Женщины - Зинаида Гаврилова

– Вы знаете, я же уже почти 10 лет живу в Москве, а подруг, да и просто хороших знакомых так у меня и не появилось. Снимаю комнату у одной доброй бабушки. Она с меня берёт совсем немного. Как она говорит, чтобы на жизнь хватило и достаточно. Мне кажется, ей нравится жить со мной. Вдвоём веселее. А я ей помогаю – покупаю продукты, стираю, убираю всю квартиру. Мне несложно. Да и старушку жалко. На самом деле, у неё и дети есть, и внуки. Она рассказывала. Но я ни разу их не видела. Наверное, они появятся, когда надо будет квартиру делить, – грустно улыбнулась Альбина. – Вот так мы с ней и живём. Друг другу не мешаем. Два одиноких человека. Зато знаем, что хоть мы есть друг у друга.

Алла слушала подругу и молчала. А что она должна была сказать? Что рассказать про свою жизнь? Может, про домработницу, которая приходит каждый день и выполняет всю работу по дому. Да, впрочем, Алла никогда в жизни не знала, что такое мыть пол или вытирать пыль, чистить унитаз и пылесосить. Спасибо за это сначала родителям, а потом мужу. Она могла что-то приготовить, ей даже нравилось. Но только чтобы порадовать мужа, а в дальнейшем и дочку. Что ещё рассказать? Про мужа? Про его доход, который по самым скромным подсчётам Аллы, в разы превышает месячную прибыль всего кафе. Что ещё Алла могла рассказать? Про семейные ужины в загородном доме? Когда собираются родители её и мужа, родственники, друзья семьи. Про эти весёлые шумные сытные вечера? Нет! Алла не хотела ничего этого рассказывать. Она сидела и молчала.

Замолчала и Альбина. Она углубилась в мысли. Алла чувствовала, что нужно что-то сказать, поддержать подругу. Но слова, которые приходили в голову, звучали либо слишком жалостливо и сентиментально, либо чересчур напыщенно и высокомерно.

Алла заказала себе и Альбине чай. Потом немного подумала и заказала подруге бокал вина. Альбина была не против. Сказала, что любит белое полусладкое. Алле хотелось угостить подругу чем-то вкусным и необычным, заказать что-нибудь, чего не было в кафе, но Альбина от всего, кроме бокала вина, отказалась.

От вина Альбина раскраснелась. Но ей это шло. Щёки не казались такими бледными, а глаза уставшими. Взгляд стал выразительным. Как показалось Алле, более прожигающим, проникающим прямо внутрь. Ничего не скрыть, не солгать, не утаить.

– Вы знаете, – вновь начала Альбина.

– Давай уже перейдём на ты, – улыбнулась Алла, – хотя бы в нерабочее время.

– Хорошо, – медленно произнесла Альбина и задумалась – как будто потеряла мысль, как будто что-то важное ускользнуло от неё. Тогда решила продолжить Алла:

– Альбина, я хотела тебе предложить… Ты знаешь, я же могу помочь тебе… Я продумала много вариантов, что можно сделать…

– Мне не нужна помощь – у меня всё хорошо! – вроде как обиделась Альбина.

– Да я понимаю. Я хотела другое сказать. Ты знаешь, если ты захочешь уйти из кафе, то есть бросить эту работу, то я могу помочь. Легко. У меня много хороших знакомых, друзей, которые связаны с ресторанным бизнесом. Я могу помочь устроиться на работу в хороший ресторан. Там и зарплата будет больше и чаевые. Плюс я могу договориться, чтобы тебя взяли не официанткой, а сразу администратором или выше. Какие там должности есть? – Алла внимательно смотрела на Альбину. Следила за реакцией. Ей очень не хотелось обидеть подругу и оборвать ту дружескую нить, которая их так неожиданно связала.

Альбина продолжала молчать. Лишь иногда подносила бокал к губам. Алле показалось это немного странно. По крайней мере, она другую реакцию ждала. Ну хоть не бурную радость и россыпь благодарностей, а достаточно было «спасибо большое», «ты так добра ко мне». «Что я тут стараюсь! Пытаюсь помочь! А она молчит!», – начала уже немного злиться Алла.

– Спасибо! – наконец произнесла Альбина.

«Ну хоть так!», – решила Алла. Снова повисла пауза. Алла со скучающим видом принялась осматривать бар. Людей чуть прибавилось. В основном мужчины. Пьют пиво. Шумно болтают. Скучно. Алле нестерпимо захотелось домой. В теплую постель к мужу и дочке. В уют, комфорт и, самое главное, безопасность. Спина немного ныла, тянуло низ живота. «Надо не затягивать разговор, – подумала Алла, – домой долго ехать!».

– Знаешь?! – вдруг неожиданно произнесла Альбина. Да так резко и жёстко, что Алла перестала глазеть по сторонам, а внимательно взглянула на подругу. Лицо Альбины стало суровым и мрачным. Алла смотрела на неё и не могла понять, где все эти годы знакомства Альбина так умело прятала эту сторону характера. Алла молчала. Ждала, что же дальше скажет подруга. А Альбина не заставила себя долго ждать и продолжила:

– Так вот! Меня жалеть не надо! Да, я уже почти 10 лет работаю в этом кафе. И работаю официанткой. Простой такой официанткой. И я готова так пахать ещё столько же, пока в кафе работает нынешний директор, мой давний знакомый и одновременно просто очень хороший человек.

«Ничего себе! Такого я представить не могла! Она его любит? Любовники? А как же жена?», – проносилось в голове Аллы. Она пыталась всмотреться в глаза Альбины, но в баре было слишком темно, чтобы увидеть какие-то эмоции или чувства. Лишь только сияние, небывалое горение раскосых глаз чувствовала на себе Алла. Тем временем Альбина продолжила:

– Мне много раз предлагали повышение в кафе. Я получала приглашение поработать в других ресторанов. Но мне это не надо. Я работаю не ради денег. То есть деньги мне нужны. Но мне хватает того, что я сейчас зарабатываю. Для меня важно другое.

– Что же? – спросила Алла. Хотя вопрос можно было не задавать. Алла почувствовала, что подруга хочет что-то донести, поделиться очень важным. И уже не остановится.

– Например, график работы, – произнесла Альбина. Мне важно, чтобы я работала с 12 дня и до 8 вечера. И выходные дни должны быть обязательно свободными. Наш директор позволяет мне так работать. А вот, например, администратор? У него совсем другой график. Другая ответственность. А мне она не нужна. Кто я? Простая официантка. Меня легко заменить. Вот не работала я месяц – никто не заметил. Никому плохо от этого не стало. Наш директор! Очень хороший человек. Он в курсе моих дел и забот. Всегда идёт навстречу, если я о чём-то попрошу. Всегда отпустит раньше, если надо. Или заменит кем-то хоть на месяц. Где ещё столько будут позволять?

Альбина замолчала. Алла пристально смотрела на