Зеркало Медузы - Роберт Мазелло

Когда она подошла к нему, он поднял голову. Их взгляды встретились, но она не могла понять выражения на его лице. Это не был триумф. И это не было поражением. В его глазах застыла неопределенность.

— Отдайте мне медальон, — сказала она, протянув к нему ладонь.

— Извините, — произнес мужчина, судя по всему, муж Сары. — Кто вы такая?

— Подруга вашей жены, — ответила Кэтрин, не глядя на него. — Фактически лучшая подруга, какая у нее когда-либо была. Вы так не считаете, Дэвид?

Она по-прежнему протягивала к нему ладонь.

— Гэри, ты не мог бы оставить нас на пару минут? — попросил Дэвид.

— Конечно, — ответил тот, с неохотой отступая в сторону. — Я пойду к Саре. Если понадоблюсь, зови.

Когда он удалился, Дэвид тихо спросил:

— Как мне узнать, подействовала ли магия?

Кэтрин отмахнулась от его вопроса, как от назойливого комара.

— Вы себя-то видели?

Он устало кивнул.

— Тогда к чему эти сомнения?

— Но Сара… — начал он.

— Достаточно! Еще одно слово, и я подумаю, что вы пытаетесь нарушить нашу сделку.

— Я никогда бы так не поступил.

— Хорошо, — сказала она, вытаскивая из кармана запечатанный конверт. — Мне кажется, вы знаете, что тут находится.

Дэвид безучастно посмотрел на нее.

— Многие люди проявили бы большую радость, получая сумму в миллион долларов.

Долговязый мужчина с именной карточкой на белом халате вышел из палаты и, отметив что-то на бланке, направился к Дэвиду.

— Мистер Франко, я хотел бы с вами поговорить.

Он молча повернулся к Кэтрин, явно ожидая, что она оставит их наедине. Когда Дэвид представил ее как члена их семьи, доктор Росс удовлетворенно кивнул головой.

— Видите ли, я поставлен в тупик, — сказал он.

— В тупик?

— Ваша сестра утверждает, что чувствует себя прекрасно. Но, поверьте мне, ни о каком улучшении не может быть и речи!

— А если она действительно чувствует себя лучше?

— Я пока не могу заявлять что-либо конкретно. Результаты анализов поступят только завтра. Но я не отпущу ее домой сегодня вечером. Честно говоря, я потрясен. Не знаю, что произошло, но она восстанавливается с неимоверной скоростью. Науке подобные случаи неизвестны. Все ее жизненные функции возвращаются к нормальному состоянию. Мне только что звонили из лаборатории. Ее анализ крови не выявил признаков болезни! Они решили, что я перепутал пробирки.

Он покачал головой в изумлении.

— А как она выглядит! В сто раз лучше! Гэри сказал, что она позвонила домой и попросила привезти к ней Эмму. Конечно, я не одобряю такого энтузиазма — ведь девочке завтра в школу — но это же ремиссия! Поймите меня. Мне очень хотелось бы заявить, что в нашей клинике случилось чудо. Но я не понимаю, что происходит! Я ничего такого не сделал.

— Значит, кто-то другой постарался, — предположила Кэтрин.

— Может быть, и так, — согласился доктор Росс. — Тут нужно разбираться.

Еще раз пожав руку Дэвиду, он радостно добавил:

— Что бы с ней ни случилось, это хорошие новости. Утром я займусь ее анализами, и тогда посмотрим, что делать дальше.

Он взглянул на седые волосы Дэвида и склонил голову набок.

— Зачем вы перекрасились?

— Это вышло чисто… импульсивно.

Доктор Росс по-отечески потрепал его по плечу.

— В следующий раз, когда у вас появится подобный импульс, посоветуйтесь с Сарой. Из вас двоих она куда благоразумнее.

Он зашагал по коридору, пощелкивая пальцами при каждом шаге. Кэтрин сунула чек в нагрудный карман Дэвида. Он без лишних слов снял с себя медальон. «Медуза» медленно вращалась на цепочке. Свирепый лик горгоны тускло поблескивал в свете ламп. Когда амулет опустился на ладонь миссис Ван Оуэн, она сжала его в кулаке. Капкан захлопнулся.

— Иметь с вами дело — одно удовольствие, — сказала она и, повернувшись, направилась к выходу.

Кэтрин сжимала амулет с такой силой, что у нее болели пальцы. Она добилась своего! Наконец она получила это зеркало!

Миновав вращающуюся дверь, миссис Ван Оуэн спустилась по ступеням. На тротуаре кружилась поземка. Она с наслаждением вдохнула холодный воздух. Заметив рядом синие отблески фар, Кэтрин испуганно повернулась к подъездной дорожке. В пяти шагах от нее остановился черный «мерседес седан». Она отошла к ступеням и махнула Сирилу, чтобы он подогнал к ней лимузин. Задняя дверь «мерседеса» открылась. Кончик черной трости с тихим стуком опустился на тротуар. Из машины вышел статный мужчина в плаще, наброшенном на плечи. Континентальный стиль, отметила Кэтрин. Она взглянула на его лицо. Сильные черты, крючковатый итальянский нос, густые усы и черные волосы, припорошенные на висках сединой. Такой хмурый вид мог бы напугать и римский легион.

Сердце Кэтрин замерло в груди. Она пошатнулась, едва не столкнувшись с мужчиной. Он извинился, прошел мимо, но тут же обернулся. И его взгляд стал последним доказательством. Он сначала недоверчиво нахмурился. Затем на его лице расцвело изумление. Кэтрин видела, как он вглядывался в ее глаза. Губы Бенвенуто приоткрылись, не смея произнести ее имя.

— Катарина?

Над их головами кружили нимбы из снежинок. Планета перестала вращаться. Мир остановился. Кэтрин чувствовала, как силы покидают ее тело.

— Бенвенуто, — прошептала она.

Плащ упал с его плеч. Отбросив трость в сторону, он схватил ее в объятия — так яростно, что «Медуза», сжатая в руке Кэтрин, выскользнула из пальцев и упала со звонким хрустом на ступени.

— О, мой бог! — воскликнула она, глядя вниз на тысячу крохотных осколков магического зеркала.

Тонкая струйка светло-зеленой жидкости стекала на асфальт, шипя на льду, как кислота. Едва Кэтрин успела подумать о последствиях, как волна горячей крови устремилась в ее вены. Щеки заалели от румянца. От такого потрясения с ее губ сорвался долгий вздох. Ее возлюбленный пошатнулся и едва удержался на ногах. Его лицо просветлело. Дыхание ускорилось. Их взгляды встретились, и они слились в поцелуе. Им ничего не нужно было говорить. Они знали мысли и чувства друг друга. Они веками мечтали об этом освобождении.

Удерживая ее в своих объятиях, Бенвенуто посмотрел на упавшую трость. Но Кэтрин чувствовала, что его спина выпрямилась. Он крепко стоял на ногах. В его теле бурлила сила, которую он не ощущал в себе столетиями. И то же самое было с ней.

— Il mio gatto, — сказал он. — Мой котенок!

Он широко улыбнулся и кончики усов приподнялись. Сильные руки подхватили и подняли Кэтрин.

— Я смотрю, ты по-прежнему роняешь все подряд.