Последний Завет - Филипп Ле Руа

– Вы знаете «Спейс Нидл»?

– Да, но…

– Завтра во вращающемся ресторане.

– О'кей. Но мне нужно время добраться. Вас устроит в шестнадцать?

– До завтра.

Натан сразу же позвонил Кейт Нутак.

– Сью Боуман что-нибудь вам сообщила? – первым делом спросила она.

– Завтра я встречаюсь за бокалом вина с Эндрю Смитом.

– Кто такой Эндрю Смит?

– Человек, который принял меня за Боумана и только что мне звонил, желая узнать, что произошло в Фэрбэнксе.

На том конце провода молчание. Натан воспользовался этим, чтобы задать вопрос:

– Вам удалось связаться с вдовой Шомона?

– Нет. Как сообщает Интерпол, у нее две недели отпуска, и она никому не сообщила, куда поехала.

– Я же говорил вам, что мне самому надо было отправиться к ней.

– Здесь есть срочные дела. Сегодня утром я говорила с Максвеллом. Электронное письмо от секты было послано с Филиппин. Первый результат есть, но это же на другом краю света. Так что в ожидании лучшего нужно продолжать прорабатывать другие версии. Хорошо бы, раз вы уж оказались на юге, ненадолго заглянуть в Сан-Франциско.

Сиэтл на юге… У эскимоски весьма специфическое представление о географии. И она по-прежнему отдает предпочтение официальной версии, предполагающей, что убийцу соблазнила награда, предложенная синтоистской сектой. Она считает, что мишенями были оба ученых, а остальных убили заодно, как свидетелей. И потому она собрала все, что возможно, о прошлом ученых в надежде отыскать там хоть какие-то следы. Она беседовала с вдовой Флетчера, и та без всякого смущения назвала возможного подозреваемого – некоего Лофорда. У ее мужа была гомосексуальная связь с Гленном Лофордом, представителем компании, продающей медицинскую технику, проживающим в Сан-Франциско. Возможно, любовник что-то узнал в постели от Флетчера. Так что надо бы задать ему несколько вопросов.

– Так вы согласны взять это на себя? – настойчиво добивалась Кейт.

– Если получу за это улыбку.

– Извольте.

– Нет, нет, не по телефону. Держите ее наготове до того дня, когда я снова увижу вас.

– Не пытайтесь меня улещивать.

– Кстати, а вы мне приснились. Вы были в м…

– Надо спать поменьше, если хотите поскорей раскрыть это дело.

– А что вы мне за это дадите?

– То есть как это, что я вам дам?

– Вы такой сухарь, прямо как старая училка математики. Побольше непринужденности, а то мы не сможем сотрудничать.

– Вот когда мы лучше узнаем друг друга, я вам доверю какой-нибудь интимный секрет. А пока что могу сообщить только данные по Лофорду.

Сообщив Натану адрес любовника Флетчера, Кейт добавила, что она также собрала сведения о Гровене. Тот назанимал денег у половины персонала госпиталя, и его жена осталась без гроша. Эту ситуацию следует копнуть поглубже.

Закончив разговор с агентом Нутак, Натан принял душ и порылся в гардеробе покойного друга. Клайд был крупнее его, но Натану это было на руку, так как он предпочитал просторную одежду, которая не мешает дыханию и кровообращению. Он надел футболку размера XL, растянутый свитер, вылинявшие до невозможности штаны и старые разношенные мокасины. Самолет на Сан-Франциско вылетал в 17.30. Так что у него в запасе были добрых два часа, чтобы освоиться с квартирой. Натан избрал ее как исходный пункт своего расследования. Отсюда обязательно начнет разматываться ниточка.

Он лег на кровать, встал, побродил по гостиной и кухне, открыл окно, чтобы проветрить квартиру от табака и кухонного запаха. Примерно через полчаса он решил определить источник таинственных магнетических волн, проносящихся у него над головой. Потолки здесь были из вагонки, выкрашенной в белый цвет. В одной из спален на досках были видны пропилы, так что на потолке получался квадрат. Люк. Чтобы добраться до него, Натан поставил стол на стол, а сверху водрузил стул. Удерживая неустойчивое равновесие на этом шатком сооружении, он надавил. Ничего не получилось. Крышка люка оказалась закрыта со стороны чердака. Натан решил не отступать и ударил плечом, но стул покачнулся, и все сооружение развалилось. Натан крикнул. Никакого ответа. Тогда он вышел из квартиры и по узкой, крутой лестнице стал подниматься на чердак. Подступ к входу под крышу преграждала куча строительного мусора, а сам вход был заколочен досками. Натан отодрал трухлявую доску, отодвинул в сторону кучу дранки и проник в темноту, руководствуясь слухом, обонянием и осязанием. Уши его улавливали только лишь стук дождя по крыше да скрип настила под подошвами, смягченный толстым слоем пыли. Руки его ощупывали тьму, разрывая завесы паутины. К запахам плесени и перегноя, результата жизнедеятельности грызунов, примешивался еще один – живого существа. Результат интенсивного дыхания – поток углекислого газа. Кроме пяти основных чувств, у него работало шестое, направлявшее его к источнику мозгового возбуждения, испускавшего волны, напряженность которых подтверждала неизбежность нападения. Несмотря на темноту и ощущение смутной угрозы, Натан достиг состояния полнейшей ясности. Он владел, как и положено дзюдоисту, искусством сен-о-сен, которое позволяет предощутить атаку и ответить на нее со стремительностью возникновения зеркального отражения.

До глухой торцевой стены ему оставалось метра три-четыре. И в этот самый момент он почувствовал, что его атакуют.