Сталь - Anne Dar

– Послушайте, мы едем в Швейцарию. Блуждающие здесь будут с минуты на минуты, а у вас сломался автобус. В салоне у нас нет места, но все вы можете с лёгкостью поместиться в нашем прицепе.

– Спасибо за предложение, но мы отказываемся.

– Что? – я не верила своим ушам.

– Мы не поедем с вами, – уверенно повторил мужчина.

– Вы не понимаете – сюда движется толпа заражённых людей, – я продолжила объяснять буквально на пальцах. – Если вы сейчас откажетесь поехать с нами, вы умрёте.

– Все жизни рано или поздно приходят к своему завершению. Если нам суждено умереть сегодня, значит суждено и ничего с этим не поделаешь.

Я не верила своим ушам, но понимала, что он это серьёзно.

– Вы меня не слышите: в Швейцарии есть убежище, до него всего несколько часов езды отсюда, вы ещё можете спастись, если поедите с нами. – Мужчина, не опуская скрещенных на груди рук, смотрел на меня непробиваемым взглядом, явно означающим, что он сказал своё последнее слово. – Умереть здесь и сейчас – это ваше решение, – я прекратила скрывать свою злость, – но не решение вашей жены и ваших детей. Вы спрашивали у них, хотят ли они умирать? Не хотите ехать с нами – отпустите детей.

– Мы не хотим с вами ехать, – вдруг одновременно раздались три нестройных мальчишеских голоса. Я метнула взгляд на их носителей: трое мальчишек лет шестнадцати, четырнадцати и двенадцати стояли за спиной своего отца точь-в-точь в той же позе, точно так же скрещивая руки на груди. В глазах всех трёх плескался отблеск напрочь промытого фанатизмом мозга. Я поспешно перевела взгляд на женщину, ведь не могла же мать желать подобной участи своим детям. Женщина вдруг неестественно и совершенно неподходяще для текущей ситуации заулыбалась:

– Мы и вправду хотим остаться. Мы для себя всё решили в момент поломки колеса – это кармический знак. Наш земной путь будет окончен здесь.

Бл*дь! Серьёзно?!

Меня так и подмывало выскочить из машины, схватить эту сумасшедшую за волосы и врезать её головой о прицеп, в который она сейчас должна была грузить своих детей, и хорошенько прокричать ей прямо в ухо, чтобы мои слова врезались прямо в её пустой мозг: “Это твои дети, с*чка! Сдохни сама, но детей спасай!”.

Мой явно свирепый взгляд упал на младших мальчишек, которые всё это время отмалчивались. Под моим тяжеловесным взглядом они вдруг ссутулились и начали пятиться назад к автобусу. Это подмыло меня ещё больше.

Я уже готова была взорваться, как вдруг Тристан накрыл своей ладонью мой лежащий на колене кулак:

– Мы тратим время, нам необходимо успеть заправить бак, – тоном мудреца напомнил мне он.

Эти слова быстро привели меня в чувства. Сколько у нас осталось времени до столкновения с текущем в эту сторону морем Блуждающих? Пять минут?

– Ладно, я сдаюсь, ваше право, – вдруг выдохнула сжатый воздух из своих лёгких я, внезапно почувствовав неестественную лёгкость во всём своём теле, какую может чувствовать актёр, с головой погрузившийся в свою роль, или мошенник, верящий в чистоту своих махинаций. – Но вы можете помочь нам? Дело в том, что нам необходимо заправиться, но мы тоже не местные и не знаем, как в Германии устроена работа заправочных станций, а ведь в каждой стране своя система. – Откуда им было знать, что за десять лет их радужной жизни в лесу система осталась везде одинаковой? – Мы были бы очень признательны вам, если бы вы помогли нам заправить бак.

– Серьёзно? – мужчина снова стал тереть свой небритый подбородок. – Вы не знаете, как заправиться?

– Мы из Норвегии, а там давно уже отошли от контактных заправок, – я буквально кожей чувствовала, как утекает драгоценное время. – Или вы тоже не разбираетесь в этом? – я знала, куда била. Самолюбие этого фанатика, которое он и его жена так тщательно пестовали, не могло быть задето тем, что он чего-то мог не знать о мире, в котором отсутствовал целое десятилетие.

– Мы вам поможем, – мгновенно прогнулся самодур и, посмотрев на своего старшего сына, сказал. – Матео, полезай в прицеп.

Не прошло и десяти секунд, как мужчина вместе с сыном сидели у нас в прицепе. Я закрыла окно и, наблюдая за тем, как дети этого человека и его жена машут руками нам вслед, сжала зубы.

– Что ты делаешь? – тронувшись с места, прошипел сквозь зубы Тристан.

– Муж с женой и старшие дети глухи, – ответным шёпотом отозвалась я.

– Теона, что ты задумала? – Тристану явно не нравилась моя импровизация. Мне самой она не нравилась. Кто знает, на что способны эти фанатики? Вдруг у них есть оружие? И мы связываемся с ними за считанные минуты до возможного столкновения с Блуждающими? Серьёзно?!..

У нас было меньше минуты, чтобы обсудить план, пока мы не остановились напротив необходимой нам колонки. И, кажется, вроде как, мы успели…

Глава 57

Я наблюдала за тем, как отец с сыном возятся у кассы. И что там сложного? Всего две кнопки нажать… Мы сказали, что нам необходимо пятьдесят литров.

– Газуй, когда зальётся тридцать, – шёпотом произнесла я.

– Ну или когда кто-то из них захочет залезть обратно в прицеп, – отозвался Тристан, которому явно не нравился мой план.

Заправочная колонка издала резкий щелчок, от которого я едва не вздрогнула. Отсчёт литров пошёл. Я вцепилась взглядом в мужчин, всё ещё остающихся в здании заправочной станции – их привлёк продовольственный прилавок. Но ненадолго. Уже спустя полминуты они направились к выходу. Я нагнулась к Тристану, чтобы посмотреть на счётчик через его окно, и с жутко колотящимся сердцем увидела, что успело набежать всего лишь пять литров.

– Успокойся, всё получится, – Тристан вдруг коснулся моего предплечья, случайно соприкоснувшегося с его плечом, и провёл по нему поглаживающим движением. На сей раз в его голосе не было ни капли напряжения, но отчётливо разливалась нежность.

– Всё ещё различаешь биение моего сердца? – недовольно заметила я.

– Да, – шёпотом отозвался он, напряжённо наблюдая за обходящим машину спереди отцом фанатичного семейства. Его сын остановился в паре шагов от моей двери.

– Ничего не изменилось за десять лет, – довольно ухмыльнулся мужчина в приспущенное на пару сантиметров окно Тристана. – Видимо, Германия в этом плане немного отстала от Норвегии.

Я сжато улыбнулась в ответ на неприятную, самодовольную улыбку мужчины, изо всех сил стараясь мысленно не пускать в его сторону стрелы, сотканные из нецензурных ругательств.

Следующую минуту ничего не происходило,