Большая охота на акул - Хантер С. Томпсон

Не могу сдержать смеха… Надо выйти из зала заседаний, себя не контролирую, на меня пялятся…

*Рон Мак-Махон, пресс-секретарь Бейкера, бывший новостной журналист из Теннеси: «Как они могли не дать их [про магнитофонные записи из кабинета Никсона] нам? У себя в Теннеси мы устраивали время от времени пожар в здании суда…»

* * *

Бернхардт Дж. Лейнен, двадцать семь лет, Джерсивилль, штат Иллинойс 62052. Приехал в округ Колумбия поездом – тринадцать вагонов прицеплены к паровому локомотиву, платформа с углем. Сто человек на частном поезде Чикаго-Вашингтон (Sourthern R.R. Independence Limited) («Уотергейтский особый»).

– Большинство людей в Джерсивилле заинтересовались, лишь когда Дин представил список врагов.

– Почему?

– Потому что они не могли понять, как туда попали некоторые имена – Ньюмен, Стрейзанд, Чэннинг, Косби. И не могли понять, зачем вообще вести такой список.

* * *

*«Кэрол Адаме Бар» через улицу похож на кабак футбольных фанатов во время матча. Взрывы смеха в баре над притворно бесстрастным рассказом Ларю, как Лидди предложил ему «быть на углу любой улицы в любой момент, и мы могли бы подослать наемных убийц».

Похоже, все фанаты Уотергейта против Никсона, – и в зале слушаний, и в барах вокруг старого здания сената. Как фанаты приветствуют хозяев поля – семь «кубиков желе».

Вторник, 24 июля

Студия Бентона, 20:00

PBS в Аспене опять отключили, вещание у этой корпорации здесь даже хуже, чем в округе Колубмия.

* Эрлихман приносит присягу с салютом в духе «Хайль Гитлер», никакого смеха зрителей.

Скука в зале заседаний, тоска за столами прессы.

Лицо Эрлихмана – маска ВЫСОКОМЕРИЯ. Продолжайте снимать гада – по десять часов в день, десять дней подряд.

Э: Мы видели, что очень мало шансов заставить ФБР вмешаться… очень серьезная проблема.

(Ну да! Страна кишит коммунистами, размножающимися, как крысы.)

Эрлихман, наверное, видел себя в «Шестидесяти минутах», поэтому знает, как смотрится на телеэкране: сейчас то и дело поглядывает искоса в камеру. «Дырявая память» Эрлихмана… Институт Брукингса: не помнит, кто разрешил заложить бомбу, не помнит, кому «позвонил, чтобы отменить взрыв в Брукингсе».

(Кое-что из биографии: «Цивик-клаб», «Кантри-клаб», Молодежная торговая палата, Университет Южной Каролины /Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, юридический факультет, юридические фирмы, рекламные агентства.)

* Настрой Томпа-Бейкера и Гурни крайне важен, связан с шансами Никсона на выживание, – крысы бегут с тонущего корабля.

*Э. хватило наглости спорить с Эрвином по вопросам конституции: о праве Никсона санкционировать проникновение в кабинет Филдинга в поисках истории болезни Эллсберга.

Дэн Рэтер говорит, Никсону нужно подтверждение сейчас, а еще он хочет, чтобы Кокс ушел в отставку. Утаивая записи, Никсон не дает осудить Хальдемана, Эрлихмана, Дина и так далее и тем самым держит над их головами топор – не дает им заговорить.

«Держитесь вместе, не то висеть вам по отдельности»

Бен Франклин

ОТ РЕДАКТОРА:

Нижеследующий разговор Эрлихамана и Герба Калмбаха получен нами в слепой ксерокопии вместе с блокнотами др. Томпсона. Расшифровка была предана огласке самим Эрлихманом, который не сказал Калмбаху, что записывает их разговор для возможного использования в целях защиты на суде. Этот документ не относится к тем, которые раскопали следователи сенатской комиссии. Согласно Томпсону, данная расшифровка «самое разоблачительное доказательство и тем не менее вполне укладывается в мораль этих людей: „словно оказался вдруг в самом сердце Белого дома“».

Разговор с Гербом Калмбахом, 19 апреля 1973, 16:50

Э: Эрлихман.

К: Калмбах.

Э: Привет, как дела?

К: Нормально. Мне назначили завтра на два. Э: Где? В суд или к прокурору? К: В суд, и на 17:30 мне назначено к Силверу. Э: Вот как?

К: Ага. Я просто хотел провентилировать кое-что, Джон. Вернувшись домой вчера вечером, я узнал, что мне звонил О’Брайен. Я перезвонил, поехал к нему сегодня, а он сказал, что звонил потому, что Ларю попросил его сказать мне, что ему пришлось назвать меня в связи с этим и он хочет, чтобы я знал, и так далее.

Э: Он тебе про Дина сказал?

К: Не-а.

Э: Ну, Дин пошел на сделку с прокурором в надежде на неприкосновенность. А теперь вообще никто не понимает, что и почему он говорит.

К: Околесицу несет?

Э: Он спустил на нас с Бобом всех собак.

К: Вот как?

Э: Ага.

К: Нуда.

Э: И выставляет себя лишь орудием. А по поводу твоего эпизода заявил, так сказать, перед уходом, что он, Дин, сказал мне, что мои дела с ним, включая тебя, единственное, где меня могут прищучить. А я ему: «Слушай, Джон, не понимаю, о чем ты?» А он: «Я пришел к тебе от Митчелла, он говорит, ему нужны деньги, может, позвоним Гербу Калмбаху и попросим кое-что собрать». Я спросил, согласен ли ты, а Дин мне говорит, ты сказал да. А я говорю, ладно, идет. А он говорит, тогда заметано. На это я ответил, что трудно поверить. Я законов не знаю, но сомневаюсь, что Герб пошел на это со злым умыслом, вот уж совсем не верю, так я и ему и сказал, мол, трудно представить. Но с тех пор я нанял адвоката. " К: Вот как?

Э: Очень хорошего, который тоже говорит, что это полнейшая чушь, но, по-моему, следует прояснить, и я проясню, как только представится шанс, что суть в том, что это Дин пришел к нам с Бобом относительно тебя, потому что мы обещали тебе, что Морис Стэнс не будет слишком на тебя наседать.

К: А еще потому, что ты знал, что я твой друг и что я адвокат президента. Э: Конечно.

К: И никогда не совершаю ничего неуместного, нелегального, неэтичного и так далее. Э: Верно. К: И…

Э: Но суть в том, что Митчелл не позвонил тебе сам, так как чертовски хорошо знал, что ты уже недоступен. К: Нуда.

Э: Но это было после шестого апреля. К: Да, седьмого.

Э: Поэтому и Митчелл, и Стэнс знали, что нет смысла звонить тебе напрямую, потому что мы вытащили тебя под предлогом, что ты многое для нас сделаешь.

К: Верно.

Э: Поэтому Дину пришлось пойти ко мне, а потом к Бобу и говорить, что дело безотлагательное, но в подробности не вдаваться, разве что ты должен мне верить, это очень важно, а Митчелл и так в безвыходном положении, или, ну знаешь, я хочу сказать, это, правда сработало, впрочем, он выразился не совсем так, но уж точно на стенку полез. И… Джон, если ты скажешь, что это важно, то конечно.

К: Знаешь, после того, как Джон мне про то рассказал, я пришел спросить тебя, мол, Джон задал мне задание, должен ли я выполнять. А ты сказал, да, и проехали. Тогда мне большего было не надо, я знал, что свою семью я опасности не подвергаю. Э: Конечно.