Ангел тьмы - Калеб Карр

— Ох нет, — быстро ответил я, несколько обнаглев от страха. — Сегодня я через никакую реку переправляться не намерен, мисс Говард — нет, мэм! — Потом, нащупав пачку сигарет, опомнился. — Простите меня, но тут никак…

И внезапно услышал чрезвычайно тревожный шум: шаги, множество шагов, взбивающих сухую дорожную пыль. Мы с мисс Говард отошли от повозки и уставились на север в темноту, вскоре изрыгнувшую человек десять посетителей таверны. Они направлялись к нам — и вид имели, мягко говоря, не склонный к разговорам.

— Вот дерьмо, — воскликнул я (обычная моя реакция в таких ситуациях); потом быстро огляделся, пытаясь сообразить, что же делать. — Мы по-прежнему можем сбежать на юг, — решил я в итоге, не усмотрев в том направлении ничего, грозящего неприятностями. — Если будем как следует пошевеливаться…

От звука вращающегося револьверного барабана я судорожно дернулся. Мисс Говард извлекла «кольт» и проверяла гнезда с таким видом, что было ясно — шутить она не станет.

— Не волнуйся, Стиви, — тихо сказала она, пряча револьвер за спиной. — Я не намерена позволить подобным людишкам запугать нас.

Я глянул на приближающуюся шайку пьяных, хмурых мужчин, потом снова на мисс Говард, и понял, что у меня на глазах вот-вот случится нечто поистине мерзкое.

— Мисс Говард, — проговорил я, — не стоит…

Но было уже слишком поздно: местные приблизились к нам и рассыпались в линию вдоль дороги. Вперед выступил человек, с которым мы говорили, только приехав в город.

— Сдается, вы нас, похоже, не поняли, — обратился он, шагнув к мисс Говард.

— А что тут понимать? — осведомилась она. — Вы, толпа взрослых мужчин, напуганная одной-единственной женщиной.

— Вы имеете дело не только с нами, леди, — ответил мужчина. — Когда речь заходит о Либби Фрэзер, вы имеете дело со всем этим городом. Она натворила здесь немало бед. Никто не хочет связываться ни с ней, ни с кем-то, ею интересующимся. А если это до сих пор неясно…

Вся компания шагнула ближе. Не знаю, что уж там они собирались учинить с нами, но возможности такой им не представилось: мисс Говард достала револьвер и навела на предводителя.

— Отойдите-ка лучше, мистер, — прошипела она, стиснув зубы. — Предупреждаю, мне никакого труда не составит засадить вам пулю в ногу — или куда-нибудь поважнее, если вынудите меня.

Мужчина впервые улыбнулся:

— О, да неужто вы меня пристрелить собрались? — Он повернулся к приятелям и объявил: — Она собралась застрелить меня, парни! — вызвав обычный набор тупых смешков у своих сотоварищей. Потом снова посмотрел на мисс Говард: — Уже стреляли в кого-нибудь, юная мисс?

Мисс Говард несколько секунд сверлила его тяжелым взглядом, потом очень тихо отозвалась:

— Да. Стреляла. — И, будто в подтверждение сказанному, быстро взвела курок «кольта».

Искренности этих слов и револьвера на взводе хватило, чтобы стереть улыбку с лица мужчины, и, по-моему, он уже почти готов был отступить и положить конец этому столкновению. Но тут тишину прорезал тихий свистящий звук — и человек вскрикнул, схватившись за ногу. Выдернув что-то у себя из-под коленного сухожилия, он воззрился на мисс Говард и медленно осел на колени. Глаза его закатились, и он рухнул на бок, вытянув вперед руку.

С зажатой в ней гладкой палочкой дюймов десяти в длину, заостренной с одного конца.