Большой бамбук - Тим Дорси

— Выходит, они все время находились в сговоре с преступниками.

— Но убийства они не планировали, — заметил Римснайдер. — Просто были соучастникам и…

— И все покрывали, — включился в разговор Бэбкок.

— Одобрили закладку той улики в багажник.

Начальник кивнул.

— Возьмите их и подключите к этому делу общественное мнение. Страшно подумать, какая поднимется шумиха.

Детективы встали и собрались уходить.

— Сэр, тот парень, которого мы арестовали, — произнес Бэбкок.

— Черт! — Начальник закрыл глаза, потер спинку носа и снова открыл глаза. — Выпустите его. Назначьте через час пресс-коференцию. Надо, чтобы его оправдание освещалось в прессе столь же громко, как и арест. Сделайте все, чтобы восстановить его доброе имя… Бедняга…

— Будет сделано.

На выходе из кабинета Бэбкока и Римснайдера чуть не сбил с ног запыхавшийся лейтенант.

— Сэр, братья Глик!..

— Знаем, — ответил начальник. — Мы только что прослушали кассету…

— Кассету?

— Да, кассету. А что ты имел в виду?

— Нам только что позвонили из концертного зала «Голливудская чаша».

Серж шлепнул рукой по рулю.

Коулмен открыл банку пива.

— Что случилось?

— Когда нужно, этих гребаных лягушек ни за что не найдешь.

— Пока что у меня нет концовки.

— У меня есть концовка, — сообщил Коулмен.

— Какая?

— Когда-то давным-давно мы с моими корешами-торчками пошли на ночной сеанс. «Одиссея 2001 года», слышал про такой фильм?

— Ты еще спрашиваешь!

— Мы реально прибалдели! Там в конце астронавт проплывает через космическое пространство. Мы с ребятами просто протащились от этих психоделических штучек, что проплывали мимо него. Неожиданно все разом возьми да заори: срань господня! Оказывается, конец вселенной — это комната одного старого чувака!

— И что?

— Вот тебе и концовка.

— Что? Комната какого-то парня? Чушь собачья.

— Торчки поймут это как надо.

Серж вздохнул и посмотрел в зеркало.

— Ну как, видна вам ваша концовка? Вы в кино.

Тихие сдавленные рыдания.

— От этих тоже мало толку, — сказал Серж. — Я… одну минутку, я вижу ее. Вот она, наша концовка!

Он съехал на параллельную полосу, чтобы свернуть на дорогу № 405, и повел машину в южном направлении. Чуть дальше аэропорта они съехали в сторону и взяли курс на океан. Выбравшись на бульвар Пало-Верде, «себринг» покатил вдоль берега. Коулмен выглянул в окно.

— Куда мы едем?

— Я же сказал тебе, это большая буква W!

— Что?

— «Это безумный, безумный, безумный мир»!

— Классный был фильм, — признался Коулмен. — Все, в конце концов, оказываются у перекрещенных пальм.

Проехав около полумили, Серж свернул налево и взволнованно проговорил:

— Это — большая буква… I?

— Осталась только одна пальма! — сокрушенно воскликнул Коулмен. — Куда делись остальные?

Серж остановил машину и изумленно уставился на одинокую пальму.

С заднего сиденья донесся крик:

— Лимузины сзади! Они догоняют!

— Должно быть, их повалило ураганом, — предположил Коулмен.

— Или какая-то болезнь виновата.

— Поехали! Вперед! — вскрикнул Мел. — Они у нас на хвосте!

— Я разочарован, — признался Серж и вяло нажал на газ.

— Они высунулись из окон! У них в руках автоматы!

«Крайслер» не спеша набрал скорость. От багажника со звоном отскочили пули. Глики бросились на пол.

— Не беспокойтесь! — сказал Коулмен. — Лучше придумайте другую концовку.

— Не до концовок!

Не обращая внимания на стрельбу или крики с заднего сиденья, Серж бесцельно повел машину по городу. Он постепенно терял волю к жизни. Они углубились в городские кварталы, и вскоре на вывесках английский язык сменился азиатскими иероглифами. Нескончаемый поток транспорта, толпы пешеходов, уличные торговцы с тележками и лотками.

Коулмен заметил промелькнувшую за окном вереницу киосков с морепродуктами.

— Может, остановимся здесь. Тут и забацаем концовку.

— Даже не думай, Коулмен. Только не в Чайнатауне.

Два детектива в седане без номеров подъехали к большой букве I. Следом за ними примчались пять патрульных машин с включенными фарами.

— Тут никого нет, — прокомментировал Римснайдер.

— Разве не отсюда мы получили донесения?

Римснайдер утвердительно кивнул.

— Разрешите, я выясню, что здесь происходит. — Услышав треск рации, он взял в руки микрофон и быстро обменялся репликами с дежурным. — Десять-четыре. Мы едем.

Бэбкок странным взглядом посмотрел на напарника.

— Чайнатаун?

— По всей видимости, они возвращаются на киностудию.

— Куда мы едем? — спросил Коулмен.

— Представления не имею, — ответил Серж. — Нужно подумать… Подожди… Придумал!

— Что ты придумал?

— Мою великую концовку. Мы возвращаемся на киностудию.

И вновь те, кто оплакивал у ворот студии Элли Стрит, бросились врассыпную. Охранники вышли посмотреть, что происходит, однако тотчас нырнули в свои будки — мимо них на территорию киностудии на всей скорости ворвался кабриолет; на заднем сиденье — Иэн и Мел Подскакивая на колдобинах, «крайслер» несся вперед, петляя по всей киностудии по узким проездам межу съемочными павильонами. Какой-то пещерный человек выронил дубинку и испуганно прижался к стене. Кабриолет исчез за углом съемочного павильона №27.

Охранники высунули головы из будки, глядя вслед «крайслеру», но в следующий момент мимо них на сумасшедшей скорости пролетели два лимузина.

Серж колесил по киностудии туда-сюда, стараясь не сбить на пути зазевавшихся статистов. Солдат эпохи войны за независимость США, ангелов, терявших нимбы, жуткого вида снежного человека. Проезды между павильонами становились все уже и уже, и вскоре «крайслер» оказался перед нагромождением металлических столбов, перегородивших проезд. Серж обернулся.

— В чем дело?

— Машинам дальше нельзя, — объяснил Иэн.

— Нужно пересесть в электрокар, — пояснил Мел.

Серж торопливо вылез из кабриолета.

— Быстро к тележкам!