Стена тишины - Трейси Бьюканан

Пятница, 19 апреля 2019 года, 06.13.

Когда приходит мама, я делаю вид, что сплю. Но всю ночь меня мучает бессонница. Я снова и снова чувствую, как нож входит в папино тело. Чувствую его горячую кровь на своих пальцах. Липкую кровь. Слышу его удивленный стон, прежде чем он рухнул на пол.

Я вжимаюсь лицом в подушку, чтобы не заплакать. В комнате мелькает мамина тень. Мама подходит ко мне, и я стараюсь дышать медленно и глубоко, как обычно, когда я уже не сплю и она приходит будить меня в школу. Наклонившись, она целует меня в щеку.

Чувствует ли она соленый вкус моих слез?

Я не открываю глаза, как бы сильно мне ни хотелось, потому что, если открою, я расскажу ей все, а мы уже решили, что ничего не скажем.

Я все жду, что она сейчас уйдет, но она не двигается и неотрывно смотрит на меня. Я почти слышу, как движется ее мысль, как она пытается во всем разобраться. Она не могла не понять, что виноваты мы, и когда мы проснемся, нас ожидает допрос с пристрастием.

Наконец она выходит, и я облегченно выдыхаю. Она шепотом говорит с бабушкой, потом голоса стихают, и я слышу, как они спускаются вниз по лестнице. Как же мне хочется разбудить остальных, чтобы не было так одиноко в большой комнате на мансарде бабушки и деда. В детстве мне всегда было страшно здесь ночевать. Мне казалось, что с карниза на меня смотрят жуткие глаза. Приходилось прятаться под одеяло, потеть и мечтать о том, чтобы у мамы и папы не было такой бурной светской жизни и нам бы не приходилось проводить выходные здесь, пока они общаются с друзьями. Может быть, мама чувствовала то же самое, когда жила на этой мансарде сначала с бабушкой Куэйл, а потом одна. Здесь на стенах по-прежнему висят мамины рисунки деревьев.

Один из этих рисунков я всегда разглядываю особенно пристально. На нем огромный дуб, из дупла которого выглядывают две пары глаз. Они кажутся мне испуганными, а по земле от дерева простирается тень.

Я знаю, что это за дерево. Теперь я знаю и то, что здесь произошло.

Но лучше бы мне этого не знать.

Все это так мучительно. Утром мне надо быть в нормальном состоянии, иначе я могу проболтаться.

Я ворочаюсь с боку на бок, но сон совершенно не идет ко мне. Выбираюсь из кровати, лежу на полу, прижавшись к нему ухом и щекой, чтобы быть поближе к маминой комнате. Мне кажется, я слышу ее дыхание. Я плачу, и мои слезы капают на ковер.

Надеюсь, что она никогда не узнает, что случилось, как и никогда не узнает, кто это сделал.