Танец ангела - Оке Эдвардсон

Длинный коридор привел в гостиную. В дальнем ее углу, освещенном лампой, на пузатом широком диване сидел мужчина. Макдональд услышал слабое дребезжание: под голым обрывом, переваливаясь, проехал поезд Британских железных дорог.

— Мы никогда не ездим на поезде, — сказал мужчина.

Макдональд представился. Мужчина вел себя как глухой:

— Наш район изуродовали железными дорогами. Они еще хуже, чем шоссе.

Макдональд увидел бутылку и стакан. Мужчина схватил стакан и держал на уровне подбородка, молча смотря на посетителя. Макдональд сделал шаг поближе. Глаза мужчины были поблекшие — непонятно, от болезни или от алкоголя.

— Я не слепой, — сказал мужчина, угадав его мысли. — Я просто пьян, с одиннадцати утра, если быть точным.

— Можно присесть? — спросил Макдональд.

— Располагайтесь! — Винстон Хиллиер, отец Джеффа, попытался выдавить смешок. — Это я сказал Джеффу, что это хорошая идея. — Он поднялся взять чистый стакан с полки. — Джин или виски?

— Полглотка виски, — сказал Макдональд.

— Вы шотландец?

— Да.

— Откуда?

— Из-под Ивернесса.

— У озера жили?

— Нет, с другой стороны.

Макдональд взял полный до краев стакан и вдохнул запах виски.

— Надеюсь, «Баллантайн» сойдет, — сказал хозяин.

— Да, вполне.

— Шотландцы ведь предпочитают мальт.

— Честно говоря, почти ни у кого из шотландцев нет денег на мальт. — Макдональд поднял стакан в знак приветствия, но сел, не отпивая.

Винстон Хиллиер смотрел в окно на очередной поезд, протискивающийся под обрывом. В сумерках пейзаж становился серее и унылее.

— Я думал, это хороший шанс. Новая страна, интернациональное образование в этом новом прекрасном мире.

Он отпил джина с тоником.

— А почему именно… Швеция? — спросил Макдональд.

— Почему бы и нет?

— Были ли какие-то особые причины?

Макдональд услышал шаги и обернулся. Женщина принесла послеобеденный чай. Запахло разогретыми сконами. Макдональд отодвинул стакан с виски, освобождая место на столе.

— Все-таки почему вы выбрали именно Швецию? — повторил он.

— У него там когда-то давно был друг по переписке, больше ничего, — сказала женщина. Она расставила чашки, десертные тарелки и села рядом с мужем.

— Поэтому он поехал в Гетеборг, — сказал Винстон Хиллиер.

— А как он узнал об этой программе?

— В его школе, — сказала женщина, которую, как было известно Макдональду, звали Карен.

— Джефф всегда хотел стать ин-же-не-ром, поэтому он за-интере-совался этим институтом, — глухо, с трудом сказал Винстон. — Тем более у него английское название. «Чандлерс» или как там его.

— «Чалмерс», — подсказала женщина.

— Точно, «Чалмерс».

— Ему еще письмо пришло. — Женщина повернулась к мужу.

— Из школы?

— Нет. От кого-то из Гетеборга, и письмо, похоже, убедило его поступать… в этот институт.

Женщине было тяжело так долго разговаривать.

— Это было частное письмо?

— Какое же еще?

— От того старого товарища?

— Мы не знаем, — ответила женщина.

— Он нам его не показывал, — произнес Винстон. — И это понятно, но он даже не сказал, от кого оно. Только что он его получил.

— Из Швеции?

— Из Гетеборга.

Вдалеке громыхал очередной поезд. Лязганье мало-помалу становилось все слышнее.

— И он не упоминал этого человека после того, как поселился в Гетеборге?

— Нет.

— А кого-нибудь еще, с кем он там познакомился?

— Нет.

— Совсем никого?

— Он же черт побери не успел туда въехать, как его убили, идиот! — закричал Винстон, выкатив на Макдональда красные глаза. Он скатился с софы и остался лежать лицом в пол. — Уходите.

Его голос приглушался ковром.

Женщина кинула взгляд, извиняющийся за их горе.

«Это как раз тот чертов случай, когда извинений не требуется, — подумал Макдональд. — Это я здесь должен просить прощения».

— У-би-рай-тесь отсюда, — повторил мужчина на полу.

Макдональд сделал знак женщине, и они вышли в кухню, где он быстро задал еще несколько коротких вопросов, а потом позвонил хорошему знакомому доктору, которому когда-то оказал услугу.

— Катись к своему гребаному Лохнесскому чудовищу! — раздался уже более отчетливый крик. Очевидно, он поднял голову.

— Мне остаться, пока врач не придет?

— Нет-нет, ничего не надо.

— Вы уверены?

— Винстон не привык пить так много. До вашего прихода он спал.

Она, казалось становилась сильнее по мере того, как ее муж приближался к границе сознания.

Макдональд сильнее не становился. Он попрощался и вышел на улицу. Через час будет уже темно. Он сел в машину, развернулся и поехал в сторону «Стейшен-Райз», той маленькой станции, откуда шли поезда, так раздражавшие Винстона.

Остановившись на границе парковки, он зашел в паб «Рейлвей», взял «Янгс винтер вармер» и подождал, пока пиво прояснится, но ни секундой дольше.