Тайна «Libri di Luca» - Миккель Биркегор

Ремер не стал дожидаться возвращения остальных. Он завел мотор и погнал машину так, словно Йону угрожала большая опасность, предоставив Поулю Хольту и Патрику Веделю действовать самостоятельно. Йону показалось, что это перебор. Что такого Катерина могла ему сделать? С другой стороны, ему, разумеется, было приятно, что Орден его защищает. Это позволяло ему ощутить свою значимость и в то же время порождало смутное ощущение беспомощности, как будто сам он был не в силах за себя постоять.

Ему никак не удавалось выкинуть из головы выражение лица Катерины. В тот момент, когда взгляды их встретились, в нем как будто что-то проснулось. У Йона возникло такое ощущение, словно кто-то со всего размаха ударил его кулаком в грудь: в легких совсем не осталось воздуха, а сделать вдох он уже не мог. Кто знает, быть может, девушка действительно опасна?

— Как думаешь, каким образом ей удалось нас отыскать? — спросил он, не поворачивая головы.

— Наверное, просто повезло, — ответил Ремер. — А может, у них есть свои шпионы в Египте, кто знает?

Йон поморщился: это была явная нестыковка. Ремер постоянно утверждал, что люди из «Libri di Luca» — всего лишь кучка неорганизованных фантазеров, которые легкомысленно относятся к своим способностям, что представляет непосредственную угрозу для всех Чтецов. А теперь из его слов следует, что у них есть разветвленная сеть сообщников даже на других континентах.

— Не беспокойся, — сказал Ремер. — Скоро будем дома.

Йон не понимал, почему должен беспокоиться. Он внимательно посмотрел на отражавшееся в зеркале лицо Ремера. Если кто из них двоих был обеспокоен, так именно Ремер. Он постоянно бросал на него тревожные взгляды, а машину вел слишком нервно.

Наконец они выехали за пределы города; до места их проживания, по расчетам Йона, оставалось теперь совсем немного.

— Мы что, торопимся? — сказал он, наблюдая в зеркало заднего вида за реакцией Ремера.

— Ну в общем-то, нет, — неуверенно произнес Ремер, бросив при этом на Йона беглый взгляд. — Хотя, наверное, нам лучше немного отдохнуть перед сегодняшним вечером. — Он широко улыбнулся и с гордостью добавил: — Сегодня мы отправимся в библиотеку. Необходимо, чтобы ты был во всеоружии.

Йон кивнул. Он чувствовал, что с сегодняшним днем было связано нечто особенное. На эту мысль его отчасти наводила экскурсия в Александрию, а также атмосфера некоего ожидания, которую он постоянно ощущал. Вплоть до того самого момента, когда появление Катерины нарушило все. А ведь он так ждал того момента, когда наконец-то сможет внести и свою лепту в дело Ордена. Теперь от прежнего его энтузиазма не осталось и следа. Йон понимал, что ему предстоит участвовать в ритуале посвящения в той или иной форме, однако сейчас он уже сам толком не знал, во что именно его будут посвящать.

Они подъехали к дому, из которого навстречу автомобилю сразу же высыпали какие-то люди. Ремер покинул машину и о чем-то заговорил с ними по-арабски. Йон также вышел из машины и принялся разминать затекшее тело.

— Пойдем внутрь, — сказал Ремер, жестом приглашая Йона в дом.

Там они сразу же прошли в комнату Йона. Йон опустился на кровать. Он в самом деле чувствовал себя немного уставшим и с нетерпением ждал, когда наконец окажется один. Он все еще не мог разобраться в своих впечатлениях от встречи с Катериной и предпочитал сделать это в одиночестве.

В комнату вошел один из охранников и передал Ремеру книгу-хронику.

— Ну что, читаем дальше? — сказал Ремер, опускаясь в стоящее рядом с кроватью кресло.

Принесший книгу охранник застыл в дверях, словно не собирался покидать комнату. Ремер смотрел на Йона, явно ожидая чего-то, как будто именно Йону предстояло прочесть ему историю перед сном.

— Честно говоря, я лучше сделал бы небольшой перерыв, — ответил Йон. — Мне хотелось бы немного побыть одному.

Улыбка Ремера окаменела.

— Весьма важно, Кампелли, чтобы ты как следует подготовился к сегодняшнему вечеру, — настойчиво произнес он. — Причем необходимо это не только тебе самому.

Йон был озадачен. В голосе Ремера звучали угрожающие ноты, и это ему совсем не нравилось.

— Мне нужно всего полчаса — чтобы просто собраться с мыслями, — сказал Йон.

— Весьма сожалею, — сухо заметил Ремер, — но нам еще многое нужно успеть. — Он обернулся к стоящему у дверей охраннику и коротко кивнул.

Йон поднялся с кровати.

— Мне кажется, ты не расслышал, что я сказал, — заговорил он, однако охранник, уже оказавшийся рядом, схватил его за локоть и заставил снова опуститься на кровать.

Йон с недоумением посмотрел на свою руку, которую стискивали пальцы охранника.

— Но в этом в самом деле нет никакой необходимости, — проговорил Йон. — Я ведь только хотел…

— Необходимость есть, — прервал его Ремер. — Сейчас ты сам в этом убедишься.

В комнату вошел второй охранник и встал по другую сторону кровати. Действуя осторожно, но решительно, охранники привели Йона в лежачее положение. Он пробовал сопротивляться, однако силы были явно не равны, и вскоре он уже лежал, притянутый к кровати ремнями, не в силах пошевелиться.

— Что происходит? — спросил Йон. — Зачем все это? Ты можешь мне объяснить?

— Разумеется, — сказал Ремер и вновь кивнул одному из охранников.

— Нет! — успел лишь крикнуть Йон, прежде чем рот его оказался плотно заклеен полоской скотча.

А это действительно было необходимо.

Теперь Йон и сам все понимал. Ему следовало больше доверять здравому смыслу Ремера, да и силу Катерины не стоило недооценивать. Они были умелыми, эти Чтецы из «Libri di Luca», специалисты по созданию раскола и атмосферы подозрительности в рядах наиболее неосторожных членов Ордена. Если бы не решительное вмешательство Ремера, им, быть может, удалось бы настолько смутить Йона, что он сам отказался бы от своего связанного с Орденом будущего. А то, чего доброго, и вовсе выступил бы против нынешних единомышленников.

После примерно часового чтения со рта Йона сняли скотч, а с рук и ног — ремни. Он был совершенно спокоен — хотя и весьма измучен — и получил наконец возможность поспать вплоть до того момента, когда Ремер вновь его разбудил. На улице было уже совсем темно. Вернувшийся к этому времени Поуль Хольт устроил Йону настоящий медицинский осмотр: светил ему фонарикам в глаза, заглядывал в горло, проверял двигательные рефлексы.

— Ты в превосходной форме, — наконец сказал он и улыбнулся Йону.

Ремер, все это время стоявший поодаль, подошел к кровати.

— Ты должен извинить меня за то, что пришлось тебя связать, — сказал он; вид у него при этом был действительно огорченный. — К сожалению, это было необходимо. Надеюсь, ты понимаешь.

Йон утвердительно кивнул, ответив:

— Да, необходимо. Я едва не поддался их влиянию. Больше этого не повторится.