Точка обмана - Дэн Браун

— В прошлом году молодой геолог Ли Поллок с помощьюновейшего морского робота взял образцы донных пород в Тихом океане, вМарианской впадине. Он выудил камень, имеющий геологические характеристики,раньше никогда не встречавшиеся. В камне были вкрапления, в точности похожие нахондры. Он назвал их «стрессовыми включениями плагиоклаз». Это крошечные каплиметалла, которые определенно образовались в результате процессов, происходящихпод давлением океана. Доктор Поллок был поражен вкраплениями металла вокеаническом камне и сформулировал уникальную теорию, объясняющую их наличие.

— Полагаю, ему пришлось это сделать, — проворчал Корки.Ксавия не обратила на это замечание ни малейшего внимания.

— Доктор Поллок утверждает, что камень родился всверхглубинной океанской среде, где чрезвычайно высокое давлениетрансформировало куски породы, соединив вещества, до этого существовавшиераздельно.

Толланд задумался. Марианская впадина насчитывает в глубинусемь миль и представляет собой одно из наименее изученных мест на планете. Натакую глубину опускались лишь несколько зондов-роботов, да и то большинство изних ломались еще до того, как они достигали дна. Давление воды во впадинепросто огромно — восемнадцать тысяч фунтов на квадратный дюйм, в то время какна поверхности океана — всего лишь двадцать четыре фунта. Океанологи еще оченьплохо понимают процессы, происходящие в самых глубоких участках подводногомира.

— Итак, этот парень по фамилии Поллок считает, чтоМарианская впадина способна создавать камни, содержащие хондры?

— Теория, конечно, очень туманная, — признала Ксавия. —Вообще-то она еще и не была формально опубликована. Я просто случайно, с месяцназад, наткнулась в Интернете на личные заметки Поллока, когда искаладополнительные материалы для нашей программы о мегаплюмах. Мне тогдатребовались сведения о кристаллических вкраплениях. А иначе я и сама ничего незнала бы на сей счет.

— Теория не была опубликована, — заметил Корки, — потому чтоона смешна. Для образования хондр требуются высокие температуры. Давление водыне в состоянии изменить структуру камня.

Но у Ксавии имелся в запасе контраргумент.

— Давление, — заявила она, — является самой мощной движущейсилой геологических изменений, происходящих на планете. Можно вам напомнить отакой мелочи, которая носит название метаморфического камня?

Корки недовольно скривился.

Толланд понимал, что в словах Ксавии есть зерно истины. Хотявысокие температуры играли существенную роль в геологических процессах Земли,большинство метаморфических камней появились именно в результате огромногодавления. Невероятно, но камни, оказавшиеся в глубине земной коры, испытывалитакое давление, что вели себя скорее как патока, а не как твердая порода. Онистановились эластичными и претерпевали соответствующие химические изменения. Итем не менее теория доктора Поллока казалась натяжкой.

— Ксавия, — обратился Толланд к коллеге, — я никогда неслышал, чтобы одно лишь давление могло изменить структуру камня. Ты у насгеолог, каково твое мнение?

— Ну, знаешь, — начала Ксавия, листая свои заметки, —похоже, давление воды не является единственным фактором. — Она развернулалисток и прочитала вслух отрывок из статьи Поллока: — «Кора океанского дна вМарианской впадине, находясь под огромным гидростатическим давлением, можетоказаться еще в большей степени сжатой тектоническими силами зон субдукцииданного региона».

Ну разумеется, мысленно согласился Толланд. Дно Марианскойвпадины, помимо того что сдавлено огромной массой воды, является еще и зонойсубдукции — частью линии сжатия, соединения тихоокеанского плато и платоИндийского океана. В сумме давление во впадине может оказаться чрезвычайным. Нопоскольку район этот настолько удален от поверхности воды и так опасен дляисследователей, то даже если там и могут образовываться хондры, все равно оченьмало шансов, что кто-нибудь сумеет доказать это. Ксавия продолжала читать:

— «Объединение гидростатического и тектонического давленияпотенциально может трансформировать донную породу в эластичное или полужидкоесостояние, позволяя более легким элементам образовывать структуры, напоминающиехондры, которые, как считалось до сих пор, существуют лишь в космосе».

Корки закатил глаза:

— Невозможно!

Толланд внимательно посмотрел на товарища:

— А у тебя есть какие-нибудь альтернативные вариантыобъяснения существования хондр в обнаруженном доктором Поллоком камне?

— Полегче, — обиделся Корки. — Поллок просто нашел метеорит.Метеориты постоянно падают в океан. Но он не понял, что это метеорит, потомучто корка сплава за долгие годы, проведенные в воде, исчезла и космическийпришелец стал выглядеть обычным камнем.

Корки задиристо повернулся к Ксавии:

— Я полагаю, Поллок не догадался измерить содержание никеля,так ведь?

— Как ни странно, догадался, — парировала Ксавия, снованачиная листать заметки. — Вот что он пишет: «Меня удивило, что содержаниеникеля в образце попадает в средние границы, что, как правило, несвойственноземным камням».

Толланд и Рейчел переглянулись. Ксавия продолжала читать:

— «Хотя количество никеля не соответствует среднимвеличинам, характерным для метеоритов, оно удивительно близко к ним».

Рейчел взволнованно спросила:

— Насколько близко? Можно ли этот океанский камень спутать сметеоритом?

Ксавия покачала головой:

— Я не петролог, но, насколько могу судить, между камнем,найденным Поллоком, и настоящими метеоритами существуют значительные химическиеразличия.

— И что же это за различия? — настаивал Мэрлинсон. Ксавияоткрыла график:

— Если судить по этим данным, то различие в химическойструктуре самих хондр. Соотношения титана и циркония различны. В хондрахокеанского образца очень малое количество циркония. — Она посмотрела насобеседников. — Всего лишь две частицы на миллион.

— Две на миллион? — фыркнул астрофизик. — Но ведь вметеоритах это содержание в тысячу раз выше!

— Именно, — подтвердила Ксавия. — Вот почему Поллок считает,что этот камень не мог прилететь с неба.

Толланд наклонился к Мэрлинсону и прошептал ему на ухо:

— А НАСА измеряло соотношение титана и циркония?

— Разумеется, нет, — отмахнулся тот. — Это все равно чтоизмерять содержание резины в шинах автомобиля, чтобы подтвердить, что ты видишьименно автомобиль!

Толланд вздохнул и повернулся к Ксавии: