Путь к солнцу - Корбан Эддисон

Спустя три минуты после начала штурма командир взвода, специальный агент Джон Трудо, вышел на связь.

— Обнаружили девочек? — спросил Притчетт.

— Пока нет, сэр. — Голос Трудо слегка искажали помехи, но даже сквозь них было слышно, что он удивлен. — Мы продолжаем поиски.

Притчетт чертыхнулся.

— А Кляйнов?

— Нет, сэр, — доложил Трудо. — В доме так тихо, что даже жутко.

— А где Дефо?

— Секунду, сэр, — сказал Трудо и замолчал. Через мгновение он заговорил снова. — Страйкер говорит, что дверь была заперта. Они постучали, но Дефо не ответил.

Притчетт отбросил рацию и наклонился вперед.

— Быстрей! — крикнул он водителю. — Быстрей туда, жми на всю!

Автобус взревел и рванул с места. Томаса занесло, и он ухватился за стену. На огромной скорости они вырулили со стоянки. Притчетт снова схватил рацию.

— Пусть Страйкер и Эванс ломают дверь, если нужно. Дефо там вместе с девочкой, GPS подтверждает.

— Что, если Кляйны тоже там? — спросил Трудо.

Глаза Притчетта потемнели.

— Погоди.

Его мобильный вдруг зазвонил. Он раздраженно поднес телефон к уху, послушал, и лицо его тут же изменилось.

— Да, сэр, — нервно сказал он. Он еще немного послушал и буквально раскрыл рот. — Матерь Божья. Хорошо. Соедините его.

Он нажал на кнопку и включил громкую связь. Уверенный мужской голос с легким немецким акцентом заполнил автобус.

— Это Дитрих Кляйн, — сказал мужчина. — Вы отвечаете за проведение операции?

Притчетт резко выдохнул.

— Да. Агент Притчетт. Слушаю вас.

— Очень хорошо. Итак, Притчетт. Слушайте меня очень внимательно. Ваш агент под прикрытием лежит сейчас на полу передо мной с двумя дырками в груди. Со мной заложница — девочка. Моя жена держит остальных. Они умрут, если вы не сделаете все в точности, как я скажу. Вы готовы?

Притчетт сверкнул глазами и сжал телефон. Костяшки его пальцев побелели.

— Я готов.

— В Картерсвилле есть небольшой аэродром. Я хочу, чтобы через сорок пять минут на взлетной полосе стоял полностью заправленный «Гольфстрим». Пилот должен быть гражданским. Если у него будет оружие, девочки умрут. В гараже стоит автомобиль, на котором мы доедем до аэродрома. Ваши люди расчистят дорогу. Если я замечу кого-нибудь неподходящего, девочки умрут. Разговоры с вами или с кем-либо еще меня не интересуют — до тех пор, пока самолет не окажется в нужном мне месте. Условия простые. Я дам пилоту инструкции после взлета. Когда мы приземлимся, я оставлю девочек в самолете. Вам все ясно?

— Мне все ясно, — гаркнул Притчетт. — Еще условия?

Но в трубке было уже тихо.

Дитрих Кляйн выключил телефон. Зита смотрела на него и тряслась от ужаса. Она взглянула на человека без рубашки, лежавшего на полу возле двери. На человека, который обещал спасти ее. С тех пор как упал, он ни разу не пошевелился. Зита была уверена, что он мертв.

Кляйн сунул телефон обратно в карман, сел в кресло напротив и наставил на нее револьвер.

— Ты у меня в гостях, — сказал он. — А я всегда обращаюсь со своими гостями хорошо. Если будешь делать то, что я скажу, останешься цела.

Зита стиснула зубы, чтобы они не стучали.

Кляйн улыбнулся:

— Да, да. Я знаю, что ты боишься. Но ты должна меня понять. Я просто бизнесмен. Я не люблю оружие. — Он положил револьвер на кофейный столик. — Думаешь, я монстр, да? Что у меня нет души?

Зита не ответила, но Кляйна это не смутило.

— Ты знаешь, почему ты здесь? — снова спросил он.

Она посмотрела на него в упор. Ей вдруг захотелось ответить. В груди ее, с той самой минуты, как Канан свернул с дороги и повез ее в квартиру Чако, продавать в рабство, нарастал крик — дикий, бешеный крик протеста. Но крикнуть она не могла. Голоса не было.

Кляйн ответил на свой вопрос сам.

— Ты здесь не потому, что мне нравится торговать женщинами. Ты здесь потому, что мужчинам нравится их покупать. Я просто посредник. Некоторые бизнесмены продают предметы. Другие продают знания. Я продаю фантазии. Это все одно и то же.

Он взглянул на часы.

— У них осталось тридцать минут.

Он чуть склонил голову и прислушался. В доме было тихо, как в гробу. Он опять повернулся к Зите.

— Ты когда-нибудь была в Венесуэле? — спросил Кляйн. — Жуткая дыра, но и там можно жить. Ты скоро увидишь.

Автобус мобильного командного центра прибыл в усадьбу Кляйнов через десять минут после звонка Дитриха. Притчетт был похож на медведя — он не говорил, а как будто рычал в свою рацию. Плохой знак, подумал Томас. Волнение Притчетта означало только одно — Дитрих Кляйн владел ситуацией.

— Майкле! — крикнул Притчетт лаборантке в другом конце автобуса. — Что там у нас с самолетом?

— В «Хартсфилд-Джексон» есть один «Гольфстрим IV», — ответила она. — Это корпоративный самолет. Принадлежит компании, занимающейся биотехнологиями. Мы пытаемся связаться с главой. Пилот стоит рядом, наготове.

— Кто пилот? Мы можем ему доверять?

— Ей на самом деле, — поправила Майкле. — Раньше она служила в ВВС, теперь водит чартерные рейсы. Она как раз была в ангаре, когда я позвонила.

Притчетт кивнул.

— Пошли туда полицию. Если не удастся связаться с владельцем через две минуты, соедини меня с шефом. Будем действовать без них, я возьму удар на себя.

Он снова поднес ко рту рацию.

— Трудо, где Ковальски?

— Выдвигается на позицию, сэр, — отрапортовал Трудо.

— Скажи ему, чтобы выдвигался быстрее. У нас кончается время.

В противоположном конце усадьбы Кляйнов специальный агент Ковальски выслушал приказ Трудо.

— Еще пару футов, — шепнул он в рацию. — Я вижу окно, но угол неподходящий.

Он прополз немного вперед по дубовой ветке. Продвигаться приходилось буквально по дюйму. Земля была в двадцати пяти футах под ним, и падать было бы долго и неудобно, особенно учитывая пристегнутую к спине винтовку. Это дерево было самым высоким на участке, и с него открывался хороший вид на окна второго этажа гостевого домика, но до дома было не меньше двух сотен футов.

Еще четыре долгих минуты он подбирался к намеченной снизу небольшой развилке в ветвях. Где-то посередине между стволом и концом ветки, на которой он приткнулся, все другие ветки расходились, оставляя кусочек пространства открытым. Если у него будет шанс сделать этот выстрел, ничто не должно мешать обзору.

Он выпрямился, чуть согнул ноги в коленях и убедился, что стоит твердо и не соскользнет. Потом достал винтовку и расположил ее перед собой. Затем присоединил к винтовке штатив и как следует укрепил его на ветке. Потом взглянул в оптический прицел и чуть повернул винтовку, чтобы поймать окна гостевого домика.