Разбитое окно - Джеффри Дивер

– Светлая краска для волос.

– Совершенно верно. Надежный парень, сказал Логан, поэтому и хотел, чтобы доставку поручили ему. Мы все максимально сосредоточились на операции в Лондоне, глаз не спускали с того парня, сопровождали по зоне поражения, искали сообщников, страховали на случай отвлекающих взрывов, а в результате наши люди в Бирмингеме снизили бдительность. Киллер просто постучал в дверь номера Дэнни в бирмингемском отеле «Дю-Вин», пока большинство его охранников расслаблялись внизу в шампань-баре. Выстрелил несколько раз теми самыми разрывными пулями дум-дум – раны ужасные. Дэнни и двое его ребят погибли на месте.

Райм закрыл глаза.

– Значит, никаких поддельных проездных документов не было.

– Да, очередной отвлекающий маневр… В общем, напортачили по полной программе. А французы даже не отвечают на мои звонки… Мне постоянно кажется, что это страшный сон – вот-вот проснусь, и все кончится.

Линкольн Райм невольно подумал, как бы все обернулось, если бы он не отказался тогда от участия в расследовании этого дела и лично осмотрел тайник под Манчестером с помощью высокочувствительной видеокамеры. Он мог заметить то, что раскрыло бы истинную суть намерений киллера. Например, понять, что бирмингемские улики также были подброшены. Или по каким-то признакам догадаться, что снявший помещение преступник – тот самый, на которого Райм так долго охотился, – маскировался под агента французских спецслужб.

А может, сумел бы разглядеть что-то важное в лондонском офисе благотворительной организации Гудлайта после того, как туда проник взломщик.

– А само имя – Ричард Логан? – вопросительно произнес Райм.

– Очевидно, вымышленное. Иногда я сомневаюсь, есть ли вообще у него настоящее имя. Ему удалось выдать себя за другого. Оказывается, сделать это удивительно легко.

– Да, я тоже слышал об этом, – с горечью заметил Райм.

– Да, детектив, еще одна странная вещь, – вспомнила Лонгхерст. – Эта посылка, доставленная в зону поражения посыльным из Тотнема… Знаете, что было внутри?

– Вещь, предназначенная для меня.

– И вы угадали!

– Случайно, не часы какие-нибудь? – спросил Райм.

Лонгхерст не смогла сдержать изумленного смешка.

– Не какие-нибудь, а шикарные настольные часы в викторианском стиле. Но как вам удалось?

– Просто пришло в голову.

– Наши взрывники проверили – все чисто.

– Нет, это не самодельное взрывное устройство… Инспектор, пожалуйста, упакуйте часы хорошенько и перешлите мне сегодня же. И мне бы хотелось получить копию вашего отчета по делу, когда закончите.

– Обязательно.

– А моя напарница…

– Детектив Сакс.

– Совершенно верно. Она хотела бы побеседовать по видеосвязи со всеми, кто принимал участие в операции.

– Я составлю список действующих лиц.

Несмотря на чувство огорчения и тревоги, Райм улыбнулся. Ну симпатичны ему эти бритты.

– Сотрудничать с вами – великая честь для меня, детектив.

– И мне с вами приятно, инспектор, – вздохнул Райм и скомандовал отбой.

Викторианские часы…

Райм посмотрел на каминную полку, где возлежали старинные и представляющие немалую ценность карманные часы швейцарской фирмы «Бреге» – презент от того же киллера. Их не так давно доставили криминалисту прямо домой очень, очень холодным декабрьским днем.

– Том! Пожалуйста, виски.

– Что-то случилось?

– Ничего не случилось. Сейчас не утро, и я хочу выпить немного скотча. Я отзанимался гимнастикой на отлично, а ты, смотрю, не похож сегодня на потрясающего библией баптиста-трезвенника. Так почему, черт возьми, должно что-то случиться, чтобы ты подал мне виски?

– Потому что я услышал от вас слово «пожалуйста».

– Очень смешно. Ты сегодня блещешь остроумием.

– Чем богаты. – Том задумчиво свел брови, глядя на серьезное лицо криминалиста. – Как насчет двойной порции? – негромко предложил он.

– Двойная пришлась бы кстати, – с готовностью согласился Райм, незаметно для себя подражая речи чопорных бриттов.

Помощник щедро наполнил стакан скотчем «Гленморенджи» и вставил соломинку, направив ее конец ко рту Райма.

– Выпьешь со мной?

Том молча посмотрел на него, потом рассмеялся:

– Может, позже.

Райм вдруг сообразил, что, наверное, впервые предложил выпить своему помощнику.

Криминалист потягивал душистый напиток и смотрел на карманные часы. Текст записки, приложенной к подарку, навсегда запал ему в память.

Эти часы – марки «Бреге», мои любимые из многих, попавших мне в руки в минувшем году. Они собраны в начале девятнадцатого века, имеют цилиндрический рубиновый спуск, непрерывный календарь и парашютное противоударное устройство. Надеюсь, вы оцените окошечко с фазами Луны в свете наших недавних совместных приключений. Во всем мире остались считанные единицы подобных часов. Преподношу их вам в подарок в знак уважения. За все годы моей профессиональной деятельности еще никто ни разу не помешал мне довести работу до конца. Вы – лучший специалист в своем деле; я бы сказал, одного со мной уровня, но это не совсем так – меня ведь вы не поймали.

«Бреге» следует регулярно заводить – только нежно. Пусть отсчитывает минуты до нашей следующей встречи.

Примите небольшой совет – на вашем месте я бы отсчитывал каждую из оставшихся секунд.

«Ты хорош, – мысленно беседовал Райм с киллером. – Но и я неплох. В следующий раз мы завершим наше соревнование».

Тут его размышления оборвались. Райм перевел взгляд от часов в окно и прищурился, вглядываясь наружу. Что-то привлекло его внимание.

Через улицу напротив бесцельно прохаживался какой-то мужчина в неброской одежде. Райм подрулил коляску к окну и стал наблюдать, потягивая виски. Мужчина остановился перед каменной оградой Центрального парка возле многократно перекрашенной скамейки и, сунув руки в карманы брюк, уставился на таунхаус. Очевидно, ему не было видно наблюдающего за ним Райма из-за большого окна затемненной комнаты.

Это был Артур Райм, двоюродный брат Линкольна.

Вот он шагнул вперед с тротуара, намереваясь пересечь улицу, но остановился. Потом вернулся к стене парка и сел на скамейку лицом к таунхаусу рядом с женщиной в спортивном костюме. Она отпивала воду из пластиковой бутылки и болтала одной ногой под музыку в своем айподе. Артур достал из кармана листок бумаги, посмотрел на него и убрал обратно. Его глаза вернулись к таунхаусу.

«Любопытно. Он похож на меня», – подумал Райм. Эта мысль возникла у него впервые за все годы их дружбы и отчуждения.

Вдруг непонятно почему в памяти всплыли слова Артура, сказанные десять лет назад.