Око Каина - Патрик Бовен

«3, 4, 5…»

Цифры сменялись, по мере того как лифт поднимался наверх. Сет повернулся к стеклянной дверце, стараясь не думать о тесноте кабины. От скоростного подъема у него появлялось неприятное ощущение под ложечкой.

«11,12…»

Он сосредоточился на виде сверху.

Вечерний хаос красок был великолепен. На небольшой площади возле отеля пальмы с ярко-зелеными, почти фосфоресцирующими кронами покачивались на серебристом фоне «Ситикорп Билдинг», заливаемого потоками дождя. В этом здании снимался телесериал «Закон Лос-Анджелеса», который он смотрел во время заключения, в конце 80-х.

В те времена Сет часто мечтал, чтобы Арнольд Беккер занялся его делом и выступил в его защиту. Добрый старый Арни. Ни одной юбки не пропустит, но в то же время — чертовски хороший адвокат. Он знал бы, как поступить: в мечтах Сета Беккер приводил неумолимые, железные аргументы, которые сражали всех наповал, — и Сет был спасен. В один прекрасный день он проснулся бы свободным… Счетчик открутили бы к нулю.

Лифт остановился. Кто-то вышел, и сразу много народу зашло, прижав Сета к стеклянной стене. Он поморщился и взялся за позолоченные поручни. Лифт снова тронулся.

«19, 20…»

Справа от «Ситикорп» теперь были видны освещенные фасады Центральной библиотеки, выделяющиеся на охряном фоне Калифорнийского Траст-банка — они вносили некую теплую доминанту в окружающую холодность стекла и металла. Затем Сет снова принялся разглядывать из-под капюшона внутренность кабины.

Люди в мокрых плащах прижимали к себе мокрые кейсы. Одна женщина поправляла шейный платок. Другая подкрашивала губы, глядя в карманное зеркальце. Маленькая девочка, стоявшая возле большого зеркала, развлекалась, дыша на стекло. Когда поверхность зеркала достаточно затуманивалась, она рисовала на ней сердечко и чуть отодвигалась, любуясь результатом.

Сет пытался подавить в себе клаустрофобию. Еще несколько секунд терпения…

Наконец лифт завершил свой путь и остановился.

Тридцать пятый этаж.

Двери распахнулись, и поток пассажиров хлынул наружу. Вместо них в кабину ворвался свежий поток воздуха. Сет несколько секунд оставался в лифте, нажав кнопку, удерживавшую двери, и глубоко дыша.

Сильный и слабый одновременно. Таков весь абсурд его положения.

Несмотря на многолетнюю терапию, его главным врагом оставалась толпа. Для того чтобы преодолевать это препятствие, требовалось множество ухищрений — вот почему работа в техслужбе отеля подходила ему, как перчатка. Долгие одинокие часы в служебных помещениях, осмотр технических приборов в узких коридорах, проверка коммуникаций, замена фильтров в вентиляционных люках, пневмошин — в грузоподъемниках, ремонт и наладка при необходимости.

Он был хранителем этого мира, который и не подозревал о его существовании. Он был тенью среди теней. Сын Джона Гордона, стерегущий королевство, созданное отцом.

Но самое главное — он ни от кого не зависел. В границах его владений его не беспокоили ни долбаные психиатры, ни агенты службы надзора.

Он почувствовал, как кто-то дергает его за куртку.

— Эй, ты выходишь?

Девчонка, которая рисовала сердечки на зеркале, еще раз потянула за полу его куртки. Сет инстинктивно сжал рукоять электрошокера.