Загадочная женщина - Анна Экберг

Всю ночь полиция занималась подъемом двух трупов. С первыми лучами солнца прибыл начальник полицейского отделения, широкоплечий, немного сгорбленный человек с таким выражением лица, словно все мировые проблемы свалились ему на плечи. Он поспешно пожал Елене руку и сразу же скрылся в толпе своих сотрудников, которые работали на огороженной части берега озера. На озере, в районе его самой глубокой точки, курсировали полицейские лодки.

Мартин с Еленой сидят в полицейском автомобиле и смотрят на грандиозное действо, которое разворачивается перед ними. Он держит ее за руку, и Елена сжимает ее — она так признательна ему, что не осталась в одиночестве. Ее охватывает беспокойство. Действительно ли это Уильям Хирш? Это должен быть он. А кто же тогда второй? Она сгорает от желания поделиться этой новостью с Йоахимом, но он по-прежнему не отвечает. Она держит в руке телефон Мартина и все время пытается дозвониться Йоахиму. Должно быть, он отключил свой телефон или потерял его.

Дверцу автомобиля открывает полицейский, садится на переднее сиденье и поворачивается к ним.

— Найденный жетон принадлежит Генри Луису Миллеру, — сообщает он. — Вам это о чем-нибудь говорит?

Елена отрицательно качает головой.

— Он был американским солдатом, служил в части расквартированной в казармах Каттербаха в Германии. Мы нашли его имя в базе данных о лицах, пропавших без вести, — продолжает полицейский, бегло просматривая распечатанные документы. — Во время отпуска он поехал на мотоцикле через почти всю Германию в Данию и бесследно исчез. Родственники много лет разыскивали его.

— Когда это было? — спрашивает Елена, удивляясь про себя оперативности полицейских: как много им уже удалось выяснить.

— В шестьдесят восьмом, — отвечает полицейский, выглядывая в ветровое стекло.

— В шестьдесят восьмом? Так он…

Мартин договаривает вместо нее:

— Хорошо сохранился. Они оба.

Полицейский рассказывает о болотистой местности, о бездонных ямах, появившихся еще в ледниковый период, о сочетании бедной кислородом среды с песком и тиной, о кислоте, которая не позволяет бактериям жить и тем самым разлагать органическое вещество.

Елена слышала обо всем этом в музее. Она размышляет, пытаясь связать эти объяснения со своим отцом, с убийством Уильяма, с исчезновением какого-то солдата двадцать лет спустя. Ей никак не удается придумать, как это все можно соединить в одно целое.

В это время что-то происходит на берегу озера, и она отвлекается от своих мыслей. Полицейские собираются что-то принимать с приближающейся лодки. Елена наклоняется вперед в попытке рассмотреть, что же там такое.

— Они достали трупы? — спрашивает Мартин.

— Похоже, что да, — отвечает полицейский и открывает дверцу.

Мартин и Елена тоже выходят из автомобиля и подходят ближе. Все выстроились в одной и той же позе, прислонив ладонь к бровям, защищаясь от первых солнечных лучей. Елена снова переживает, в самом ли деле это труп Уильяма. А что, если в этом месте озера избавляются от трупов обычные преступники? Значит, у нее не будет никаких доказательств. Ныряльщики выходят из катера на землю и осторожно выносят два тела. Лица как живые и в то же время такие ужасающе мертвые.

В поле зрения Елены постоянно находятся черные резиновые костюмы аквалангистов. Полиция заботливо укладывает трупы на полиэтиленовую подстилку, разложенную до этого на траве. И сразу вокруг мертвецов образуется круг живых любопытных людей. Криминалисты просят чуть расступиться и прямо на месте принимаются обследовать темный старомодный костюм.

Вскоре его повезут в лабораторию, сообщает старший по званию полицейский. Может быть, чего-то нет, например, пальца, какой-нибудь другой части тела — того, что еще можно найти до отъезда отсюда.

— Поэтому аквалангисты снова возвращаются? — спрашивает Елена, глядя, как полицейские в гидрокостюмах молча садятся в свою резиновую лодку.

— Нет, — отвечает старший. — Они хотят попытаться найти орудие убийства.

Елена выходит немного вперед. Она чувствует потребность поехать с ними — если бы не она, их бы здесь не было.

Они обыскивают одежду Уильяма, обшаривают все карманы и ничего не находят. Более сложное исследование, например, зубов, будет проведено позже. Криминалист переходит к трупу в военной форме, чье лицо все еще покрыто жидкой грязью и илом. Елена слышит, как кто-то из полицейских говорит, что на нем американская военная форма, что форму такого типа солдаты носили в отпуске. В первом же его кармане они что-то обнаруживают. Осторожно вытаскивают хорошо сохранившийся кошелек, аккуратно раскрывают его и достают содержимое. Там оказалось несколько монет, американских и датских, бывших в обращении в то время: номиналом в пять и десять эре. Переходят к следующему карману. Пусто. Но в карманах брюк они снова что-то находят: маленькую черную коробочку. Некоторое время криминалист держит ее в руках.

— Что бы это могло быть? — спрашивает он коллегу, легко покачивая ею. — Там что-то есть, — говорит он, поднимая руку, чтобы скрутить крышку.

— Нет! — кричит Елена.

Все в изумлении поворачиваются, и она выходит вперед.

— Это негативы. Пленки того времени хранились в целлулоиде. Если вы откроете эту коробочку, все кадры испортятся, — поспешно объясняет она.

Криминалист смотрит на пластиковую коробочку. Он припоминает, что раньше в таких действительно хранили пленку, и краснеет оттого, что сам об этом не догадался. После этого он быстро вкладывает коробочку в пластиковый пакетик и что-то на нем записывает. В лабораторию. Проявить пленку.

* * *

Полиция предполагает, что между этими двумя утопленниками есть какая-то связь, поэтому Елену попросили поехать в фотолабораторию, которую они нашли в Орхусе. Таких лабораторий уже осталось не очень-то и много, и начальник отделения считает, что Елена может оказаться там полезной. Мало того что она нашла эти трупы, она еще и знает в лицо всех участников этой старой драмы. Она обнимается с Мартином на прощание. Это удивительно. Они, собственно говоря, совершенно не знают друг друга, и все же теперь она больше уверена в нем, чем когда-либо была уверена в Эдмунде.