Забирая дыхание - Сабина Тислер

Значит, все в порядке. Раз кондиционер так бушует, Ренато дома. Возможно, он вернулся среди ночи.

Паоло замерз. Он плотнее запахнул куртку и пошел назад. Он решил поздно вечером зайти к Ренато, немного поболтать с ним и, при возможности, попросить выключить эту адскую машину, чтобы она хотя бы ночью не работала, — если при такой низкой температуре ее вообще надо включать.

Паоло продал свои виноградники уже несколько лет назад и не собирался наниматься на работу к другим крестьянам — владельцам виноградников и помогать им собирать урожай. Об этом даже разговора не было. Так что после завтрака он сидел у окна, в то время как его жена отправилась на рынок в Амбру, и ждал, что Ренато, может быть, откроет окна и двери или появится сам.

Но ничего подобного не происходило.

Кондиционер продолжал грохотать, а за окнами не было заметно никакого движения.

В одиннадцать часов Паоло подошел к квартире и позвонил в дверь, но никто не открыл.

В двенадцать часов он пообедал вместе с Ливией, полежал часок — в конце концов, он всю ночь почти не спал — и в три часа пополудни снова позвонил в дверь.

Ничего.

Начиная с этого момента он каждый час звонил в дверь, а в остальное время не спускал глаз с пьяццы и квартиры соседа.

Ренато не появлялся.

В семь вечера, когда открылась остерия, он пошел к Пепе. Может быть, тот что-то знал.

Пепе угостил Паоло бокалом кьянти и подсел к нему за столик, поскольку клиентов в остерии пока что не было и ничего не нужно было готовить.

— Что происходит у Ренато? — спросил Паоло. — Кондиционер молотит уже целые сутки, да так, что с ума можно сойти, хотя, похоже, там никого нет.

— Насколько я знаю, Ренато продал квартиру, — ответил Пепе. — Во всяком случае, тут был покупатель с маклером, они ужинали у меня. Это был немец, и он проявлял очень большой интерес. Он хотел купить ее. Ну, это то, что я услышал. Не знаю, подписал он договор или нет. Я с Ренато не разговаривал уже целую вечность.

Паоло задумался и осторожно спросил:

— У тебя ведь есть его ключи?

Пепе кивнул.

— Тогда давай зайдем и посмотрим, все ли там в порядке. Я уверен, что Ренато не рассердится. В конце концов, у тебя ключи как раз на такой случай. А еще одну ночь в этом грохоте я не выдержу.

— Va bene. — Пепе снял свой безукоризненно чистый и тщательно отглаженный фартук. — Если ты считаешь, что там что-то не так, давай сходим.

Пепе поспешил за ключом. Он знал, что в остерии все будет в порядке, — даже если он отлучится на полчаса, поскольку они с женой держали все под контролем, но любил лично приветствовать клиентов, когда они заходили к нему.

В квартире на них обрушился ледяной холод. Казалось, они попали в холодильник — даже был виден пар от дыхания. Они взглянули друг на друга, словно говоря: «Что за идиотизм?»

Паоло прикинул, что температура в квартире не превышает восьми градусов. Он не мог себе объяснить, зачем это нужно.

— Привет! Тут есть кто-нибудь? Ренато! Permesso?^[108]

На зов никто не откликнулся. Вся эта ситуация была для Пепе крайне неприятной, и он медленно и осторожно пошел дальше, а Паоло следовал за ним.

В гостиной тоже гулял ледяной ветер, тем не менее оба мужчины пришли в восторг оттого, что новый владелец квартиры сделал из кухни и гостиной с помощью всяких мелочей и аксессуаров.

Паоло открыл дверь в спальню.

В первый момент он не поверил тому, что увидел. На кровати лежал голый, связанный по рукам и ногам, с кляпом во рту, замерзший до синевы Джанни — сын полицейского Донато Нери.

На простынях была кровь.

Юноша не двигался.

— Джанни! — позвал Пепе.

Паоло подошел и наклонился к нему.

И услышал слабый хрип.

— Он жив! — закричал Паоло. — Porca miseria, Madonnina^[109], он жив! Позвони в больницу, Пепе, пусть поторопятся! Проклятье, вид у него скверный, но он жив! — Потом он позвонил карабинерам: — Быстро приезжайте! Нери, здесь твой сын!

— А ты где?

— В Монтебеники, на пьяцце, дом номер восемьдесят девять. Ambulanza^[110] тоже должна быть здесь с минуты на минуту.

Нери сбросил разговор и нажал на газ.

Через семнадцать минут Нери и его коллега Альфонсо были на месте, а через две минуты приехала машина спасателей.

Нери хотелось схватить на руки практически замерзшего сына и завернуть его в одеяло, но он сдержался. Альфонсо поспешно делал фотографии того, в каком виде был найден юноша. Затем ambulanza отвезла Джанни в больницу в Сиену.

Нери поехал вслед за ними, а Альфонсо вызвал трасологов и опечатал дверь.

У Пепе и Паоло не было более срочных дел, чем как можно быстрее распространить по соседям то, что случилось в квартире.

Монтебеники были в шоке.