Гребаная история - Бернар Миньер

Подросток не осмеливался думать о существах, которые наверняка смотрели на него из темноты, за пределами его поля зрения. Его поразила еще одна мысль: что, если Джей собирается убить его, как только заполучит труп? И его обещание – всего лишь блеф? На мгновение Генри захотелось удрать. И сдаться полиции… Но вдруг Джей и это предвидел? Может быть, здесь прячется парень с пистолетом или же за этим районом следит дрон. А может, все сразу…

В свете фонаря плавало множество соринок, крутясь вокруг друг дружки то в одном, то в другом направлении, в зависимости от течения, будто их приводил в движение невидимый маятник. Наконец луч фонаря достиг дна. Это дно напоминало зловещую сцену, жестоко пробужденную белым светом, но окруженную темнотой.

Все выглядело бледным и бесцветным, как на передержанной фотографии, но едва фонарь перемещался, освещенный участок снова погружался в самую непроглядную тьму. Генри заметил рыбу, которая походила на обычную палку с двумя глазами по бокам, и что-то вроде сороконожки посреди водорослей и камней. Затем он увидел ее.

Смутный образ заставил его дыхание участиться. Она была такой, какой он ее оставил: скрытой от взглядов досками. Покачиваясь, подросток подплыл и поднял их одну за другой. Он освободил ее карманы от миниатюрных гантелей, которые тогда туда положил. Во время этой операции Генри избегал смотреть на ее пустые глаза, призрачное лицо и колышущиеся волосы. Тем не менее ему пришлось взять ее на руки. От ощущения веса мертвого тела дрожь пробежала по всему позвоночнику под неопреном гидрокостюма. Дыхание начинало становиться чуть затрудненным в клапане, когда Генри поднялся к поверхности, но все же он позаботился о том, чтобы контролировать скорость подъема и двигаться медленней пузырей, которые производил. Он делал все, чтобы не видеть мать Наоми, направляя фонарь в другую сторону. Но та была всего лишь в нескольких сантиметрах от него – ее бесформенное распухшее лицо, ее бледная, будто восковая кожа, ее сильно раздувшиеся живот и грудь. Волосы покойницы танцевали в воде, словно водоросли, и задевали его маску. Толпа маленьких рыбок-падальщиков, извиваясь, следовала за ними, как группа заядлых фанатов. Ее лодыжки и запястья так и были связаны рыболовной сетью.

Во время этого медленного подъема, в этой вынужденной близости с мертвой, Генри прошел множество стадий: ужас, отчаяние, отвращение, смирение, нетерпение…

Когда же, наконец, он показался на встопорщенной дождем поверхности, Джей снова включил прожектор, и парень тут же ослеп после недолгого пребывания в темноте. Зажмурившись, ничего не видя, он толкнул тело наверх, и Джей подтянул его к себе, освобождая пловца от груза. В это самое мгновение Генри ясно понял, какой отныне станет его жизнь: он во всем будет зависеть от доброй воли Джея, который схватил его и поднял на борт лодки, помог избавиться от маски, вентиля и баллона. Они посмотрели друг на друга. Генри испытал странное ощущение, когда Джей искоса взглянул на него. Затем он принес черный нейлоновый чехол, с одной стороны закрытый на молнию, достаточно большой, чтобы поместить человеческое тело. Они спрятали в него мертвую Мередит, а затем перенесли все в кабину.

Снова оказавшись на свежем воздухе, Генри поспешил к борту, наполовину свесился через него, и его вырвало в океан. Услышав плюхающие звуки того, что выливалось из его горла и плавало на водной поверхности, он вздрогнул. Генри споласкивал рот морской водой, пытаясь отдышаться, когда перед ним появился Джей.

– Начиная с этого мгновения ты – сын Гранта Огастина. И будешь им до самой своей смерти… То, что произошло этой ночью, никогда нигде не проявится. И знай: на тот случай, если тебе когда-нибудь придет в голову устранить меня, чтобы никто больше не узнал правду, я подстраховался.

По всему телу Генри пробежала дрожь. Не глядя на него, Джей внимательно всматривался в туман над его головой.

– Ну вот, за одну ночь ты разбогател и стал сыном могущественного человека с лучезарным будущим впереди. Тогда почему же такой похоронный вид?

– Вы меня никогда не отпустите, верно? – произнес Генри, поднимая на него глаза.

– Ну, ты же не думал, что тебе удастся так легко выкрутиться?