Живым или Мертвым - Грант Блэквуд

— Какой план? — прошептал Чавес.

— Скорее всего, один охранник снаружи — шляется или торчит на месте, — и один внутри. Снимаем первого, а со вторым разбираемся, когда понадобится. Динг, постарайся обойтись дубинкой. Чем меньше трупов, тем лучше.

— Согласен.

Они разделились. Кларк направился на запад через лесок, росший за сараем, а Чавес двинулся вдоль канавы, которая тянулась вдоль главной дороги.

— На месте, — вскоре услышал Кларк через наушник.

«Быстро управился, — подумал Кларк. — Эх, хорошо быть молодым».

— Будь наготове.

Ему потребовалось значительно больше времени — нужно было пробраться через подлесок, внимательно глядя под ноги, чтобы не наступать на упавшие сучки и не пропустить какую-нибудь возможную ловушку, и уклоняться от невидимых в темноте нависающих ветвей. Через четверть мили лес поредел, и вскоре он оказался на северном краю площадки, находившейся в тридцати ярдах от съезда с главной дороги.

— На месте, — прошептал он. — Ты где?

— На краю кювета, около самого съезда.

— Вижу одного часового. Сидит в складном кресле около переднего бампера машины.

— Повтори.

— Сидит в складном кресле около переднего бампера машины, курит, смотрит в мою сторону. — Тот, кто нанимал этих людей, определенно не отработал деньги, которые ему заплатили. — Оружие — «тип-56», приставлено к бамперу под правой рукой. Так называлась копия «АК-47», изготавливавшаяся в Китае. Качеством, конечно, похуже оригинала, но все равно серьезное оружие.

— С моей стороны включен один габарит, снизу.

— У меня темно. Никто не движется. Начинай по готовности.

— Понял.

Кларк знал, что Динг вот-вот появится, но заметил его, лишь когда он оказался на расстоянии десяти футов от заднего бампера фургончика. В подразделении, где когда-то служил Чавес, был девиз: «Ночь принадлежит ниндзя». Кларк знал, что, в отношении Чавеса, это истинная правда. Чавес приблизился к бамперу, выглянул из-за машины, потом пригнулся и немного выждал.

— Никого, — прошептал через минуту Кларк и получил в ответ двойной щелчок в наушнике.

Чавес попятился, обошел машину с другой стороны и исчез из виду. Через десять секунд возле развалившегося в кресле часового появилась тень. Рука Чавеса взметнулась и упала вперед. Часовой согнулся, его повело боком, и он начал сползать вдоль решетки радиатора. Чавес вновь усадил бесчувственное тело в кресло и потушил ногой выпавшую сигарету.

— Готов.

— Понял. Идем.

Они встретились в густой темноте около южной стены. Крыльцо находилось слева. Туда они и направились. Кларк — первым. Дверь оказалась распахнута, а створка с москитной сеткой — заперта. Они поднялись на крыльцо и расположились по обе стороны от двери. Из дома доносились негромкие звуки работающего телевизора. Кларк, стоявший рядом с дверной ручкой, взялся за нее. Заперто. Он сунул руку в задний карман, достал нож, открыл лезвие, приставил его к сетке и осторожным движением сделал прорезь дюймов шесть длиной. Потом закрыл и убрал нож, сунул руку в прорезь, немного пошарил и наткнулся на то, что искал. Раздался чуть слышный щелчок. Он убрал руку и с минуту простоял неподвижно.

Кларк кивнул, Чавес кивнул в ответ и, низко пригнувшись, перебрался на другую сторону двери, и встал у него за спиной. Кларк же нажал на дверную ручку и приотворил створку на дюйм. Приостановился и открыл ее еще на пару дюймов. Створки с москитными сетками, неважно, новые или старые, имеют обыкновение скрипеть, когда их открывают. Вероятно, причиной этому является то, что они постоянно подвержены действию природных стихий.

Эта не оказалась исключением. Где-то на полпути петли скрипнули. Кларк застыл. Чавес подался вперед, заглянул внутрь через протянутую руку Кларка, отодвинулся и кивнул: все спокойно. Медленно, дюйм за дюймом, Кларк открыл створку так, чтобы можно было свободно пройти, и, выставив пистолет перед собой, беззвучно шагнул в дом. Чавес придержал дверь и последовал за своим напарником, закрыв ее за собой. При этом она лишь издала короткий и негромкий металлический писк.

Они попали в кухню. Слева находились длинный деревянный стол, шкафы и раковина, посередине стоял круглый обеденный стол. Справа оказался арочный проем, ведущий в соседнюю комнату. Чавес заглянул туда и поднял большой палец. Они оказались в гостиной. Справа помещалась лестница на второй этаж. Впереди — короткий коридор. Именно оттуда и доносились звуки телепередачи. Прижимаясь к стенам, они двинулись вперед — шаг, остановка, шаг, остановка, — пока не оказались в десяти футах от открытой двери. Внутри Кларк увидел игравшие на стене голубовато-серые отсветы от экрана.

Кларк сделал еще несколько шагов, остановился под прикрытием дверного косяка и кивнул Дингу. Тот приблизился вдоль правой стены и заглянул искоса в комнату. Потом отступил на два шага и показал жестами: два человека, один вооружен, тот, что ближе к двери. Беру его на себя, — жестами же ответил Кларк, — а ты займись вторым.

Чавес кивнул.

Кларк переложил пистолет в левую руку, а правой извлек из-за пояса дубинку. Коротко кивнув, он вывернулся из-за угла, нашел взглядом намеченную жертву и резким движением кисти ударил, словно хлестнул, мужчину дубинкой по виску. Тот лишь начал падать, как Чавес с пистолетом в руке ворвался в комнату. И остановился. Нахмурил брови. И поманил согнутым пальцем Кларка, который только-только успел переступить порог.

Второй из находившихся в комнате людей спал.

Чавес разбудил его, легонько ткнув дулом пистолета в переносицу и, едва у него открылись глаза, спросил:

— По-английски говоришь?

Ошалевший от столь неожиданного пробуждения человек попытался вжаться в кресло.

— По-английски говоришь? — повторил Чавес.

— Да, я говорю по-английски.

— Позаботься, чтобы этот тип и любитель свежего воздуха нам не помешали, — сказал Кларк. — А я побуду с этим.

Чавес спустил охранника, которого ударил Кларк, с кресла на пол, схватив за руку, выволок по полу в гостиную и направился на улицу.

— Как тебя зовут? — спросил Кларк пленника. Тот ничего не ответил.

— Если ты не пожелаешь хотя бы просто назвать мне твое имя, то ночь сильно затянется и будет очень, очень неприятной. Поэтому давай для начала вернемся к твоему имени. Хуже от этого никому не будет.

— Аббас.

Кларк пододвинул освободившееся кресло, в котором только что сидел охранник, развернул его и сел лицом к пленному, чуть ли не касаясь его коленями.

Дверь с сеткой открылась и резко закрылась. Появился Чавес, волочивший на плече бесчувственного часового, словно пожарный, спасающий пострадавшего. Впрочем, он бесцеремонно бросил свою ношу на пол рядом с уже лежавшим там человеком, как никогда не поступил бы пожарный.