Записки неримского папы - Олег Батлук

* * *

Артем повадился делать следующее. Когда я на диване с кем-то беседую, малыш на него забирается, подходит ко мне, держась за спинку, и со всей силы начинает шлепать меня ладошкой по лысине. Делает он это обычно с каменным лицом. Для моих собеседников неожиданность полная. Они начинают неприлично ржать. А беседы порой бывают серьезные – о политике и, даже страшно сказать, об экономике. Своим перформансом малышок дискредитирует все мои аргументы в спорах. Конечно, можно себя утешать тем, что мелкий ведет себя как продвинутый монах дзэн и такими действиями показывает мне тщету моего дискурса. Но я каждый раз расстраиваюсь. Потому что мне почему-то сразу вспоминается глупый детский анекдот про пьяного Петьку, который во время застолья шлепал по башке Котовского с криками: «Кому арбузика?»

* * *

Вычитываю у Гиппенрейтер важный совет: «Обнимайте вашего ребенка не менее четырех раз в день». На часах 23:30. Собрался было крикнуть: «Мать, буди сына, сегодня еще ни разу не обнимали», – но сдерживаюсь.

* * *

Артем своей внешностью меня дискредитирует. Я внешне – граф, тонкие черты, умные, даже немного таинственные глаза, порода. Так я себя вижу. А у мелкого что? Лицо такое – блинного типа, широкое, щекастое, глазки нагленькие. Этим румяным блинчиком он подрывает мой аристократизм.

Сегодня возвращался домой и по дороге привычно рассуждал в этом ключе. И подумал – а ведь я несправедлив. Начал припоминать, как сынок порой интеллигентно смотрит, как иногда глубоко задумывается, отложив игрушки, как прислушивается к декламируемым стихам. Нет, он такая же белая кость, такой же интеллектуал, такой же тонко чувствующий лирик, как и его отец, наконец решил я про себя, открывая входную дверь.

В коридоре меня встречал сынок. На довольном румяном блинчике под толстым слоем размазанной каши в районе глаза красовался фингал.

* * *

Гуляем всей большой семьей в парке. Артем в коляске, периодически показывает на кого-то из нас пальчиком.

– Па-па!

– Нет, Артем, это дедушка.

– Па-па!

– Нет, Артем, это мама.

– Па-па!

– Нет, Артем, это бабушка.

Артем сильно расстраивается и раздраженно откидывается на спинку коляски. Я слышу, как он при этом восклицает про себя: «Да идите вы в *опу со своей Санта-Барбарой!»

* * *

Открываю дверь ключом, захожу домой. Артем уже бежит из кухни ко мне в коридор со словами: «Папа, папа». И никто его не науськивал, не подталкивал, не направлял. Сам он так решил сделать, от души. Как же я сразу посыпался! Как нимфетка перед Егором Кридом. Тут же с порога отдал сыночку всю запрещенку: мобильный телефон, ключи от машины, очки. Если бы Артемка в этот момент сказал: «Папа, папа, я женюсь на татуированной дуре с зелеными волосами и тремя кредитами», – я бы ответил: «Хорошо, сынок, живите здесь, а мы с мамой поселимся во дворе в палисаднике за помойкой».

* * *

«Распалась связь времен…» Годовалый Артем учит свою 70-летнюю бабушку, как включать айпад.

* * *

Раньше было раздолье. Ложась спать, я оставлял мобильный телефон в гостиной на диване, пульт – на тумбе перед телевизором, очки – на журнальном столике, носки… ну, где традиционное место для мужских носков – куда упали, там им и место. Теперь же, отходя ко сну, я кладу мобильный телефон в шкаф, пульт – в шкаф, очки в шкаф, носки… да и носки в шкаф – все в шкаф. Потому что утром мой сынок-колобок выкатывается из своей спаленки в гостиную с выражением лица «я иду искать». И уж если кто не спрятался, он не виноват.

* * *

Артем наверняка станет коррупционером. Он прячет свою тушку так же незатейливо, как они – деньги в офшорах. Подходит, например, к занавеске и засовывает за нее буквально один нос. А попка да и почти все тело целиком торчат наружу. Мы ему кричим: «А где же наш малыш?» И тогда он победно высовывает нос обратно, мол, ладно, предки, нашли.

* * *

Потеряли айпад.

– Артем, ты брал айпад?

Артем стоит посреди комнаты с загадочным видом. Потому и спрашиваем.

Отрицательно мотает головой.

Я озадаченно оглядываюсь по сторонам, не нахожу.

Артем не уходит.

– Точно не брал?

Снова отрицательно качает головой, для убедительности два раза, да так интенсивно, что чуть не падает.

В этот момент я слышу откуда-то звук его любимого мультсериала.

Не сразу понимаю, откуда он.

В ужасе опускаю глаза.

Звук идет из-под Артема.

Он двумя ногами стоит на экране айпада. С невозмутимым видом.

В результате отрицательного качания головой сынок оступился и случайно запустил приложение.

А ведь правду говорят: хочешь спрятать надежно – спрячь на виду.

* * *

Прилег вечерком дома на минуточку после работы. Думаю, мне бы полчасика прикорнуть, вот оно и счастье. Но не тут-то было. Слышу, уже стучат кирзовые ботиночки. Артем не дремлет, граница на замке. Сейчас будет меня бить, теребить и кусать. Приоткрываю один глаз. Стоит возле кровати, смотрит на меня, морщит лоб. Я не на шутку напрягаюсь. Парень, видно, что-то серьезное на этот раз задумал, хана мне. А сынок бежит в угол, включает там свой ночник с детскими песенками, под который он каждый день засыпает, и тихонько выходит из комнаты.

Если бы я был хипстер-миллениал в уггах поверх конверсов, я бы разрыдался. Но поскольку я жесткий мужик, то лишь мужественно всхлипнул от умиления.

* * *

Настоящий экстрим – это когда ночью по пути из туалета в спальню в полной темноте тебе удается пройти бесшумно, чтобы не разбудить ребенка: миновать разбросанные погремушки, не споткнуться о детскую машинку, не наступить на воздушный шарик, обойти пирамиду из кубиков, не свалить фикус. И вот ты получаешь заслуженную награду – с наслаждением ныряешь под одеяло в постель, и из-под твоей задницы раздаются дикие трели: под ней оказывается игрушечный телефон Артемки, с которым он играл в родительской кровати перед сном.

* * *

Мы с Артемом в гостях. Все взрослые сидят в комнате. Сынок куда-то вышел. Нам неохота за ним идти, но, скорее всего, придется, так как в доме тихо. А, как известно, любая тишина в доме с маленьким ребенком – подозрительна.

В комнату влетает хозяйский кот Кузьмич. Это гигантское создание размером с кота, который проглотил еще двух котов. Из-за нестандартных габаритов Кузьмич достаточно ленив. К тому же красив и знает себе цену. Поэтому передвигается редко и только вальяжно. А тут – именно влетает, чуть дверь с петель не сорвал. Крутится у наших ног, мяучит в панике. Поднимаемся с дивана, выходим из комнаты. Кузьмич резко стартует и бежит перед нами, как будто показывая дорогу. Следуем за ним. Кузьмич приводит нас к своей миске.