Малыш 44 - Том Роб Смит

— Андрей, у тебя есть семья. Я видел наверху твоих детей, таких же, как и те, кого ты убил. У тебя две замечательные дочери. Разве ты не понимаешь: то, что ты делал — неправильно?

— Это было необходимо.

— Нет.

Андрей вдруг вспылил и с силой ударил обоими кулаками по столу.

— Не смей разговаривать со мной таким тоном! Ты не имеешь права выходить из себя! Ты даже не собирался искать меня! Ты так и не вернулся! Ты знал, что я жив, но тебе было все равно! Забудь о глупом неуклюжем Андрее! Он для тебя — ничто! Ты бросил меня с чокнутой матерью, в деревне, полной гниющих трупов! Ты не имеешь права осуждать меня!

Лев смотрел в исказившееся от гнева лицо брата, мгновенно утратившее знакомые черты. Неужели это тот самый человек, которого он в последний раз видел еще ребенком? Через что пришлось пройти его брату? Через какие невыносимые ужасы? Но время для понимания и сочувствия давно миновало. Андрей вытер пот со лба.

— Это был единственный способ заставить тебя искать меня и найти, единственный способ, с помощью которого я был в состоянии привлечь твое внимание. Ты мог хотя бы начать искать меня. Но ты не сделал этого. Ты выбросил меня из своей жизни. Ты постарался забыть обо мне. А я пережил самые счастливые мгновения своей жизни в тот день, когда мы с тобой поймали кота в лесу. Мы были тогда вдвоем, были одной командой. Когда мы с тобой были вместе, я никогда не считал мир несправедливым, даже когда нам нечего было есть и когда мы замерзали от холода. Но потом ты ушел от меня.

— Андрей, я не бросал тебя. Меня увели силой. Человек в лесу ударил меня по голове. Он сунул меня в мешок и унес с собой. Иначе я бы никогда не оставил тебя одного.

Андрей упрямо покачал головой.

— Так говорила и мать. Но это ложь. Ты предал меня.

— Я чуть не умер. Тот человек, что забрал меня, — он собирался меня убить. Они намеревались скормить меня своему сыну. Но, когда мы пришли к нему домой, их сын уже умер. А у меня было сотрясение мозга. Я даже не мог вспомнить, как меня зовут. Прошло много недель, прежде чем я начал приходить в себя. К тому времени мы уже жили в Москве. Мы уехали из деревни. Они хотели найти пропитание. Я вспомнил тебя. Я вспомнил нашу маму. Я вспомнил, как мы жили вместе. Разумеется, я вспомнил все это. Но что я мог сделать? У меня не было выбора. Нужно было жить дальше. Мне очень жаль.

Лев просил прощения.

Андрей взял со стола колоду и принялся тасовать карты.

— Ты мог разыскать меня, когда стал старше. Ты мог хотя бы попытаться. Я ведь не менял фамилию. Найти меня было совсем нетрудно, особенно для человека, облеченного властью.

Он говорил правду. Лев мог разыскать младшего брата, но он предпочел похоронить прошлое. А теперь его брат убийствами проложил себе обратную дорогу в его жизнь.

— Андрей, я всю жизнь только и делал, что старался забыть прошлое. Я вырос, боясь сделать больно своим новым родителям. Я боялся напомнить им о прошлом, потому что боялся напомнить им о том времени, когда они хотели убить меня. Я просыпался по ночам — каждую ночь — в поту, потому что мне снилось, будто они передумали и опять хотят убить меня. Я старался изо всех сил, чтобы они полюбили меня. Для меня это был вопрос жизни или смерти.

— Ты всегда хотел обойтись без меня, Павел. Ты всегда хотел бросить меня.

— Ты знаешь, зачем я пришел сюда?

— Ты пришел убить меня. Зачем еще может прийти охотник? После того как ты убьешь меня, меня станут ненавидеть, а тебя — любить и обожать. Так было всегда.

— Братишка, меня считают предателем из-за того, что я хочу остановить тебя.

Андрей, похоже, искренне удивился.

— Почему?

— Потому что в совершенных тобою убийствах обвинили других людей — прямо или косвенно. Но из-за твоих преступлений умерло много невинных людей. Ты понимаешь? Твоя вина — досадная помеха для государства.

По лицу Андрея нельзя было угадать, о чем он думает. Наконец он произнес:

— Я напишу признание.

— Очередное признание… И о чем в нем пойдет речь?

— Я, Андрей Сидоров, — убийца.

Его брат так ничего и не понял. Его признание было никому не нужно, никто не хотел, чтобы он признал свою вину.

— Андрей, я пришел не для того, чтобы забрать твое признание. Я пришел, чтобы убедиться в том, что ты больше никого не убьешь.

— Я не собираюсь мешать тебе. Я добился всего, чего хотел. И оказался прав. Я заставил тебя пожалеть о том, что ты не разыскал меня раньше. Если бы ты это сделал, подумай, сколько жизней ты мог бы спасти.

— Ты сошел с ума.

— Прежде чем ты убьешь меня, давай сыграем в карты. Пожалуйста, брат, это — самое меньшее, что ты можешь для меня сделать.

Андрей сдал карты. Лев сидел и смотрел на них.

— Пожалуйста, брат. Всего одну партию. Если ты сыграешь со мной, я позволю тебе убить меня.

Лев взял свои карты. Не потому, что поверил в обещание брата, а потому, что ему надо было собраться с мыслями и успокоиться. Он должен представить, что Андрей — всего лишь незнакомец. Они начали игру. Андрей увлекся и выглядел совершенно спокойным. Сбоку послышался какой-то шум. Лев встревоженно обернулся. У подножия лестницы стояла славная маленькая девочка с растрепанными волосами. Она остановилась на нижней ступеньке, робко выглядывая из-за угла. Наверное, ее научили, что подсматривать — нехорошо. Андрей встал из-за стола.

— Надя, это мой брат, Павел.

— Тот самый, о котором ты мне говорил? Тот самый брат, что должен был прийти к нам в гости?

— Да.

Надя повернулась ко Льву.

— Вы, наверное, хотите кушать? Вы приехали издалека?

Лев не знал, что ей сказать. На помощь ему пришел Андрей.

— Возвращайся в постель.

— Но ведь я уже проснулась. И заснуть снова не смогу. Я буду лежать наверху с открытыми глазами и прислушиваться к вашему разговору. Можно мне посидеть с вами? Мне очень хочется познакомиться с твоим братом. Я ведь никогда не встречала никого из твоих родственников. Пожалуйста, папочка!

— Павел проделал долгий путь, чтобы найти меня. Нам с ним нужно о многом поговорить.

Лев понимал, что должен отделаться от маленькой девочки. Ему грозила опасность оказаться втянутым в праздник семейного воссоединения: водка стаканами, холодное мясо на закуску и вопросы о прошлом. А он пришел сюда, чтобы убить.

— Быть может, мы выпьем чаю, если он у вас есть?

— Есть. Я уже умею его готовить. Мне разбудить маму?

Андрей коротко ответил:

— Не надо. Пусть спит.

— Тогда я приготовлю его сама.

— Хорошо, приготовь чай сама.