Тринадцатая редакция - Ольга Лукас

– Посмотрите, как высоко здесь когда-то поднималась вода, – Дмитрий Олегович провёл рукой по каменной табличке, висящей на стене.

– Вы что, за идиотку меня держите? – взвизгнула Любовь. – Убирайтесь к чёрту вместе со своей водой!

– Посмотрите, как высоко здесь когда-то поднималась вода, – не меняя интонаций, повторил Дмитрий Олегович, только брови чуть-чуть нахмурил, и этого оказалось достаточно для того, чтобы его собеседница всерьёз перепугалась и примолкла. – Представляете? Люди, привыкшие к тому, что Нева всегда ведёт себя одинаково, оказались беззащитны перед наводнением. А те, которые смогли быстро сориентироваться в ситуации, – спаслись. Вы мне написали, что хотели бы начать жизнь с чистого листа. Мне понравилась эта фраза, я думал, что увижу человека, устремлённого вверх и вперёд, а вы пятитесь назад, да ещё и смотрите в землю.

– Это всё красивые слова, мой друг! – театрально вздохнула Любовь.

«Сейчас она достанет из сумочки пачку сигарет, нервно вытянет одну, попросит зажигалку, прикурит и станет томно выпускать дым изо рта, с надеждой поглядывая на меня».

Печальная дама и в самом деле потянулась к сумочке, потом досадливо покачала головой.

– Забыли дома сигареты? – понимающе улыбнулся Дмитрий Олегович.

– Да нет, я бросила курить и всё никак к этому не привыкну. Вы нарочно меня решили разволновать, чтобы я не выдержала и опять закурила?

– Наоборот! Я хотел попросить вас не курить при мне, если это возможно.

– Ну а раз так – то и не тревожьте меня разговорами про жизнь с чистого листа и всякое такое. Это всё сказки для девочек, верящих глянцевым журналам и мыльным операм! Ах, я вся такая, этого достойная, сейчас закрою глаза, поверю в чудо – и чудо свершится. Да чёрта лысого оно свершится! Всё идёт по схеме, день за днём, и за рамки вырваться почти никому не удаётся. Таковы правила игры под названием «жизнь».

А те, кому удаётся, платят слишком высокую цену. О да, да-да, слишком высокую.

– В самом деле? Я бы, пожалуй, заплатил. Это ведь хорошо, когда тебе всё удаётся.

– Я бы и сама заплатила! Вопрос только – кому! И какова она – эта цена?

– Да, мне тоже было бы интересно это узнать. Полагаю, что цена зависит от того, что вы хотите получить.

– Свободу! Себе и своему ребёнку! Хочу, чтобы ему не пришлось заниматься нелюбимым делом только для того, чтобы сводить концы с концами. Хочу на старости лет сидеть на веранде собственного дома, в окружении внуков и правнуков, рассказывать им сказки и ни от кого не зависеть. Хочу жить, а не выживать. Нормальные желания, как думаете? Сколько за них на чёрном рынке просят?

– Не так уж и много, – пожал плечами Дмитрий Олегович и привычным отточенным жестом извлёк из дипломата папку с бумагами, затем вынул из кармана свой пижонский «Паркер». – Вот, ознакомьтесь с договором.

– А, так вы не смущать меня пришли, а спасать? Надо же, вы, оказывается, деловой человек, а не какой-нибудь маньяк. Знаете – я даже перечитывать этот договор не буду. Я согласна, ваша светлость. К вам ведь так положено обращаться?

– Это не имеет значения, во всяком случае, в договоре не указано, как вам следует меня называть. Подпишите, пожалуйста, второй и третий экземпляр. Вы, стало быть, хотите финансовой независимости. При условии, что будете заниматься чем-то приятным. Так?

– Так, так, именно так, – весело воскликнула Любовь. – Я вам уже поверила, а это за последние десять лет со мной случается впервые.

– Благодарю за доверие, несравненная, – Дмитрий Олегович театрально поклонился и поцеловал ей руку. – Если бы и другие люди твёрдо знали, чего они хотят, и были готовы заплатить за это означенную цену, все бы уже давно были счастливы.

– Да плевать мне на всех! – захохотала Любовь. – Главное, что мы с вами встретились и поняли друг друга! Не провожайте меня, я должна успокоиться и всё обдумать.

– Как вам будет угодно, – кивнул на прощание её собеседник.

«С чего она взяла, что мне придёт в голову такая глупость? Неужели я похож на человека, который только и делает, что провожает женщин? И главное – куда? До маршрутки? Садитесь, герцогиня, вот ваш экипаж. Ну что ж, неплохо. Никакой подготовки, абсолютная импровизация и минимум затрат. А исполнить её желание, мне кажется, предельно просто. Пускай наши специалисты пристроят её на главную роль в какой-нибудь телесериал, а остальное приложится. Я верю в Любовь!»

– Открой, зараза! Немедленно открой! Я кому сказал??? – ярился Лёва, ритмично ударяя по двери то одним кулаком, то другим. Прочная дверь дореволюционной работы, естественно, не поддавалась, а если бы и поддалась, что толку – с той стороны стоял её ровесник – массивный книжный шкаф.

– Мне кажется или Марина напутала? – через некоторое время поинтересовался у разгневанного пиарщика Денис.

– Я её удавлю!!! – взревел Лёва и пнул дверь ногой.

– Ты ведь вовсе не горишь желанием изучить пару-тройку утренних гимнастических упражнений, – продолжал Денис.

– Откуда ты… – остановился Лёва и повернулся к нему лицом. – А, ну понятно откуда. А каким желанием я сейчас горю?

Денис полуприкрыл глаза и уставился в пол, помассировал виски и указал собеседнику на свободный стул. Лёва присел и с любопытством взглянул на Читателя. Сам он никогда не мог разобраться, какое желание является для него самым важным в тот или иной момент времени. Может быть, этот умник что посоветует? Денис несколько обмяк в плечах, перестал быть собранным, как пружина, его лицо стало каким-то подростковым и беззащитным. «Интересно, а сколько ему лет на самом деле?» – впервые задумался Лёва. Агрессия и ярость отступили под натиском любопытства, и теперь пиарщик ждал, что мудрый юный ясновидец, сидящий напротив, предскажет ему героическую и яркую судьбу.

– Спасибо, что успокоился, – сказал Денис, немного помолчав. – От этого хаотичного «выбить дверь», «убить старуху» «и вторую заодно», «всё здесь на хрен разнести», «привязать Виталика к компьютеру, пусть работает», «но сначала и его убить» у меня уже начала болеть голова. Такие мысли, не приводящие в итоге ни к каким действиям, – очень неприятная штука. Ты когда-нибудь рвал осоку голыми руками?

– Ага. И порезался, – вздрогнул от неприятного воспоминания Лёва. – На пальце появляется такой маленький ротик, который всё время твердит: «Я порез! Я порез! Не тревожь меня!» Хотя какой это, на хрен, порез? Так, ерунда.

– Вот так же твои желания, которые и желаниями-то на самом деле не являются. Они больше шумят и отвлекают от главного, и лично мне доставляют массу неприятных ощущений.

– Ну, извини, слушай, – устыдился Лёва. – Я не знал. А если бы и знал – то всё равно бы не сдержался. А чего делать-то, если я такой злой?

– Злость – это не самое страшное. Разбрасываться не надо! Ну, хочешь ты выбить дверь – сконцентрируйся на этом, и непременно выбьешь её. Потом – поставь себе цель найти и убить старуху, если тебе так приспичило. Всё надо делать постепенно, иначе получится много шума без результата.