Если ангелы падут - Рик Мофина

По всему штату рассылались бюллетени с фотографиями и информационными выкладками. Полиция, расположившаяся в каждом известном месте, так или иначе связанном с прошлым Келлера, выслеживала его и детей. В дома Дэнни Беккера, Габриэлы Нанн и тещи Рида в Беркли отправились детективы, устанавливать телефонные ловушки. Аналогичную ловушку поставили и на телефон Рида в редакции.

Полиция Сан-Франциско усилила слежку за Перри Киндхартом, а агенты под прикрытием с удвоенной силой вслушивались в любые уличные разговоры о похищениях. Одни детективы допрашивали членов группы скорбящих Мартин, другие обследовали все пункты проката машин в Заливе. Психолог ФБР изучил досье Рида на Келлера и обсудил его с профессором Мартин. Фотоотдел выдал три четких фотоснимка Келлера, сделанных втихую на той сессии группы скорбящих, а также размножил снимок Зака из бумажника Рида — более свежий, чем тот, что был в рамке на его рабочем столе.

В «Стар» то и дело звонили из других газет — домогались хотя бы фразы или строчки от Рида, каких-нибудь фотоснимков.

Рид нашел себе временное прибежище за пустым угловым столом возле окна.

Из него виднелась часть моста через Бэй-Бридж между двумя офисными башнями. В руке Рид держал фотографию, сделанную Энн на фуникулере за месяц до их разрыва. Он сидел и машинально обводил пальцем личико Зака.

Невольно вспоминался Натан Беккер, горестно согбенный в том бутике на Бальбоа с фотографией своего Дэнни; Нэнси Нанн, умоляющая перед камерами пощадить ее девочку. Помнится, он тогда думал: «Да, для них это, конечно же, грустно, но статья получится взрывная».

А теперь в каком положении он сам?

«Подожди, пока это случится с тобой».

Сидовски подкатил к нему стул. Они здесь были одни.

— Ну что, Том, как ты тут?

Рид качнул головой, не зная, что ответить.

— Давай держись. Если у нас что-то и получается, так это потому, что мы больше знаем об этом типе благодаря тебе.

— Ты как думаешь, Зак мертв?

Они глубоко посмотрели друг другу в глаза.

— Нет, — ответил начистоту Сидовски. — Во всяком случае, пока.

Рид повернулся к окну.

— Том, я думаю, что бы он там ни затевал, он попытается осуществить это завтра, в годовщину.

Рид согласился кивком.

— Послушай, Том: ты же его встречал. Что тебе подсказывает чутье?

— Он безумен.

— Ты же знаешь, мы делаем все возможное, чтобы его разыскать. Сейчас у нас нет ничего конкретного — ни водительских прав, ни телефонной или коммунальной книжки, ни регистрации в налоговой, ни кредитных карт, то есть вообще ничего. На бумаге он не существует. У нас сейчас люди занимаются с «Фарго-банком», после того как он оплатил счет за цветы на семейной могиле. Может, мы сумеем выйти на след. Но это опять же вопрос времени.

Рид кивнул.

— Том, это же и есть тот парень, о котором ты хотел мне рассказать после пресс-конференции Нанн? Ты его тогда уже видел в группе Кейт Мартин и на том мутном видеофрагменте с вечеринки Наннов?

— Да. Только после фиаско с Доннер я решил смолчать.

Сидовски хотел рассказать ему все о Франклине Уоллесе и Верджиле Шуке, но решил, что сейчас не время.

— Иди домой, Том, побудь с женой. Ты ей нужен. Если что-нибудь всплывет, я тебе перезвоню. Очень скоро мы все это перенесем во Дворец правосудия.

— Уолт.

— Да?

— Он у нас единственный ребенок. Он все, что у нас есть.

— Я понимаю. — Сидовски похлопал Рида по плечу. — Будь сильным ради него, — сказал он, прежде чем выйти.

Рид провел пальцем по фотографии сына, снял телефонную трубку и набрал номер своей тещи в Беркли.

— Да? — спросила мать Энн дрожащим голосом.

— Дорис, это Том. Энн дома?

— Она отдыхает. Приехал доктор из университета, дал ей успокоительное. Здесь много полиции… Они указывают, чтобы я не занимала линию.

— Я скоро буду.

— Том, я молюсь за нас всех.

— Я приведу его домой, Дорис. Во что бы то ни стало, я приведу его домой.

Рид прикрыл лицо рукой. Жизнь выходила, ускользала между пальцев, а он ничего не мог сделать. Ему в спину смотрел весь отдел новостей. Услышав знакомое позвякивание браслетов, он понял, что рядом Молли. Она коснулась его плеча.

— Молли, я не знаю, что делать. Поговори со мной, о чем угодно.

— Иди домой, Том. Побудь с Энн.

— Я даже не знаю, смогу ли находиться с ней. Она винит меня.

— Том, никто из людей не может сохранять ясность ума, когда происходит такое. Никто.

Рид повернулся к окну.

— Спасибо за Теллвуда.

— Бенсон упырь. Он посылал меня в Беркли. Не думаю, что ты видел меня в этой… стае.

Рид молча на нее посмотрел.

— Когда он увидел на полицейском сканере имя Келлера, то просто одурел. Полез в твою папку, вытащил статью о Келлере, которую ты вчера написал, и сказал, что наработает на ней Пулитцеровскую премию. А тебя думал не допускать — ты, мол, слишком расстроен, чтобы быть на связи, да к тому же с горя запил. Но некий эксклюзивный источник вывел «Стар» на Келлера, который в отместку похитил Зака, прежде чем полиция смогла его поймать.

— Что?

— А то. Это все правда.

— Да он больной на всю голову.

— Том… — Голос Уилсон срывался. — Том, ты только меня не проклинай, но это же новостной сюжет, будь он неладен. Они заставляют меня написать материал, Том. — Она взглянула на стол и сглотнула. — Хотят, чтобы я взяла у тебя интервью.

Рид с отвращением покачал головой. Но правда была известна ему лучше, чем кому-либо. С противоположного конца зала на него был нацелен телеобъектив.

Он стал падалью, и муравьи неумолимо близились.