Отнять всё - Джейн Лителл

* * *

Я зашла с Билли на руках в ванную. Там у нас всегда холодно, потому что на стенах плитка, а пол паркетный – ковриков в ванной я не признаю. Захватив одежду и подстилку, я переодела его на кухне. Билли недавно обнаружил, что можно засовывать в рот палец ноги, и проделал это сейчас, рассмешив меня.

Духовка старая и разогревается целую вечность. Опять я опоздаю с ужином.

Я стала складывать в стиральную машину одежду, и тут зазвонил телефон: Фрэн, няня.

– Извини, Кэти, я завтра не смогу прийти. Весь день мне сегодня плохо, а к вечеру вообще стало паршиво. Подцепила какой-то вирус.

– О господи, вот бедняжка…

– Ты уж извини. У меня есть подруга, Лиза. Она иногда подрабатывает няней. Дать тебе ее номер? Может, она согласится.

Следующие два часа я пыталась дозвониться до Лизы, а в промежутках готовила рыбу и ужинала вместе с Маркусом. В половине одиннадцатого я сдалась.

– Придется завтра работать дома. Филип будет не в восторге, но куда деваться? Я пока еще ни дня не пропустила. Попрошу Аишу принести сюда почту.

* * *

Утром пришло письмо от тети Дженни, и, читая, я не могла удержаться от улыбки. Она прислала черно-белую фотографию: мужчина и женщина в спортивном открытом автомобиле выпуска пятидесятых. Женщина, очень эффектная, с красивым шарфом на голове, похожая на кинозвезду тех же времен, с обожанием взирает на своего спутника. А тот, держа руль, сурово-сосредоточенно смотрит вперед.

На обратной стороне Дженни написала:

Я все думала о твоих словах по поводу замкнутости Маркуса. Давно установлено, что женщина в среднем произносит в день около семи тысяч слов, а мужчина только две тысячи. Не переживай. У тебя прекрасный муж и сын. Будь здорова и счастлива.

С любовью,

Дженни.

Дженни славная, заботливая женщина: когда мои родители уехали в Лиссабон, она меня тут опекала. Приятно знать, что она помнит обо мне и поддерживает.

* * *

Я с удовольствием провела целый день дома, с Билли, только трудно было сосредоточиться на корректуре. Мы сидели на кухне, смотрели картинки, я показывала Билли, как «говорят» разные звери, и ему очень нравилось. Потом почти на три часа пришла Аиша, и мы сделали кое-какие дела. Мы работаем вместе уже несколько лет, хотя моей помощницей она стала недавно. Вот уж на кого я всегда могу положиться в работе. Мы разобрали почту и счета. Я собралась готовить для правления презентацию и попросила Аишу найти сведения о том, какие места наши читатели посещают в Европе. Аиша с цифрами на «ты», а у меня это слабое место.

– Филип не возмущался, что меня нет?

– Он особо не высказывался, ты же его знаешь. Да все нормально. Только спрашивал, где Хейя.

– Ты ему сказала, что она взяла выходной?

– Да. Кажется, он к ней неравнодушен.

– Правда? Я думала, ему нравится Виктория.

– Он тот еще котяра. Вечно крутится вокруг Хейи. А у нее, кстати, есть приятель. Я его видела.

– И как он?

– Высокий брюнет, одевается хорошо, похож на врача или юриста. В прошлое воскресенье я их заметила в театре.

Когда Аиша ушла, мы с Билли завалились поспать на моей кровати. Я через час встала и решила приготовить жареную курицу с рататуем. Пока все жарилось и кухня наполнялась вкусными ароматами, я набрала ванну пеной. Потом принесла Билли, и мы залезли в воду. У него есть желтое ведерко с отверстием, и ему очень нравится смотреть, как из него течет вода. Мне пришлось снова и снова черпать воду, а Билли ловил струйку руками.

В прихожей раздались шаги: пришел Маркус.

– Да тут у вас веселье!

– А то!

Он опустился на колени и поцеловал Билли в мокрую макушку. Потом закатал рукава и заявил:

– Пожалуй, я вас помою, миссис Хартман.

Налив в ладонь геля для душа, он принялся водить им по моей шее и груди. Грудь у меня теперь большая – из-за молока, и мне это, пожалуй, нравится. Придерживая Билли коленками, я откинула голову на край ванны и закрыла глаза. Маркус продолжал меня ласкать. В груди у меня началось покалывание. Вдруг он засмеялся. Я открыла глаза.

– Из тебя молоко брызжет!

Он наклонился и провел вокруг соска языком.