Земля мертвых - Жан-Кристоф Гранже

Не выдержав, он пригласил Барби выпить кофе в «Золотом солнце», забегаловке, где раньше собирались копы из управления: ему хотелось порасспросить ее о деле Собески.

Барби вроде бы искренне удивилась:

– Дело закрыто.

– Это еще не значит, что оно закончено. В этой истории вообще ничего не ясно.

– Согласна, но у нас в следственной бригаде сейчас и других срочных трупов хватает.

Корсо кивнул, рассматривая сквозь стекло движение на мосту Сен-Мишель.

– Ты что-то слышал? – поинтересовалась она.

Он отрицательно покачал головой, не глядя на нее и раздумывая, имеет ли смысл сейчас снова рыться в архивных материалах дела, к чему его подталкивала Клаудия. К тому же он эти бумажки и так наизусть выучил…

– А Перес? – спросил он, не отрывая глаз от моста.

– Ничего не нашли, разумеется, – бросила Барби не без иронии. – Следователь даст заключение об убийстве с целью ограбления: ведь бумажник-то у него украли.

Корсо с осознанным цинизмом подумал, что идеальное преступление может совершить только коп.

Он обратил взгляд на Барби. Власть пошла ей на пользу. Она казалась не такой нервной, ногти были не изгрызены, а выражение лица стало более спокойным. Зато внешний облик, как и прежде, оставлял желать лучшего: платье будто скроено из армейского чехла, челка висит наперекосяк.

– Ты вроде не в своей тарелке, – забеспокоилась она, – все в порядке?

– В порядке.

– Как работа?

– Рутина. Нашел-таки себе тепленькое местечко.

– А Тедди?

– Все в норме. – Он глянул на часы. – Пора ехать за ним в школу.

Но Барби читала между строк.

– Ты ведь этого и хотел, верно?

– Говорю же, все хорошо.

Он ответил с оттенком раздражения, которое означало прямо противоположное. Но он предпочел не задерживаться на вопросе, который мучил его последние месяцы: действительно ли он создан для спокойного существования отца семейства? И разве это в его стиле – плюнуть на серию убийств, так и не добравшись с уверенностью до личности преступника?

– Приятно было тебя повидать, – сказал он, вставая. – В следующий раз пообедаем.

Барби не дала себе труда отвечать. Она достаточно хорошо знала своего Корсо, чтобы не понять, что все это туфта. Коп никак не мог переварить это дело, и точка; значит, оставался единственный способ утрясти его: снова открыть ящик Пандоры.

Всю неделю он запрещал себе звонить Бомпар, чтобы получить доступ к архивам. Ему также удавалось не зарыться в собственные заметки и документы, которые он оставил у себя. Но наваждение не отпускало, разрастаясь, словно опухоль в мозгу. Он без конца мысленно перебирал выпадающие детали, противоречивые факты, так и не получившие объяснения. Не Собески и не Перес… Ночью, когда он засыпал, у него появлялось ощущение, что он погружается в тень монстра – настоящего, который умудрился обмануть всю Францию и рано или поздно снова нанесет удар…

В ночь с 14 на 15 декабря его разбудил телефонный звонок. Еще не успев ответить, он увидел на экране имя: БАРБИ.

– У нас труп, – проговорила она глухим голосом, как будто ей не хватало дыхания. – Тот же образ действий, те же увечья: убийца из «Сквонка» вернулся.

– Очередная стриптизерша?

Повисла короткая пауза. Ему показалось, что она плачет, – вот уж чего никогда не случалось.

– Клаудия Мюллер.

88

Тело было обнаружено в порту Тольбиак бригадой ночных сторожей около трех ночи, рядом с готовой к работе фабрикой по производству бетона – и недалеко от свалки на улице Потерн-де-Пеплие, где был найден первый труп.

Корсо доехал до места как зомби. Мисс Берет ночевала у него и могла остаться с Тедди. В остальном – полный шок.

С самого начала он погнался не за той добычей, не смог помешать убийствам и даже спровоцировал новые. И вот теперь он некоторым образом способствовал убийству Клаудии Мюллер.

Почему она? За причастность к делу «Сквонка»? Потому что защищала Собески, «ложного убийцу»? Из-за ее стремления возобновить расследование – но каким образом убийца мог быть в курсе? Или дело в каких-то давних грехах, о которых Корсо не имел представления? Или же, почему бы и нет, чтобы спровоцировать его, копа, который вел дело? Но ведь Корсо не представлял серьезной угрозы: начиная с первого убийства в июне 2016-го он только и делал, что промахивался.

Когда он подъезжал к порту Тольбиак, ощущение нереальности еще усилилось: от берегов исходило фиолетовое свечение, как будто какой-то чудовищный флюоресцирующий неон поджаривал миллиарды мошек.

Он припарковался, предъявил удостоверение караульным из оцепления и спустился по каменному пандусу, который вел непосредственно к берегу. И только тогда понял, откуда исходит свечение. Монументальная бетонная фабрика предстала в новом обличье, над ней высился огромный контейнер, окаймленный светодиодными лампочками, которые освещали Сену. Получился сверхъестественный монолит чистого света, в регулярном ритме меняющий цвет.

Корсо заметил группу копов в штатском у подножия конструкции, исхлестанной синими вспышками мигалок. Всякий раз, когда одна из вспышек попадала на бункер, ее луч разбивался на тысячу искр, словно облако светлячков, попавших в северное сияние.

Корсо наблюдал за этим явлением зачарованно, но одновременно как бы со стороны, в полной растерянности, не способный что-либо анализировать. Его внутренний мир словно смело, а что до внешнего, то на него он смотрел с удивлением и непониманием.

– Хочешь увидеть тело?

Корсо вздрогнул. Перед ним стояла Барби с сигаретой в зубах, в ореоле света от контейнера, который сейчас наливался зеленым. Ее лицо казалось гипсовым, бледным. Эк вы в одночасье постарели, мадам руководительница группы…

– Вы уверены, что это она? – спросил Корсо.

– Без сомнения. В остальном все как у других: ни одежды, ни документов.

Свет перешел в синеву. Они двинулись к месту преступления, за контейнер с песком и камнями, покинув лазурную ясность, чтобы сменить ее на клиническую белизну прожекторов службы учета. Над местом убийства натянули тент, чтобы оно не просматривалось с верхней набережной, – несмотря на поздний час, там уже скопились молчаливые зеваки и надравшиеся гуляки, отпускавшие тупые шуточки.

– Уберите этих козлов! – в сердцах бросил Корсо, прежде чем зайти под тент.

Барби снисходительно покачала головой: Корсо забыл, что здесь у него больше нет никакой власти.

– Мы этим уже занимаемся, но нельзя перекрыть всю набережную. Ты готов?

– Не держи меня за целку.

Они проникли под навес, натягивая гипоаллергенные нитриловые перчатки. Он отметил – глупая деталь, но мозг решал за него, – что перчатки подходят по цвету к светящемуся вдали контейнеру, который вернулся к изначальному фиолетовому.