Ледяная трилогия - Владимир Сорокин

– С Тарасом, значит?

– Ка-а-а-акой, блядь, Тарас?! – гневно выкатил глаза Дато. – Детское питание, еб твою мать! Вот, блядь, самая важная вещь на свете!

Мгновение все ехали молча.

Потом заржал Солома. Лом непонимающе уставился в зеркальце на Дато.

Дато откинулся назад и залился восточным мелко-переливчатым смехом.

Проехали метро «Теплый Стан».

Потом метро «Коньково».

Лом тоже заржал.

След

22.20.

Офис фирмы «ЛЁД». Малая Ордынка, д. 7

«Линкольн-Навигатор» въехал в ворота прилегающего двора, остановился. Ирэ, Мэр и Фроп вышли из машины. Фроп и Ирэ несли кофр-холодильник со Льдом. Мэр подошла к двери, нажала кнопку. Дверь открыл охранник в синей униформе. Мэр, Фроп и Ирэ вошли, поднялись на лифте, двинулись по коридору. В дальнем конце возле массивной двери сидели двое вооруженных охранников. Завидя идущих, они встали со своих пластиковых стульев, взялись за короткоствольные автоматы, замерли у двери. Мэр приблизилась к двери, произнесла, глядя в камеру слежения:

– Мэр.

Дверь отворилась. Трое вошли в большой кабинет, отделанный в стиле хай-тэк. Посередине кабинета на большом голубовато-белом ковре с изображением двух скрещенных ледяных молотов и пылающего алого сердца стояли брат Лаву: 33 года, высокий голубоглазый блондин в светло-синем костюме; сестра Ц: 41 год, невысокая синеглазая, с темно-русыми волосами, в черно-белой тройке; брат Борк: 48 лет, высокий, худощавый с редкими светло-каштановыми волосами и темно-синими глазами, в больших очках, в пепельного цвета свитере и светлых брюках.

Как только дверь за вошедшими закрылась, Фроп и Ирэ поставили на ковер кофр.

– Мэр! – воскликнула Ц, делая шаг навстречу.

– Ц! – Мэр шагнула к ней.

Они обнялись со стоном, крепко, качнулись и замерли.

Фроп открыл кофр.

Лаву и Борк подошли, положили руки на лед, закрыли глаза. Ирэ подошел к стеклянной барной стойке, налил себе воды, открыл холодильник. Прозрачные полки холодильника были полны свежих фруктов. Ирэ взял помидор и большую смокву, закрыл холодильник. Залпом выпил воды и стал жадно есть помидор и смокву. Фроп подошел к низкому креслу из матовой стали, обтянутой черной кожей, сел, в изнеможении вытянув ноги и откинувшись на подголовье.

Лаву и Борк открыли глаза, глубоко вдохнули.

– Предпоследний, – произнес Фроп, закрывая глаза.

– Еще куб? – спросил Лаву.

– Из того, что украли мясные, – еще один, – ответил Ирэ, чавкая.

– Кто контролировал?

– Мэр… – Ирэ открыл холодильник, достал еще помидор и смокву.

Лаву глянул на Мэр, неподвижно стоящей с Ц.

– А кто ведал ? – спросил он.

– Ведали Ма и Ну. У мясных больше нет Льда. Все, что они украли тогда в Усть-Илимске, мы выкупили.

– Восемнадцатый куб. – Лаву закрыл кофр.

– Восемнадцатый, – подтвердил Ирэ и впился зубами в смокву. – Через пару недель мясные поставят последний.

– И мы закроем, – сказал Борк.

– Мы закроем, – кивнул Лаву.

– Что делать с этими мясными после всего? – спросил Ирэ.

– Дато нам не нужен. – Лаву подошел к стальному столу, нажал кнопку на панели селектора. – А вот Гасан пригодится. Для следа.

– След требует расчета. – Борк приблизился к полуприкрытым жалюзи, глянул на вечернюю улицу.

– Здесь не нужен расчет, брат Борк. – Лаву сел за свой стол, открыл папку с документами. – След верхний. Все возможности очевидны.

Борк задумался, гладя пальцем жалюзи.

– Правильно, Лаву, – согласился Ирэ, доедая помидор. – Верхний след не требует затрат . Не требует силы Мощных. Мясные всегда готовы убивать друг друга.

– Но их ярость нужно правильно направлять, Ирэ, – произнес Борк.

– Борк, Братство не первый день использует мясных. – Вытерев руки платком, Ирэ подошел к Борк. – Их ярость предсказуема.

– Мясо непредсказуемо только в одном случае, – вставил Лаву, перебирая бумаги. – Только когда оно клубится.

– Сейчас мясо спокойно, – вздохнул Ирэ, кладя руку на грудь Борк. – Нет причины для помощи Мощных.

– Лучше всегда быть наготове. – Борк ответно положил свою руку на грудь Ирэ.

– Энергия Мощных не бесконечна.

– Энергия Мощных нужна для Круга, – произнес дремлющий в кресле Фроп.

– Энергия Мощных нужна для Круга, – кивнул Лаву.

Дверь открылась, в кабинет вошли двое охранников, подняли кофр и вынесли. Дверь за ними закрылась.

Застывшие в объятии Мэр и Ц вздрогнули, разжали руки, глубоко вдохнули.

– Энергия Мощных нужна не только для Круга, – проговорила Мэр. – Братство не скрывает главного от мясных. Только пленка требует тайных слоев. Энергия Мощных держит пленку.

– Считать следы можно и Малым Кругом, – завершила Ц.

Братья замерли. Они старались понять новое.

– Считать следы можно и Малым Кругом, – повторила Мэр, глядя в глаза Ц. – А уже потом просить помощи Круга Мощных.

Братья поняли новое. Ц была сильнее всех их сердцем. Она могла ведать. Новое шло от ее сильного сердца.

Мэр первая стряхнула оцепенение, опустилась на колени, протянула руки. Ц опустилась рядом с ней, взяла ее за руку. Лаву вышел из-за стола, подошел, встал на колени рядом с Ц, сжал ее пальцы своими. Борк опустился рядом с Лаву, Ирэ – рядом с Борк. Фроп встал с кресла, занял свое место в круге. Круг замкнулся.

Покой

10.02.

Кабинет вице-президента «Тако-банка». Мосфильмовская ул., д. 18

Узкое и длинное пространство кабинета, серовато-коричневые стены, итальянская кабинетная мебель. За изогнутым волной столом из испанской черешни сидел Матвей Виноградов : 50 лет, маленький, черноволосый, узкоплечий, остроносый, худощавый, в хорошо сидящем костюме из лилово-серого шелка.

Напротив сидел Боренбойм.

– Моть, ты извини, ради бога, что я тебя затеребил с утра пораньше, – потянулся Боренбойм. – Но сам понимаешь.

– Да ну что ты, – отпил кофе Виноградов. Взял со стола ту самую карту VISA Electron:

– 69 тысяч, да?

– 69, – кивнул Боренбойм.

– И пин-код написан. Круто. Дело серьезное, Боря. Такие подарки плохо пахнут.