Изолятор - Джошуа Спэньол

Полная темнота. Я долго сидел у стены в маленькой комнатке, закрыв лицо руками, – ждал, когда глаза привыкнут к темноте. Они так и не привыкли. Единственный свет исходил от моих собственных часов – да и то если нажать кнопку подсветки. Я с минуту подержал ее, полюбовался на живой зеленый свет, а потом отпустил. Снова темнота. Но это и лучше, безопаснее.

Понимая, что выйти пока нельзя и что сидение на месте лишь усугубит тревогу, я встал и пошел по комнате. С помощью света часов определил местоположение коробок с файлами. Снял с одной из коробок крышку и постарался разглядеть, что находится внутри. Циферблат светился слишком тускло и норовил погаснуть уже через пять секунд, но навел меня на мысль: ведь в кармане лежит сотовый телефон. Целую вечность прокопавшись в меню, я наконец обнаружил нужную функцию и включил подсветку. Телефон тут же услужливо предупредил о высокой нагрузке на батарейки. Игнорируя предупреждение, я все-таки оставил свет.

Свет оказался достаточно ярким, чтобы можно было читать. Я начал листать страницы и обнаружил, что они представляют собой преимущественно отчеты об умерших свиньях. Быстро просмотрел написанное: многие из болезней, закончившихся смертельным исходом, мне совсем не известны. В этот момент я пожалел, что рядом нет Бена Валло, а еще лучше – кого-нибудь из ветеринаров Центра контроля.

Отодвинул верхнюю коробку в сторону и открыл ту, которая стояла под ней. На последнем файле стояло обозначение «КЧФ». Я вытащил его и начал листать. Страницы представляли собой результаты биопсии и анализов крови, а также даты получения образцов. К каждой странице были прикреплены квитанции почтовой службы «Федерал экспресс». Я продолжал листать. Вот результаты физического осмотра: рост, вес, температура. Все, как обычно, и даже больше. Неврологическая экспертиза, психиатрическая экспертиза. Кинкейд Чарлз Фальк в отличие от остальных постояльцев пансионата, в котором он жил, находился под пристальным наблюдением врачей. Судя по датам, каждый месяц он проходил и физический осмотр, и биопсию.

Вдруг глаза на чем-то непроизвольно остановились. Я сосредоточился: да, так оно и есть. Подпись внизу страницы. Разобрать оказалось сложно, поэтому я поднес поближе сотовый и всмотрелся: Рэндал Джефферсон, доктор медицины. Хозяин пансионатов, бывший коллега доктора Тобел. Читая файлы, я невольно задумался о том, что сотрудники «Трансгеники» хорошо знали этого человека. И ничего удивительного: ведь сам доктор Фальк провел в Балтиморе несколько весьма плодотворных лет.

Телефон внезапно запищал, чем напугал меня буквально до смерти. Взглянув на экран, я увидел предупреждение о том, что аккумулятор стремительно садится. Вытащив из папки один из отчетов о биопсии, сложил его и сунул в карман. Выбрал в меню нужную функцию и выключил свет. Уже в полной темноте нашарил крышки коробок и пристроил их на место. Потом на цыпочках пробрался к своему месту за дверью.

Усевшись, задумался и снова поддался волне страха. С одной стороны, я обнаружил куда больше, чем ожидал. Сошлись воедино все казавшиеся разрозненными события. С другой стороны, я и понятия не имел, каким образом можно выбраться из всей этой неразберихи.

Я бы с удовольствием рассказал, как мгновенно составил план стремительного и дерзкого отхода: бросок, прорыв, стремительный бег и так далее. Однако, к сожалению, ничего подобного не произошло. Здание наверняка находилось под тщательным наблюдением, так что при первой же попытке ретироваться меня обнаружили бы. Вполне понятно, что заинтересованные лица могли проследить за движением карточки-удостоверения на имя доктора Хэрриет Тобел; впрочем, они это уже и сделали.

Вечно сидеть в кладовке я не мог. Скоро ее снова проверят, это точно. А Элен может изменить свою позицию по отношению ко мне.

Следовательно, единственный выход – звать на помощь. Я знал, в какой местности нахожусь. Машина, должно быть, все еще стоит на дороге. Если Брук вызовет полицию, то, скорее всего, они смогут меня найти. Сослагательного наклонения в этом плане, конечно, многовато, но для парня, которому еще далеко до Джеймса Бонда, иного выхода нет.

Я включил телефон (индикатор зарядки аккумулятора показывал лишь одну полоску) и набрал номер Брук.

Гудки, гудки и гудки.

– Черт возьми! – прошептал я.

Едва я подумал, что сейчас включится автоответчик, как раздался голос Брук.

– Да? – произнесла она слабо и жалобно.

– Брук! Тебе придется вызывать полицию. Я расскажу, где примерно нахожусь, ты узнаешь машину – она, наверное, еще на дороге…

– Уходи оттуда…

Последовал какой-то шум, снова голос Брук потребовал:

– Уходи, Натаниель!

Потом раздался другой, мужской, голос.

– Доктор Маккормик? – поинтересовался он.

– Кто это?

– Не имеет значения.

– Еще как имеет!

– Послушайте, доктор Маккормик. Ваша подруга сейчас со мной. С ней все в порядке. Но лишь от вас зависит, как долго еще будет с ней все в порядке.

Я очень растерялся, а потому спросил:

– О чем вы говорите?

– Вы прекрасно понимаете, о чем именно я говорю. Кому вы сказали?

– Кому я сказал – что?

– Кому вы уже звонили?

– Никому не звонил. И вообще, кто вы такой?

– Надеюсь, что не звонили. Слушайте внимательно. Необходимо, чтобы через пятнадцать минут вы стояли перед главным зданием фермы. Если же вы уже ушли или уехали, если звоните из другого места, то возвращайтесь.