Властелин ночи - Дэвид Моррелл

Труп лежал на боку. Райан не без труда перевернул его на спину.

Он заметил оборванную цепочку от часов, прикрепленную к петлице жилета. Перед тем как выйти из зала ожидания, инспектор забрал у Беккера хронометр Бенсона. А теперь вытащил из кармана брюк и вновь посмотрел на диковинную вещицу.

– Что это? – спросил констебль, осмелившийся снова взглянуть на жертву.

– То, из-за чего умирают люди, – ответил Райан.

Инспектор сравнил фрагмент цепочки, прикрепленный к часам, с тем, что нашел на теле жертвы. Узор цепочки совпадал, и сломанные звенья тоже.

Райан положил хронометр обратно к себе в карман и обыскал жертву.

– Я бы так не смог, сэр, – заметил констебль.

– В случае крайней необходимости, если того потребует долг, вы бы справились не хуже меня, – заверил его инспектор. – В вашем городке есть фотограф?

– Был, пока все шло так, как обещали застройщики. А потом он вернулся в Лондон.

– А художник-портретист? Есть здесь кто-нибудь, кто смог бы нарисовать человека близко к оригиналу?

– Я знаю одного отставного офицера, который рисует птиц. Получается так здорово, что птица того и гляди спорхнет со страницы.

– Вы сказали «отставного офицера»?

– Да, его ранили в Крыму.

– Значит, он много повидал на войне и не будет слишком потрясен. Когда я закончу, пусть кто-то из вас разбудит его, а второй останется здесь.

– Разбудит его?

– Мы не можем убрать труп, пока не получим подробные эскизы, и это нужно сделать как можно скорее. Мне не хочется находиться в этом тоннеле, когда утром по нему пойдут поезда.

Инспектор продолжил осмотр. Карманы убитого оказались разрезаны. Если там и лежал кошелек с деньгами, то он исчез. Райан нашел только маленький ключ – вероятно, от часов, а также билет на поезд в жилетном кармане. И то и другое он забрал себе.

– Билет до Седвик-Хилла, – определил он, поднеся находку к фонарю.

– Это следующая станция, – объяснил охранник. – Как жаль. Бедняга был безжалостно убит, не доехав до цели совсем немного.

– Но почему его убили? – пробормотал Райан.

– Прошу прощения, инспектор, но разрезанные карманы говорят сами за себя. Его убили из-за денег.

– Возможно, – задумчиво повторил Райан.

– Здесь не так удобно, как в особняке лорда Палмерстона, Эмили, но, по крайней мере, вы согреетесь и, возможно, сумеете поспать. И вы тоже, мистер Де Квинси.

Беккер расстелил одеяла на двух скамьях в зале ожидания и уложил на них подушки.

– Спасибо. – Эмили посмотрела на сержанта с благодарностью.

– Всегда рад помочь. Вы знаете, что я хотел бы сделать для вас больше.

– Да, – ответила девушка. – Знаю.

Они обменялись понимающими взглядами, подтверждающими, что и он, и она не забыли о разговоре, случившемся месяц назад. Тогда Беккер спросил, не думает ли она о замужестве, но Эмили объяснила, что необходимость заботиться об отце не позволяет ей заглядывать так далеко в будущее. Однако сержант не терял надежды, что когда-нибудь она изменит свое решение.

– Как вы себя чувствуете, мистер Де Квинси? Могу я что-то сделать для вас? – спросил Беккер.

– Вы могли бы принести мне немного лауданума.

– Боюсь, что все лавки сейчас закрыты.

– К сожалению, действительно закрыты, – вздохнул Де Квинси и опустился на скамью.

– Спокойной ночи, – сказал сержант, оглянувшись на Эмили.

Она коснулась его руки.

– Мы очень благодарны вам, Джозеф.

Все еще чувствуя ее прикосновение, Беккер уменьшил свет лампы. Эмили укрыла отца одеялом, а затем улеглась сама. Сержант вышел из зала и прикрыл за собой дверь.

– Проследите, чтобы с ними ничего не случилось, – сказал он охраннику, стоявшему на улице. – Эти люди очень дороги для меня.

– Я с них глаз не спущу, – пообещал тот.

Темноту разрезал свет фонаря, быстро приближающегося к станции. Через мгновение на перрон взобрался Райан.

– Эмили и ее отец пытаются уснуть, – доложил Беккер.

– Сколько запросил хозяин меблированных комнат за подушки и одеяла?

– Два шиллинга.

Райан порылся в карманах и протянул Беккеру свою часть платы.

– Я стараюсь представить, что делал убийца после того, как сбросил жертву в тоннель, – признался Беккер.

– Очень хорошо, – похвалил его Райан. – Поставьте себя на его место. Думайте, как убийца.

– Он не рискнул бы спрыгнуть с поезда на ходу, особенно в такой темноте, не зная, куда приземлится.

– Согласен.

– Он должен был дождаться, когда поезд остановится, – предположил Беккер. – Эмили и ее отец позвали кондуктора, чтобы тот открыл купе. В наступившей суматохе убийца мог выйти через сломанную дверь с другой стороны поезда, а потом подняться на платформу и смешаться с толпой, делая вид, будто потрясен случившимся точно так же, как и все остальные.

– Значит, вы считаете, что убийца снова сел в поезд? – спросил Райан.

– Эмили рассказывала мне, что машинист очень спешил и боялся нарушить расписание. Возможно, убийца сейчас уже в Манчестере.

– Сомневаюсь.

– Почему? – удивился сержант уверенности своего коллеги.

– Вы помните, как выглядел отец Эмили сразу после убийства? – ответил Райан вопросом на вопрос.

Беккер мгновенно понял свою ошибку.

– Лицо мистера Де Квинси было все в крови.

– И убийца тоже был измазан кровью, – продолжил Райан. – Если бы он поднялся на перрон и попытался затеряться в толпе, на него обязательно обратили бы внимание.

– Но куда же он тогда делся?

Беккер молча проследил за взглядом Райана, устремленным на темную полосу леса за железнодорожными путями.

– Кто там? – послышался испуганный голос. – Отстаньте от нас, мы ничего плохого не делаем.

Как бы осторожно ни крался Беккер по лишенному листьев кустарнику, шорох веток выдал его. Он вышел на расчищенный участок и увидел в свете фонаря деревянный каркас недостроенного здания. Судя по грудам мусора, работы приостановили внезапно – вероятно, еще один разорившийся застройщик.

– Я сержант Беккер из Скотленд-Ярда.

– Скотленд-Ярд в Лондоне! – возразил другой голос. – Лучше скажите там, на станции, чтобы они нас не трогали. Мы ничего плохого не делаем. Наоборот. Мы следим, чтобы никто не растащил их кирпичи и доски.

Сквозь кусты пробился свет от фонаря Райана, идущего следом.

– Джентльмены, – начал инспектор, – мы бы рады были не будить вас, но нам нужна помощь.