами Александр.

Он наконец закончил перекладывать тетради и, взглянув на часы, сказал:

— Пойду почищу зубы перед сном.

— Умница, — кивнул я.

Александр отправился в ванную, а я встал и, достав из шкафчика постельное белье, тщательно постелил ему постель, взбил подушку, откинул край одеяла и присел на край кровати.

Что я мог с этим поделать? Не мог же я запретить Наташе возить Александра в Деревню! Кроме того, я вовсе не был против того, чтобы он дружил с Косточкой. Несмотря на инцидент с игрушками, я не считал Косточку злым или жестоким. Но мне хотелось, чтобы их дружба возобновилась не такой ценой. Мне было жаль, что Александр расстается с милыми детскими иллюзиями подобным образом. К тому же я надеялся, что у него со временем появятся новые друзья.

Александр умывался и чистил зубы на редкость добросовестно и долго.

— Ты пожелал спокойной ночи маме и нашим старичкам? — спросил я, когда он, наконец, вернулся в комнату.

Он кивнул.

— Тогда ложись, — сказал я.

Александр нехотя забрался под одеяло, а я заботливо его укрыл со всех сторон. Конечно, не стоило так нянчиться с ним, не такой уж он был у нас малыш. К тому же он был мальчик. Но, каюсь, на этот раз я не смог удержаться. Повторяю, если я кому и сочувствовал, кого и хотел успокоить в этот момент, то, пожалуй, самого себя.

— Ты, папочка, наверно подумал, что я отдал Братца Кролика Косточке? Что я ему поддался? — вдруг спросил Александр.

— А разве не так?

— Я ему не поддавался.

— Но Братца Кролика все таки отдал, да?

— Косточка не требовал, чтобы я его отдал. Ты говоришь, а сам даже не знаешь, как было.

— Хорошо, тогда расскажи как было…

— Я сам так решил. Вот и все.

Я лишь покачал головой. Мне было так грустно, как будто я тоже простился с какими-то прекрасными иллюзиями. Даже если ему было что рассказать, он предпочитал отмалчиваться и этим походил на мать. Некоторое время мы молчали. Я уже хотел уйти и оставить его в покое.

— Значит, мамочка тебе рассказала, как меня… дразнили? — глядя в сторону, выдавил из себя Александр.

Я вздрогнул. Что я мог ему объяснить, какие слова подобрать? Что он еще маленький и что, когда подрастет, все поймет? Увы, ничего другого я не мог ему сказать.

— Кто тебя дразнил? Опять он — Косточка? — тихо спросил я, не зная, куда деваться от стыда и тоски.

Александр энергично замотал головой. Нет, Косточка его не дразнил. Напротив, он по дружески защитил его от насмешек. Постепенно из его сбивчивого рассказа я выяснил, как именно обстояло дело.

Во время одного из визитов в Деревню Наташа, как обычно, уединилась с Мамой, а Александра препоручила заботам дяди Володи.