Чужак - Стивен Кинг

– Это не может быть сперма, – сказал Ральф. – Ее слишком много.

Юн словно его не услышал. Он смотрел на Холли как завороженный.

– Или вы думаете, что это какие-то выделения, связанные с его преображением? Образцы из амбара сейчас на экспертизе, но результаты еще не готовы.

– Я не знаю, что и думать, – ответила Холли. – На данный момент вся моя информация об Эль Куко – это легенды, найденные в Интернете. Как вы понимаете, это не самый надежный источник. Легенды передавались из уст в уста, от одного поколения к другому, задолго до появления научной криминалистики. Я просто прошу, чтобы полиция Огайо обыскала все здания с моих фотографий. Возможно, они ничего не найдут… Но мне кажется, что найдут. Я на это надеюсь. Следы, как сказал детектив Андерсон.

– Вы закончили, мисс Гибни? – спросил Хоуи.

– Да, наверное. – Холли села на место. Ральф подумал, что вид у нее усталый. Впрочем, чему удивляться? Последние несколько дней у нее выдались очень загруженными. Да и сумасшествие – изнурительная болезнь.

Хоуи сказал:

– Леди и джентльмены, есть какие-то соображения, как действовать дальше? Предлагайте свои варианты.

– По-моему, это вполне очевидно, – ответил Ральф. – Этот чужак, вероятно, сейчас во Флинт-Сити, о чем свидетельствуют показания моей жены и Грейс Мейтленд. Но кто-то должен поехать в Техас и побеседовать с Клодом Болтоном. Выяснить, что он знает. Если вообще что-то знает. Я предлагаю свою кандидатуру.

Алек сказал:

– Я поеду с тобой.

– Мне бы тоже хотелось поехать, – добавил Хоуи. – Лейтенант Сабло?

– Я бы поехал, но у меня сейчас целых два дела в суде. Если я не дам показания, двое очень плохих парней могут быть признаны невиновными. Я позвоню помощнику прокурора в Кэп-Сити, спрошу, можно ли перенести заседания, но я бы не стал на это надеяться. Вряд ли стоит ему объяснять, что я вышел на след мексиканского монстра-оборотня.

Хоуи улыбнулся:

– Да, лучше не надо. А вы, мисс Гибни? Не хотите прокатиться чуть дальше на юг? Разумеется, все ваши расходы будут оплачены.

– Да, я поеду. Возможно, мистер Болтон знает что-то, что нам очень пригодится. Если мы сумеем задать правильные вопросы.

Хоуи спросил:

– А ты, Билл? Хочешь поехать с нами?

Сэмюэлс слабо улыбнулся, покачал головой и поднялся из-за стола.

– Это все интересно, в каком-то безумном смысле, но дело закрыто. Я позвоню в полицию Огайо, однако на этом мое участие в данном мероприятии завершится. Миссис Мейтленд, примите мои соболезнования. Я сожалею о вашей утрате.

– Еще бы ты не сожалел, – сказала Марси.

Сэмюэлс поморщился, но продолжил:

– Мисс Гибни, это было потрясающе. Я восхищен вашей работой и вашим усердием. Ваши доводы на удивление убедительны. Вам надо писать фантастические романы, и я говорю это без всякой иронии. Но сейчас я поеду домой, возьму из холодильника бутылочку пива и постараюсь забыть это дело, как страшный сон.

Он подхватил свой портфель и направился к выходу. Хохолок у него на макушке качался, словно грозящий палец.

Когда Сэмюэлс вышел за дверь, Хоуи объявил, что сейчас же займется приготовлениями к поездке.

– Я забронирую нам самолет местных авиалиний. Пилоты знают ближайшую взлетно-посадочную полосу. Также я арендую машину. Поскольку нас всего четверо, думаю, обойдемся седаном или маленьким внедорожником.

– Придержите мне место, – попросил Юн. – На всякий случай. Вдруг все же получится перенести заседания.

– Конечно.

Алек Пелли предложил:

– Надо сегодня же позвонить мистеру Болтону и сказать, чтобы ждал гостей.

Юн поднял руку:

– Я ему позвоню.

– Главное, чтобы он понял, что его никто ни в чем не обвиняет, – сказал Хоуи. – Как-то не хочется, чтобы он пустился в бега.

– Позвони мне, когда поговоришь с Болтоном, – попросил Юна Ральф. – В любое время, даже поздно ночью. Мне интересна его реакция.

– Мне тоже, – сообщила Дженни.

– И скажите ему, чтобы был осторожнее, – добавила Холли. – Потому что, если я права, он следующий.

12

Ральф и остальные вышли из офиса Хоуи Голда, когда на улице было уже темно. Хоуи задержался у себя в кабинете и занялся приготовлениями к завтрашней поездке. Алек остался с ним. Интересно, подумал Ральф, о чем они говорят наедине?

– Мисс Гибни, где вы остановились? – спросила Дженни.

– В мотеле «Флинт-Люкс». Я забронировала себе номер.

– Ой, только не в «Люксе», – сказала Дженни. – Это такая дыра! Единственный люкс в этом «Люксе» – только в названии.

Холли, похоже, пришла в замешательство.

– Ну, здесь же есть и другие гостиницы…

– Можете остановиться у нас, – предложил Ральф, опередив Дженни и надеясь, что это рвение зачтется ему в дальнейшем. Видит бог, несколько очков ему точно не повредят.

Холли не знала, что на это ответить. Она всегда чувствовала себя неуютно в чужих домах. Она чувствовала себя неуютно даже в доме своего детства, когда ездила к маме раз в квартал, исполняя дочерний долг. Она знала, что в доме этих незнакомых людей она очень долго не сможет заснуть и проснется еще до рассвета, вслушиваясь в непривычные скрипы, и шорохи, и приглушенные голоса Андерсонов, которые наверняка будут ее обсуждать… да, почти наверняка. А если ей ночью захочется в туалет, она будет мучиться мыслью, что хозяева ее услышат. К тому же ей надо выспаться. Встреча в офисе Хоуи Голда оказалась достаточно напряженной, и постоянный отпор со стороны скептически настроенного детектива Андерсона был хоть и понятен, но весьма утомителен.

Но было одно «но», как сказал бы Билл Ходжес. Было одно «но».

Неверие Андерсона и было этим «но». Вот почему ей придется принять приглашение.

– Спасибо, это очень любезно. Но сначала мне нужно кое-что сделать. Это не займет много времени. Дайте мне адрес, и мой навигатор меня приведет.

– Я могу вам помочь? – спросил Ральф. – Если вам нужна помощь, я с радостью…

– Нет, спасибо. Я справлюсь сама. – Она пожала Юну руку. – Все-таки постарайтесь поехать с нами, лейтенант Сабло. Я уверена, вам самому этого хочется.

Юн улыбнулся:

– Еще бы! Но как сказал поэт… должен я вернуться в срок.

Марси Мейтленд стояла в стороне совсем одна и прижимала сумку к животу с совершенно потерянным видом. Дженни решительно подошла к ней. Ральф наблюдал, как Марси сначала вся напряглась, словно в испуге, а потом позволила себя обнять. И даже сама – после короткой заминки – обняла Дженни. Марси была похожа на растерянного усталого ребенка. Когда женщины разомкнули объятия, оказалось, что обе плачут.