Ребекка - Дафна дю Морье

Я не ответила. Я смотрела на Фейвела, смотрела, как он медленно поднимается на ноги. Он тяжело сел на диван и приложил платок к лицу.

— Дайте выпить, — сказал он. — Дайте выпить.

Максим взглянул на Фрэнка. Фрэнк вышел из комнаты. Все молчали. Через минуту Фрэнк вернулся, держа поднос с виски и содовой. Смешал то и другое в стакане, протянул Фейвелу. Фейвел пил жадно, как животное. В том, как он касался губами стакана, было что-то чувственное, отвратительное. Его губы прижимались к стакану каким-то особенным образом. На челюсти, там, где Максим ударил его, было темно-красное пятно. Максим снова повернулся к нему спиной и отошел к окну. Я глянула на полковника Джулиана и увидела, что он смотрит на Максима, смотрит пристально, испытующе. У меня учащенно забилось сердце. Почему у полковника Джулиана такой взгляд?

Неужели он начал задавать себе некоторые вопросы, начал что-то подозревать?

Максим не видел этого. Он глядел в окно. Дождь по-прежнему лил, не переставая, прямыми, ровными струями. Шум воды заполнил комнату. Фейвел допил виски и поставил стакан на столик возле дивана. Он не глядел ни на кого из нас. Сидел, уставясь в пол перед собой. Слышалось лишь его тяжелое дыханье.

В комнатке за библиотекой зазвонил телефон. На одной пронзительной, режущей уши ноте. Фрэнк вышел, чтобы ответить на звонок. Сразу же вернулся и посмотрел на полковника Джулиана.

— Это ваша дочь. Они хотят знать, ждать ли вас с обедом?

Полковник Джулиан нетерпеливо махнул рукой.

— Скажите, чтобы они начинали. Скажите, я не знаю, когда вернусь. — Он взглянул на часы. — Надо же было додуматься сюда позвонить, — пробурчал он. — Нашла время…

Фрэнк взял трубку — передать то, что просил полковник. Я представила себе его дочь у другого конца прохода. Верно, та самая, что играет в гольф. Представила, как она кричит сестре: «Па говорит, чтобы мы начинали без него. Что он там делает, хотела бы я знать. Бифштекс превратится в подошву!» Мы испортили им весь вечер. Нарушили заведенный в доме порядок. Разрозненные нити цеплялись одна за другую, и все оттого, что год назад Максим убил Ребекку. Я поглядела на Фрэнка. У него было бледное, застывшее лицо.

— Я слышал, как подъехала машина. Это вернулся Роберт, — сказал он полковнику Джулиану. — Окно той комнаты выходит на подъездную аллею.

Он поспешил из библиотеки в холл. Фейвел поднял голову. Затем встал на ноги и уставился на дверь. На его лице появилась угрожающая ухмылка.

Дверь отворилась, появился Фрэнк. Обернулся к кому-то в холле.

— Все в порядке, Бен, — спокойно сказал он. — Мистер де Уинтер хочет дать тебе сигарет. Не бойся.

В библиотеку неуклюже вошел Бен, держа в руках зюйдвестку. У него был непривычный, какой-то раздетый вид. Только сейчас я поняла, что он обрит наголо. С непокрытой головой он был чужим, страшным.

Казалось, яркий свет его ослепил. Он тупо глядел по сторонам, моргая глазками-щелками. Взглянул на меня, и я улыбнулась ему слабой, дрожащей улыбкой. Не могу с уверенностью сказать, узнал он меня или нет. Он все так же моргал глазами. Фейвел медленно подошел и стал перед ним.

— Привет, — сказал он. — Как жизнь? Что нового с тех пор, как мы встречались?

Бен уставился на него. На его лице ничего не отразилось. Он ничего не ответил.

— Ну? — сказал Фейвел. — Ты же знаешь, кто я, не так ли?

Бен продолжал вертеть в руках зюйдвестку.

— Э-э? — протянул он.

— Угощайся, — сказал Фейвел, протягивая ему коробку с сигаретами. Бен взглянул на Максима, затем на Фрэнка.

— Бери, бери, не бойся, — сказал Максим. — Бери, сколько хочешь.

Бен взял четыре сигареты и засунул по две за каждое ухо. Потом принялся снова мять в руках шапку.

— Ты ведь знаешь, кто я? — повторил Фейвел.

Но Бен по-прежнему молчал. К нему подошел полковник Джулиан.

— Ты скоро поедешь домой, Бен, — сказал он. — Никто тебя здесь не обидит. Мы просто хотим, чтобы ты ответил на один-два вопроса. Ты ведь знаешь мистера Фейвела, не так ли?

На этот раз Бен затряс головой.

— Не видел я их, — сказал он.

— Вот чертов дурак! — выругался Фейвел. — Прекрасно знает, что видел меня. Ты же видел, как я приходил к миссис де Уинтер в дом на берегу! Ты же видел меня там, скажешь, нет?

— Нет, — сказал Бен. — Не видел.

— Проклятый недоумок! И у тебя хватает наглости стоять тут и врать, будто ты никогда не видел, как я иду с миссис де Уинтер через лес и вхожу в дом на опушке? Это не тебя мы поймали однажды, когда ты пялился на нас в окно, нет?

— Э? — сказал Бен.

— Красноречивый свидетель, — саркастически заметил полковник Джулиан.

Фейвел повернулся на каблуках.

— Это все подстроено, — сказал он. — Кто-то вдолбил, что надо, этому идиоту, подкупил его, как и всех остальных. Говорю вам, он видел меня миллион раз. А ну-ка, может быть, это поможет тебе вспомнить? — Он пошарил в кармане брюк и вытащил оттуда кошелек. Помахал перед Беном долларовой бумажкой. — Ну, вспомнил теперь?

Бен покачал головой.

— Не видел я их, — сказал он, затем уцепился за руку Фрэнка. — Он уведет меня в больницу, да?

— Нет, конечно же, нет, Бен, — сказал Фрэнк.

— Я не хочу в больницу, — сказал Бен. — Они там злые, они обижают людей. Я хочу остаться дома. Я ничего не сделал.

— Все в порядке, Бен, — сказал полковник Джулиан. — Никто не собирается отправлять тебя в больницу. Ты уверен, что никогда раньше не видел этого человека?

— Да, — сказал Бен. — Никогда.

— Ты помнишь миссис де Уинтер? — сказал полковник Джулиан.

Бен нерешительно взглянул на меня.

— Нет, — мягко сказал полковник Джулиан, — не эту даму. Другую. Ту, что приходила в дом на берегу.

— Э? — сказал Бен.

— Ты помнишь даму, у которой была яхта?

Бен заморгал глазами.

— Ее больше нет.

— Да, мы это знаем, — сказал полковник Джулиан. — Она часто плавала на яхте, не так ли? Ты был на берегу, когда она вышла в море в последний раз? Вечером, больше года назад. Когда она больше не вернулась?

Бен принялся мять в руках зюйдвестку. Посмотрел на Фрэнка, потом на Максима.

— Э? — сказал он.

— Ты был там, да? Был? — сказал Фейвел, наклонясь вперед. — Ты видел, как миссис де Уинтер спустилась на берег, вошла в дом, а вскоре из леса вышел мистер де Уинтер. Вошел следом за ней. Что случилось потом? Говори же. Что случилось потом?

Бен отпрянул назад, прижался к стене.

— Я ничего не видел, — сказал он. — Я хочу остаться дома. Я не пойду в больницу. Я вас не знаю. Никогда вас не видел. Никогда. Я никогда не видел вас и ее в лесу, — он начал всхлипывать, как ребенок.