Разбитое окно - Джеффри Дивер

Посмотрим, посмотрим… Что тут у нас? «Хонда-сивик»! Только посмотрите на эту колымагу. Взята напрокат, конечно, поскольку машина Амелии-7303 отдыхает сейчас на штрафной стоянке. Ловко я провернул это дело, жалко, что раньше до такого не додумался.

Мои мысли возвращаются к рыжеволосой красавице. Чего-то мне не верится, что «они» вычислили меня как Питера Гордона. По-моему, Амелия-7303 блефует. Вот еще одна любопытная особенность информации: иногда правду и ложь разделяет слишком тонкая линия. Но рисковать я не могу. Машину надо спрятать.

И опять я думаю о ней.

Эти дикие глаза, эти рыжие волосы, ее тело… Кажется, я уже дозрел.

«Сувениры» на память…

Быстро осматриваю машину. На заднем сиденье книжки, журналы, коробка «Клинексов», пустые бутылки из-под «Витаминной воды», салфетка из «Старбакса», кеды с облупившейся резиной, журнал «Семнадцать»; в бардачке сборник стихов. Кому же принадлежит этот славный образец японской технологии? В паспорте указано, что владелец Памела Уиллоуби.

Что ж, узнаю побольше об этой девочке из innerCircle и наведаюсь к ней в гости. Надеюсь, она не крокодил какой-нибудь. Найду снимок в файле департамента автотранспорта, а то, может, и возиться не стоит.

Машинка завелась с полоборота. Осторожно выруливаю с обочины, чтобы, не дай Бог, не помешать проезжающим мимо водителям. Разборки мне сейчас не нужны.

Через полквартала сворачиваю в узкий проезд.

Так, какое радио слушает мисс Пам? Рок, рок, альтернатива, хип-хоп, ток-шоу и Эн-пи-ар. Программирование станций – очень информативная функция.

В голове у меня уже рождается план, как завязать знакомство с девочкой, чтобы после осуществить с ней трансакцию. Мы как бы случайно встретимся на заупокойной службе по Амелии-7303 (похорон не будет, поскольку нет тела). Выражу ей свои соболезнования. Скажу, что мне довелось общаться с детективом Сакс во время ее работы по расследованию дела. Она мне очень понравилась. О, не плачь, милая. Слезами ей не поможешь. А знаешь что – давай встретимся. Я расскажу тебе о воспоминаниях, которыми Амелия поделилась со мной. О своем отце. Очень любопытная история связана с приездом в эту страну ее деда. (Узнав, что Амелия-7303 шпионит за мной, я изучил ее досье. История действительно интересная.) Нам надо подружиться. Я просто опустошен… Не выпить ли нам кофе? Как насчет «Старбакс»? Я каждый вечер захожу в кафе возле Центрального парка после пробежки. Как? И ты тоже?

У нас определенно есть что-то общее.

От мыслей о Пам я снова испытываю то самое ощущение. Только бы она не оказалась уродиной.

Вероятно, еще далеко до того дня, когда я запихну ее в багажник моей машины. Сначала надо заняться Томом Рестоном и еще кое-какими делами. Однако на сегодняшний вечер у меня уже есть Амелия-7303.

Загоняю машину в гараж, запираю ворота. Постоит здесь, пока я не поменяю номера, а потом утоплю в водохранилище Кротон. Но сейчас еще рано думать об этом. Меня в эту минуту занимает только одно – как лучше организовать трансакцию с моей рыжеволосой подругой, ожидающей меня дома в «кладовой», будто любящая жена мужа после тяжелого трудового дня.

* * *

К сожалению, на данном этапе делать прогноз преждевременно. Введите дополнительные сведения и повторите запрос.

Имея в своем распоряжении величайшую в мире базу данных, располагая самым современным, самым быстрым софтварием, со скоростью света прокрутившим подробности жития Амелии Сакс, программа все-таки не оправдала себя.

– Мне очень жаль, – сказал Марк Уитком и потрогал свой сломанный нос, изображение которого отчетливо передавалось на экран системой видеосвязи с высокой разрешающей способностью. Видно было, что травма серьезная: Рон Пуласки приложил ему от души. Молодой человек в очередной раз шмыгнул носом и продолжил: – Данные слишком общие. Программа дает наибольший эффект, если есть образцы поведения. Из того, что она выдает сейчас, следует лишь, что детектив поехала по необычному для себя маршруту.

Прямо в логово убийцы, мысленно добавил огорченный Райм.

Где же она, черт возьми?

– Погодите секунду. Информация обновляется…

Экран мигнул и переменился. Уитком воскликнул:

– Есть! Несколько радиочастотных отметок двадцатиминутной давности!

– Где она? – прошептал Райм.

Уитком переключил картинку на их компьютер. Сигналы поступили из тихого квартала в Верхнем Ист-Сайде.

– Две отметки сделаны в магазинах. Продолжительность первого арфид-сканирования всего две секунды. Второе чуть дольше, восемь секунд. Может, она остановилась, чтобы проверить адрес.

– Немедленно вызывайте Бо Хоманна! – выкрикнул Райм.

Пуласки нажал кнопку автоматического номера на своем мобильнике, и секундами позже Райм разговаривал с командиром подразделения чрезвычайного реагирования.

– Бо, у нас появились координаты Амелии. Она исчезла, проверяя наводку на «5-22». Мы имеем данные компьютерного мониторинга ее маршрута. Минут двадцать назад Амелия находилась у дома номер 642 по Восточной Восемьдесят восьмой.

– Мы будем там через десять минут, Линк. Ее держат на мушке?

– Похоже на то. Позвони мне, когда уточнишь.

Райм выключил телефон.

Ему вспомнился ее голос в войс-мейле. Он казался таким нестойким, этот малюсенький сгусток цифровой информации.

В сознании Райма слова Сакс продолжали звучать совершенно отчетливо: «Проверяю наводку, надежную. Перезвони мне».

Криминалист не мог отделаться от мысли, что, возможно, слышал ее голос в последний раз.

Группа «Эй» подразделения чрезвычайного реагирования Бо Хоманна, пригнувшись под окнами, заняла позицию по обеим сторонам входа в большой таунхаус в Верхнем Ист-Сайде – четыре бойца в полном комплекте бронезащиты, с черными короткоствольными автоматами «МП-5».

Хоманн признался самому себе, что не сталкивался ни с чем подобным за все время службы в армии и полиции. Линкольн Райм отыскал Амелию Сакс в этом районе, используя какую-то новую компьютерную программу, но без помощи ее мобильника, или радиопеленгатора, или поисковой системы Джи-пи-эс. Наверное, так в будущем будут проводиться полицейские операции.

Программа не указала точный адрес, однако нашелся свидетель, видевший, как незнакомая женщина дважды останавливалась у магазинов, указанных компьютером, а потом перешла через улицу к этому частному таунхаусу.

Где теперь предположительно ее удерживал в качестве заложницы подозреваемый, условно обозначенный «5-22».

Наконец отозвались бойцы, зашедшие с задней части дома:

– Группа «Би» Первому. Мы на месте. Пока все тихо. На каком этаже объект, прием?

– Понятия не имею. Просто входим и прочесываем весь дом. Действуем быстро. Он ее уже давно держит. Я звоню в дверь, он открывает, и мы входим. Все понятно?