Утопия - Линкольн Чайлд

За спиной Терри послышался шорох, и она оглянулась. Джорджия стояла, держась за кресло. Девочка непонимающе моргнула раз, другой. «Все еще не может прийти в себя», — подумала Терри. Она не знала, что было тому причиной — снотворное или потрясение от сегодняшних событий.

Джорджия, пошатываясь, шагнула вперед, направляясь к двери кабинета. Туда, откуда раздавался плач.

Терри мягко положила руку ей на плечо.

— Куда ты, Джорджия?

— Я ищу папу. Мне показалось, я слышала его голос.

— Его сейчас здесь нет.

Девочка впервые взглянула на нее. Взгляд ее стал более ясным, туман в глазах исчез.

— Где он?

Терри облизнула губы.

— Точно не знаю. Он… занят.

Джорджия моргнула, продолжая смотреть на нее.

— Он просил кое-что тебе передать. Он сказал, что скоро вернется. А до тех пор мы должны заботиться друг о друге.

Неожиданно в тишине послышался голос Сары:

— Фредди, не уходи. Слышишь меня? Не уходи, Фредди. Пожалуйста!

Джорджия насторожилась.

— Кто это?

Терри молчала. Плач возобновился снова.

— Похоже, это Сара. — Джорджия повернулась к Терри. — Это Сара? Что случилось?

Терри поколебалась. Что ей ответить? Она понятия не имела, как стал бы реагировать Уорн, как бы он поступил на ее месте.

«Я бы предпочла узнать правду», — подумала она.

Слегка сжав плечо девочки, она повернула ее лицом к себе.

— Помнишь то совещание сегодня утром, где были другие взрослые?

Джорджия кивнула.

Терри взяла девочку за другую руку.

— Помнишь того человека с акцентом?

Джорджия снова кивнула.

— Так вот, он тяжело ранен. Сара очень переживает и пытается ему помочь.

— А разве мы не можем им помочь?

— Думаю, Саре сейчас нужно побыть одной. Но я знаю, она была бы рада твоему предложению.

Плач стал громче — душераздирающий, безутешный, одинокий. Джорджия подняла взгляд, и в ее глазах Терезе почудилось нечто, чего она не могла до конца понять.

Все это время, даже в бельевой медицинского центра, девочка стоически переносила все происходящее с ней. Но теперь ее симпатичное личико неожиданно сморщилось, губы задрожали, на глазах выступили слезы.

Терри порывисто привлекла девочку к себе — также, как и Уорн ее саму совсем недавно, в этом же кабинете. А потом Джорджия внезапно разрыдалась — будто наконец прорвало долго находившуюся под давлением плотину. Терри позволила Джорджии выплакаться, поглаживая ее по волосам.

— Взрослые не должны плакать, — наконец сказала девочка.

— Взрослые тоже плачут, — ответила Терри, продолжая гладить ее волосы. — Ты никогда не видела, чтобы твой отец плакал?

— Один раз, — всхлипнула Джорджия.

Наступила тишина. Слышались лишь всхлипывания девочки и далекий плач.

— У вас есть сестры? — шмыгнув носом, спросила Джорджия.

Вопрос прозвучал столь неожиданно, что Терри на мгновение перестала гладить ее по волосам.

— Нет, — помолчав, сказала она. — Я единственный ребенок. Это довольно необычно, ведь Филиппины — католическая страна.

— Я всегда хотела, чтобы у меня была сестра, — пробормотала Джорджия.

Женщина не ответила и снова начала гладить ее волосы.

— Что нам велел делать мой папа? — спросила девочка.

— Оставаться здесь. Охранять друг друга, быть начеку. Защищать Сару.

Джорджия слегка отодвинулась от нее.

— Быть начеку? — В ее глазах вновь вспыхнул страх. — Думаете, он вернется — тот человек с оружием?

Терри снова привлекла ее к себе.

— Нет, милая. Не думаю. Но мы все равно должны быть осторожны.

Джорджия пошевелилась в ее объятиях.

— Тогда, наверно, лучше закрыть дверь?

Женщина огляделась вокруг. От пережитого потрясения она забыла о том, что врач оставил главный вход в службу безопасности открытым.

— Знаешь, — кивнула она, — а это неплохая идея.

Мягко отстранившись от Джорджии, она вышла в приемную.

— Может быть… может быть, стоит ее даже запереть.

Терри прошла по блестящим плиткам пола приемной и осторожно выглянула в коридор. Он был пуст. Где-то вдалеке звонил тревожный сигнал. Женщина закрыла дверь и тщательно заперла ее на замок.

Звуки плача утихли, и когда она вернулась в кабинет, на комплекс службы безопасности опустилась глубокая тишина.