Насилие - Вадим Десятниченко

– Найджел просто замечательный! У него неплохая квартира, но скоро он переедет в один из самых дорогих небоскребов. Он обаятельный и целеустремленный. Правда, я не уверена, что у нас все серьезно, но нас пока что все устраивает. И он просто шикарный любовник! Мы полночи не слезаем друг с друга, – в ее голосе звучала страсть.

Я получила то, что хотела. Я бесшумно открыла сумочку и надела перчатку на правую руку. Хорошо, что было темно. Она ничего не заподозрила. Я нащупала нож. Отступать поздно. Я взяла нож в руку. Мой взгляд сосредоточился на шее Молли. Воцарилась абсолютная тишина, Молли не знала что сказать. Тишину нарушал лишь стук ее каблуков.

– Молли…

Стук. Стук. Стук.

– Да, Ребекка?

Стук. Стук. Стук. Давай, скажи ей!

– Ты знала, что Найджел принадлежит мне? И только мне!

Она хотела ответить. Но было поздно. Я ударила ее в шею. Молли пошатнулась и упала. Руками она пыталась заткнуть струю крови. Наверняка, я попала в артерию. Мне захотелось ударить ее еще. За все то дерьмо, что происходило со мной.

Я чувствовала на себе ее взгляд. Она шипела, пытаясь проговорить что-нибудь, но мне было все равно. Я спустилась над ней и полоснула ножом по ее лицу. Молли начала вопить от боли. Я ударила ее ногой по голове. Кажется, бедняжка потеряла сознание.

Разорвав рубашку Молли, я начала кромсать ее грудь. Она выглядела ужасно. Самый гнусный извращенец не посмотрел бы на нее.

Пора было уходить. Пришлось покидать переулок, опираясь на стену. Мне было плохо. Нащупав мусорный бак, я засунула нож вглубь мусорной кучи. В следующем переулке удалось избавиться от перчаток, скомкав их и сбросив в решетку канализации. Теперь ничего не связывало меня с тем преступлением.

Пройдя несколько кварталов темными улочками, я добралась до дома. По пути я наткнулась на шумную компанию пьяных парней. Увидев меня, они остановились и с ужасом посмотрели на меня. Наверное, я выглядела не очень.

Войдя в квартиру я быстро закрыла за собой дверь и побежала в ванную. Меня опять стошнило. Сердце билось так сильно, что еще немного, и в морге рядом с Молли могла оказаться я. Нужно было умыться. Увидев себя в зеркале, я застыла на месте. Мое лицо было в крови. Это объясняет поведение тех парней. Моя шея была вся в крови. В крови Молли.

Я начала задыхаться. Потом зарыдала так, что перед глазами встала пелена из слез. Я могу гордиться собой. Я смогла сделать это.

Когда я убью еще двоих, возможно, опытные детективы поймут, что это совершила одна и та же девчонка. Меня быстро найдут, поскольку я уже наследила. Много следов. Пресса даст мне прозвище. «Ребекка, убивающая из-за неразделенной любви». Нет. Слишком длинно. «Ребекка – мстительница». Нет, тоже не то. Ведь моим жертвам воздастся за их поступки. Меня осенило. «Ребекка – карма». Или лучше просто «Карма». Мне нравится.

Мне стало весело. Я начала смеяться. Смутно видела из-за слез и смеялась так, что у меня свело челюсть. Приняв душ, я легла в постель. Есть мне не хотелось. В моей душе царил покой. Я поняла, что нахожусь на верном пути. Осталось повторить то же самое два раза, но уже более изобретательно. Ведь карма – довольно сложная штука.