Никто не видел Мандей - Тиффани Д. Джексон

– Не может быть? Так-таки и никто?

Скривив губы, Мандей сидела напротив меня на полу; нам опять пришлось торчать после школы в библиотеке. Мы болтались в дальней части зала, среди полок с журналами, и ждали, пока приедет церковная машина, чтобы отвезти меня на танцы. Огаст, еще слишком маленький, чтобы идти домой в одиночку, листал книги в детском уголке и жевал пластинки фруктового мармелада.

– Не-а, – ответила я, пожимая плечами.

– Врешь и не краснеешь! Хочешь сказать, что тебе никто не нравится? Ты что, никого не считаешь симпатичным? Даже Тирелла или Деметриуса?

Постукивая карандашом по блокноту, я силилась дописать эссе.

– Ну, они, конечно, милые, но в этом смысле мне не нравятся.

– Тогда кто? – не сдавалась она. – Ну же, признавайся!

Я вздохнула, утомленная тем, что теперь все наши разговоры сводились к новой увлеченности Мандей – парням.

– Должен же быть хоть один парень. – Она ухмыльнулась и подняла бровь. – Если только… это не девочка… ну, ты понимаешь. Кто-то, кто тебе нравится.

Я резко подняла взгляд от блокнота.

– Никто.

Она засмеялась.

– Дурочка, я просто шучу!

Под этим градом вопросов у меня начали пылать щеки. Ведь и в самом деле не было парня, который бы мне понравился или показался симпатичным. Для меня они все были отвратительными и глупыми.

– Ну… есть один парень, – неуверенно произнесла я, стараясь придать своей лжи достоверность. – Он милый, но… старше нас.

Мандей засмеялась.

– Конечно, тебе нравятся парни постарше, старушка.

– Неважно. Не каждый может влюбиться с первого взгляда, как ты.

Она прикрыла глаза, сияя улыбкой.

– Я рассказывала тебе, что мы сидели рядом на истории?

– Да. Тысячу раз. Или две.

Продолжая улыбаться, она наклонилась и вывела в моем блокноте: «Джейкоб + Мандей».

Джейкоб Миллер, конечно же, был самым красивым парнем в нашей школе. Всегда таким был. Он нравился всем девочкам и прекрасно знал об этом. И из-за своей заносчивости был мне отвратителен. Джейкоб расхаживал с таким видом, словно был королем всего Юго-Востока, настолько переполненным важностью, что мог бы воспарить в воздухе. Кому под силу устоять перед его миндалевидными глазами, коварной улыбкой, ямочками на щеках и пышной шевелюрой мягких каштановых кудрей, стянутых сзади широкой резинкой?

Мандей была влюблена в него так давно, что я не могла припомнить, чтобы она смотрела на какого-нибудь другого парня, кроме него. Когда она говорила о нем, глаза у нее мерцали, как будто под ресницами мелькали искры.

– Я слышала, как он говорил мисс Оде, что на следующий год будет поступать в школу Баннекера. – Она повалилась на пол, притворяясь, будто сдерживает крик. – Разве не круто? Мы будем ходить в одну и ту же старшую школу! Он будет в баскетбольной команде, а мы – в танцевальной… Боже, боже, боже! Может быть, он пригласит меня на свидание! Вот поэтому надо и тебе найти пару, чтобы ходить на свидания вместе, и все такое.

– Не ставь телегу впереди лошади. Вы с ним даже ни разу не разговаривали!

– Так только старухи выражаются… Я работаю над этим, но ты должна мне помочь.

Я засмеялась и открыла папку.

– Неважно. Вот, прочти мое эссе.

Она выхватила у меня из рук листок бумаги и озорно улыбнулась.

– Только если ты поможешь мне заарканить Джейкоба.

– Да, да, да. Просто прочитай это.

Она пробежалась глазами по странице, и мое сердце сжалось, когда я увидела, как быстро угасает ее улыбка. Мандей посмотрела на меня с нескрываемым недовольством.

– Клодия! Что я тебе говорила насчет этого? – рявкнула она, тыча пальцем в листок. Я даже думать не хотела, что могло оказаться не так. Очень многое. – Ты должна стараться! Мы не попадем в Баннекер, если тебя запихнут в класс для умственно отсталых. А мы должны пойти в одну и ту же старшую школу!

Я отшатнулась от ее обескураживающего гнева.

– Извини, – промямлила я, сдерживая слезы и теребя нитку, вылезшую из моего носка. Мандей вздохнула, и ее взгляд смягчился.

– Все хорошо. Давай, я просто… перепишу это за тебя.

Без колебаний я протянула ей свою тетрадь. Втайне у меня была надежда, что она это предложит. Все равно Мандей писала эссе лучше меня, но это был первый раз, когда она набросилась на меня из-за школьного задания. Обычно она разговаривала со мной мягче. Мысль о том, чтобы пойти в старшую школу вместе с Джейкобом Миллером, буквально сводила ее с ума.