Полный цикл мести - Евгений Ткаченко

замер как громом пораженный. На земле лежало изуродованное тело, принадлежащее однорукому человеку. Ни следа монстра или татуировок. Ноги больше не держали Форда, и он привалился спиной к постаменту, возле которого лежал теперь уже мертвый Крот. И тут в нос ему ударил мерзкий запах. Тот же запах, что исходил от клякс, стекавших с руки чудовища. Форд наклонился поближе к телу и заметил, что оно лежало в черной жиже, источающей вонь. Когда вонь ослабла до терпимого состояния, Форд наклонился к телу, не боясь, что его стошнит. Крот действительно был мертв. Последняя выпущенная пуля угодила прямо в сердце. Но крови не было. Как если бы Форд стрелял в труп. Форд аккуратно перевернул тело. Он нашел еще несколько пулевых отверстий и ни капли крови. Даже на месте оторванной руки.

Теперь пришло время для безумных теорий. Неужели ему это все померещилось? Боль в ноге и следы когтей на постаменте свидетельствовали о реальности произошедшего. А что если это результат какого-то эксперимента? Под действием какого-то газа Форду померещилось черти что, и он убил бедолагу экспериментальным типом пуль, заставляющими кровь свертываться?

Форд вынул оставшиеся патроны и осмотрел их. Ничего необычного. То же он проделал и с гильзами. Результат тот же. Форд снова зарядил пистолет, а затем осмотрел и его. Руны, пиктограммы, вязь, иероглифы. Что это? Заклинания? В них кроется причина подобного эффекта? Он распространяется на всех или только на определенный тип людей? Людей ли?

Бред какой-то! С чего вдруг фантазии о секретных разработках реальнее мистики! Мистика хоть как-то объясняет происходящее. В конце концов, к мистике он был готов.

И что это за вонючая черная жижа?

Поток вопросов прервал взявшийся ниоткуда Мордехай. Он стоял, облокотившись на постамент, помеченный когтями, с недовольным видом.

– Знаешь, я ожидал, что ты выкинешь что-то подобное, – протянул он. – Зачем ты убил бедного паренька?

Форд запрятал пистолет обратно под куртку и попытался подняться. Но боль в ноге заставила его передумать.

– Хобби у меня такое: бегаю по заброшенным паркам, отстреливаю голых одноруких людей. А что ты здесь делаешь?

– Шеф дал мне вполне четкие указания. Следить за тобой, чтобы ты не натворил глупостей.

– Я имел ввиду, что ты делаешь именно здесь?

– Слышали выстрелы.

– И ты примчался сюда с твердой уверенностью, что найдешь именно меня. Ты, кстати, далеко машину оставил?

– К чему этот вопрос?

– Видишь ли, у меня нога покалечена. Я не смогу долго тащить твое тело.

Мордехай уловил угрозу в словах Форда скорее инстинктивно, нежели разумом. Его рука метнулась к пистолету, но на лице все еще читалось недоумение. Не говоря ни слова Форд выстрелил, через куртку. Мордехай согнулся пополам и выронил пистолет.

Форд подобрал его пистолет и поковылял к машине, чтобы убедиться, что в машине больше никого нет. К его удивлению, боль в ноге значительно поутихла. Форд нашел аптечку и как смог обработал рану. Точнее залил все перекисью и наложил повязку прямо поверх брюк – снимать их времени не было. Мордехай все это время сидел, нелепо растопырив ноги и держась за живот. Форд подъехал, как можно ближе к нему и присел рядом. Из его живота сочилась все та же черная жижа.

– У вас, что, дерьмо вместо крови? Чего же так воняет?!

– К… как?.. – прохрипел Мордехай.

Форд показал ему пистолет. Мордехай сокрушенно покачал головой.

Форд поднялся и поволок Мордехая к машине, оставляя за собой черную полосу. Он решил уехать подальше из города, чтобы гнетущая атмосфера разлагающегося города не отвлекала от размышлений.

В салоне стояла отвратительная вонь, и Форд открыл окно. Поток свежего воздуха взбодрил Форда, но не сильно. Сон опутывал Форда своими липкими щупальцами. Не иначе следствие потери крови. Наконец Мордехай подал голос, выводя Форда из оцепенения.

– Зачем ты… это сделал?..

– Что именно? Подстрелил тебя? Не хотел, чтобы ты подстрелил меня первым.

– С… чего ты… взял?

– А ты не догадываешься? Ты же вроде следователь. Во-первых, какие к чертям выстрелы? Кто бы их здесь услышал? Во-вторых, как ты сообразил, что это я? Да еще и примчался без подкрепления через пару минут. Меня интересует пара вопросов, но для начала я поделюсь своими соображениями. И прежде, чем начнешь врать, учти тот факт, что эту ночь ты вряд ли переживешь.

Форд выудил из внутреннего кармана несколько бумажек и бросил их на пассажирское сиденье.

– Хорошо. Мордехай, узнаешь этого человека? – Форд взял с сиденья одну фотографию. – Нет? А ведь именно его ты описал как убийцу Луны и про татуировки не забыл. Я все гадал, откуда ты знаешь. Я ведь тебе ничего говорил. Оказывается, вы знакомы! Ты был на месте его гибели… пару десятков лет назад, – в руках Форда была теперь вырезка из газеты. На имеющейся фотографии были запечатлены несколько людей в шляпах, столпившиеся возле сгоревшего металлолома, бывшего автомобилем. – Узнаешь того, что в центре в белой шляпе? Это ты, Мордехай… Или как там тебя зовут на самом деле?

Форд повернулся проверить состояние Мордехая. Мордехай выглядел отвратительно. Словно одежда из человеческой кожи начала приходить в негодность. Кожа покрылась черными пятнами. Местами появились отвратительные язвы.

Форд остановился на той же поляне, с которой он наблюдал за городом по дороге в лечебницу. Над головой простиралось звездное небо. Звезды завораживали, уносили мысли вдаль от забот, переживаний, сожалений и разочарований. Казалось, достаточно протянуть руку, чтобы порезаться об эту замечательную россыпь бриллиантов. Форд так и сделал. Звезд он не коснулся, но вид искалеченной руки вернул его в действительность.

– Кто ты? – обратился он к Мордехаю.

– Такой же человек, как и ты…

– Ну это вряд ли, – Форд протянул окровавленную вату: Видишь ли, люди истекают кровью, а не этим… Что это вообще?

– Пресловутая черная метка…

– Вместо крови?

– Вместо души…

– Вот как! Как же меня уже достали разговоры про души, проклятия и вечную борьбу добра со злом! Итак, начнем сначала.

С этими словами Форд достал пистолет Мордехая, проверил его на наличие рун и узоров и выстрелил ему в кисть. Он не хотел рисковать и стрелять в грудь – вдруг Мордехай слишком слаб и даже выстрел из обычного оружия его прикончит. Рана не кровоточила, но и черная жижа из нее не сочилась – она затянулась в виде татуировки.

– Давай так, я начну. А ты закончишь. Один безумный старик мне рассказывал всякие дикие истории. Даже указал, где стоит искать подтверждение его слов – в библиотеке. Там мне весьма удачно подвернулась странная книга, со странными историями. В ней же