Могила девы - Джеффри Дивер

— Да пошла ты! — рявкнул Хэнди.

— Вот о чем я подумала, Лу, — с напускным испугом продолжала Фостер. — Ты в самом деле собрался в Канаду?

Теперь Поттер покосился на Данжело. Их оперативный план предполагал, что Хэнди и Уилкокс пойдут к вертолету через лес. Если Лу благодаря усилиям Фостер решит, что ему не верят, то заподозрит ловушку и не выйдет из здания.

Поттер поднялся и покачал головой. Детектив взглянула на него, но явно собиралась гнуть свою линию. Ее неуважение к авторитету старшего поразило Лебоу и Анжи. А сам переговорщик сел, скорее озадаченный, чем обиженный.

— Конечно, в Канаду, куда же еще? Даже выхлопотал себе специальный коридор. Сам говорил с каким-то хмырем из Федерального авиационного агентства.

Фостер словно не услышала его и продолжила со своим южным выговором:

— Ты убийца полицейских, Лу. Стоит тебе приземлиться где-нибудь в Штатах — с заложниками или без них, — и ты покойник. Каждому копу известно твое лицо. И Уилкокса тоже. Поверь, в тебя сначала выстрелят, а уж потом зачитают права твоему истекающему кровью телу. И обещаю тебе, Лу, «скорая помощь», которая повезет тебя в тюремную больницу, поедет с прохладцей.

С Поттера было достаточно ее грубой тактики. Он не сомневался, что Фостер загоняет преступника обратно в его берлогу. И уже собирался похлопать ее по плечу, но замер, когда услышал ответ Хэнди:

— Никто меня не поймает. Я худший из всех, с кем вы имели дело. Я холодная смерть.

Его остановили не слова Лу, а тон, которым он их произнес. Теперь он напоминал испуганного ребенка. Почти жалкого. Каким бы необычным ни показался метод Фостер, он что-то затронул в Хэнди. Детектив повернулась к Поттеру.

— Можно сделать ему предложение сдаться?

Лебоу, Бадд и Данжело повернули головы к переговорщику. Что творится в мозгу у Хэнди? — размышлял Поттер. Внезапно осознал, насколько безнадежна ситуация? Может, кому-нибудь из репортеров удалось сообщить, что федеральный спецназ окружил бойню, и Хэнди узнал об этом по своему телевизору? Или просто устал? Такое случается — в одно мгновение человека покидает энергия. Только что преступники собирались вырваться на волю, паля во все стороны, но вот безвольно сидят на полу, и когда в дверь вламывается группа захвата, даже не в силах поднять над головой руки.

Но существовала и другая возможность, о которой Поттер даже не хотел думать: просто эта женщина лучше, чем он.

Вихрем ворвалась сюда, оценила Хэнди и нанесла правильный удар. В душу снова закралась ревность. Как поступить?

Внезапно он вспомнил о Мелани. Что вернее ее спасет?

И кивнул детективу:

— Конечно. Давайте.

— Лу, что ты потребуешь в обмен на то, чтобы выйти и сдаться?

«Дашь себе засадить?» — подумал Поттер.

— Дашь себя трахнуть?

— Это ты должен спросить у моего мужа, но он ответит «нет».

Пауза.

— Мне ничего не надо, кроме свободы, а она у меня есть.

— Разве? — мягко спросила Фостер.

Снова пауза. Дольше, чем первая.

Переговорщик прикидывал, что скажет преступник. «Еще как есть. И никто ее у меня не отберет». Но Хэнди сказал совсем противоположное:

— Я… не хочу умирать.

— Никто не собирается в тебя стрелять, Лу.

— Все хотят в меня стрелять. А если я сдамся, судья пропишет мне иглу.

— Мы это обсудим. — Теперь голос Фостер звучал нежно, почти по-матерински. Поттер смотрел на желтый квадратик света. И в глубине души заподозрил, что совершил в этот день серьезные ошибки. Ошибки, которые стоили людям жизни. Детектив повернулась к агенту.

— Кто может гарантировать, что штат не станет добиваться вынесения смертного приговора?

Поттер сообщил ей, что где-то неподалеку находится Роланд Маркс, и послал Банда искать его. Вскоре помощник Генерального прокурора штата появился в командном фургоне. Фостер объяснила ему, каких гарантий требует Хэнди.

— Он сдастся? — Холодные глаза Маркса сверлили Поттера, и переговорщик почувствовал, что все упреки и презрение, которые он в этот день адресовал помощнику Генерального прокурора штата, тот теперь возвращает ему. Впервые он не выдержал его взгляда.

— Думаю, мне удастся убедить его, — ответила Фостер.

— Передайте, что я гарантирую ему все, что угодно. Приложите к моим словам большую красную печать. И украсьте ленточками. Но я не могу скостить ему уже вынесенный приговор.

— И не надо. Не сомневаюсь, что он это понимает.

— Зато гарантирую, что мы не станем колоть его в руку иголками.

— Лу, рядом со мной помощник Генерального прокурора штата. Он гарантирует, что, если ты сдашься, они не станут добиваться вынесения смертного приговора.

— Вот как? — Хэнди помолчал. Раздались такие звуки, словно он потирал пальцами трубку. — И то же самое для моего товарища Шепа?

Фостер нахмурилась. Лебоу повернул к ней компьютер, и она прочитала справку на Уилкокса. Затем посмотрела на Маркса. Тот кивнул.

— Разумеется. Гарантии распространяются на вас обоих.

А что с вашим третьим?

«Говнюк устроил себе несчастный случай», — подумал Поттер.

— Несчастный случай, — рассмеялся Хэнди.

Фостер вопросительно посмотрела на переговорщика.

— Мы считаем, что он мертв, — ответил тот.

— Хорошо, — заключила блондинка-детектив. — Ты и Уилкокс. Будем считать, что мы заключили сделку.

Такое же предложение Поттер делал Хэнди через Чарли Бадда. Почему он принимает его теперь? Через мгновение переговорщик понял.

— Постой, фригидная сучонка, это еще не все.

— Лу, мне нравится, когда ты ругаешься.

— Мне нужна гарантия, что я не окажусь в Каллане. Я убил тамошнего охранника. Стоит мне там очутиться, и меня как пить дать забьют до смерти. Никаких федеральных сроков.

Фостер снова посмотрела на Поттера.

— Звони в министерство юстиции, — шепнул он Тоби. — Дику Аллену, помощнику Генерального прокурора в Вашингтоне.

— Лу, — сказала в трубку Фостер, — мы сейчас будем работать над этим вопросом.

«А пока то да се, давай потрахаемся. А то у меня свербит», — подумал переговорщик.

Хэнди явно повеселел, к нему вернулся прежний настрой, и он начал прикалываться.

— Пока ждем, приходи посидеть на моем петушке.

— Может, и пришла бы, да не знаю, где он у тебя.

— Засиделся в трусах.

— Вот пусть еще там и посидит.

Поттера соединили с Алленом: выслушав его, тот нехотя согласился с тем, что если Хэнди сдастся, то будет сначала отбывать срок по приговору штата. Аллен откажется предъявлять обвинение в побеге, но не может снять обвинение в убийстве охранника. Практически это означало, что Хэнди не попадет в федеральную тюрьму раньше чем лет через пятьдесят после того, как умрет от старости.