Сокровища Кенигсберга - Александр Косарев

Оперативники Стрекалова уже так примелькались во дворах между Парком Гагарина и Бульваром Шевцовой, что с ними уже начали здороваться местные старушки. Стоявший же в очереди внештатник был направлен Крайневым на помощь калининградским сотрудникам, так как он имел прекрасную зрительную память и неоднократно видел Юрия как в разных ситуациях, так и в разном одеянии. Тот, придя сегодня на работу для написания отчета за неделю, был вынужден вскоре прерваться и зайти в ближайшую аптеку в связи с усилившейся головной болью, которая начала донимать его прямо с утра. Мрачно рассматривая стриженые затылки двух долговязых мальчишек, обсуждавших, какие витамины лучше всего взять, он вдруг заметил боковым зрением чей-то внимательный взгляд. Сделав вид, что потирает лоб, он из-под растопыренных пальцев бросил настороженный взгляд по сторонам.

«Померещилось, – решил он в первый момент, – все из-за этих дурацких зеркал». Однако чувство настороженности уже не покидало его, и он, несмотря на ноющую боль в затылке, поневоле напружинился, словно охотничий пес, почуявший след зверя. Через несколько секунд очередь, в конце которой он пристроился, дрогнула и двинулась вперед. В этот момент мужчина в полосатой футболке буквально на долю секунды увидел отходящего от окошечка покупателя, рассовывающего на ходу по карманам какие-то пакетики и коробочки. Этой доли секунды ему было вполне достаточно для того, чтобы сообразить, что тот самый неуловимый «Толмач», розыск которого так непростительно затянулся, находится от него буквально в нескольких метрах. Моментально позабыв обо всех своих проблемах, мужчина в футболке тут же оставил свое место в очереди и быстро двинулся к двери, через которую Юрий уже покидал аптеку. Тот шел в сторону центра ровной, размеренной походкой совершенно спокойного и уверенного в себе человека. Опасаясь упустить его вновь, но не имея никакой возможности оповестить прибывшего только накануне Крайнева о том, что «Толмач» наконец-то найден, мужчина в футболке поневоле предельно сократил расстояние между собой и поднадзорным. Сам же Юрий, крайне довольный тем, что ему удалось собрать все выписанные врачом травы, неумолимо приближался к трамвайной остановке, чтобы ехать к себе домой, на окраину города. Однако дойдя до нее, он внезапно переменил свое решение.

«Не заглянуть ли мне сейчас в Музей янтаря, – подумал он, – ведь это где-то совсем недалеко». Справившись у стоявших на остановке молодых парней, как ему найти одну из главных достопримечательностей Калининграда, он перешел улицу и, пройдя мимо памятника Ленину, двинулся вдоль улицы Черняховского по направлению к центральному рынку. Проходя мимо одного из магазинов, он увидел вывеску «Кафе» и ощутил некий спазм в желудке.

«Зайти, что ли, выпить чашечку кофе? – решил он, – а то когда я еще домой попаду».

Так он и поступил. Поднявшись по невысоким ступенькам, он толкнул дверь и оказался внутри большого продовольственного магазина, в самом дальнем конце которого увидел стойку бара и небольшую выгородку всего с двумя белыми столиками. За одним из них спиной к нему сидела женщина в темно-синей блузке, и больше в этом крохотном кафе, кроме скучающей официантки, не было никого. Подойдя к стеклянной витрине, уставленной вазонами со свежими пирожными, Юрий заказал чашку кофе, две аппетитные корзиночки с кремом и уселся за свободный столик лицом к окну. Прихлебывая огненный кофе, он некоторое время наблюдал за тем, как небо затягивают быстро бегущие и явно дождевые облака.

– Ну и погода здесь у вас, – повернулся он к сидящей за соседним столиком женщине, – за день по десять раз меняется.

Та подняла голову и, откинув правой рукой от лица длинные соломенные волосы, удивленно взглянула на него. Юрий хотел еще что-то добавить, но внезапно осекся: «Надо же какое сходство бывает, – пронеслось у него в голове, – просто вылитая Елена».

Тут он заметил, что и женщина повела себя как-то странно. Глаза ее широко распахнулись, и она в явном испуге резко отшатнулась от него, да так, что, задев рукавом тарелочку с печеньем, сбросила ее на приставленный к столу пластмассовый стул. Совершенно не ожидавший такой бурной реакции Юрий протянул к ней не занятую чашкой руку и воскликнул:

– Что с Вами, сударыня? Вам плохо?

– Извинь-ите, – с явным прибалтийским акцентом пробормотала вскакивая та, которую он, было, принял за свою давнишнюю знакомую. Она торопливо подхватила сумочку и, не оборачиваясь, опрометью выбежала из магазина. Удивленный и даже несколько раздосадованный, Юрий остался на месте.

– Да нет, пожалуй, я ошибся, – прошептал он, – это явно не Елена. Но как же похожа! Да, сколько лет прошло, а ты, дружочек, так и остался верен той самой, когда-то так страстно желанной женщине, которая обманула тебя с первым же подвернувшимся сынком из более обеспеченной семейки.

Он встал и приблизился к стойке.

– Мне еще чашечку кофе, – обратился он к официантке, – с сахаром, пожалуйста.

– Чем же Вы вашу соседку так перепугали? – спросила его та, насыпая в чистую чашку растворимый кофе.

– Сам удивляюсь, – ответил Юрий, невольно оборачиваясь, – она убежала так, как будто привидение за моей спиной увидала.

– Ну нет, у нас здесь никаких привидений не водится, – удивилась не понявшая шутки официантка.

Юрий усмехнулся ее словам, взял с прилавка чашку и вернулся на свое место. Размешивая ложечкой сахар, он мысленно вновь вернулся к событиям почти десятилетней давности, в то прекрасное время, когда он был назначен старшим переводчиком на, строящийся в Ливии Центр атомных исследований «Тажура», где и повстречал, на свою беду, прибывшую двумя месяцами позже практикантку из иняза Елену Королеву.

Допив порядком остывший кофе, Юрий неторопливо вышел на улицу и продолжил свой путь в направлении музея. Стараясь успеть до начала дождя, он несколько прибавил шагу и вскоре подошел к мрачному, приземистому, явно тевтонскому строению из грязно-красного кирпича, в котором и размещалась экспозиция. Сделав круг по второму этажу башни, Юрий спустился вновь на первый и, не спеша переходя от экспоната к экспонату, приближался уже к последнему разделу. В музее в этот час было довольно пустынно, и он крайне удивился, когда услышал позади себя стук каблучков и почувствовал, что кто-то тронул его за рукав, как бы предлагая слегка посторониться. Заранее изобразив на лице недоуменное возмущение, Юрий обернулся. Перед ним, напряженно вытянувшись в струнку, стояла его давешняя соседка по кафе. По тому, как она нервно теребила ремешок прижатой к груди сумочки, он понял, что она страшно волнуется.

– Извинь-ите господин, – слегка коверкая и растягивая слова, с видимым усилием произнесла она, – не могли бы Вы уделить мне несколько кратких минут для приватного разговора.

Удивленный как необычной формой обращения, так и внезапным появлением женщины, Юрий только кивнул головой и, деликатно поддерживая под локоть, подвел было к окну.

– Нет, не здесь, если можно, – мягко высвободилась она, – давайте лучше выйдем во внутренний дворик.

– А разве здесь и дворик есть? – удивился Юрий, – не знал.