Адское пламя - Нельсон Демилль

— Пойдем поздороваемся с приятелем, — предложила Кейт.

— О'кей, — согласился я и бросил Шефферу: — Увидимся позже.

— Вы пропахли дымом, да и выглядите просто ужасно, — заметил он. — Что там у вас произошло?

— Это слишком длинная и совершенно безумная история. Давайте вернемся к ней потом.

— Вы должны оставаться на месте преступления, — напомнил он. — И помогать расследованию.

— Ага. Еще увидимся.

Я взял Кейт за руку, и мы вышли из комнаты.

По дому болталось не менее дюжины копов, явно не понимая, что им делать. Я предъявил одному из них свое удостоверение и спросил:

— Где тут кухня?

— Кухня? А-а, идите прямо по коридору.

— Спасибо.

— Нам нужно поговорить с Лайамом Гриффитом, — напомнила Кейт.

— Шеффер сказал, что он на кухне.

— Он в кабинете Мэдокса.

Я похлопал себя по уху:

— Повтори?

Мы нашли кухню, где никого не оказалось. Я заметил, что там и не пахнет приготовлением ужина, и указал на это Кейт.

— Ужин был всего лишь предлогом. Уловкой, — пояснила она.

— Да? Ни бифштекса, ни жареной картошечки?

— Мы зачем сюда пришли?

— Я проголодался.

— Может, принести тебе чашечку кофе из караулки?

— Конечно. И налей вторую — для себя. — Я открыл огромный, как в супермаркете, холодильник и обнаружил там сыр и нарезку.

— И как ты только можешь сейчас есть? — удивилась Кейт. — У меня желудок бунтует.

— Я проголодался. — Я вынул сыр и нарезку, подошел к кухонной мойке и умылся. Кажется, на мне остались отметки Мэдокса.

Пока я этим занимался, в кухню вошел Лайам Гриффит.

— Где это вас черти носили?

Я поднял голову от мойки:

— Кухонное полотенце не передадите?

Он помедлил и протянул мне полотенце.

— Что вы здесь делаете?

Я вытер лицо и ответил:

— Мы тут спасали планету от ядерного уничтожения.

— Да неужели? А что исполнили на бис?

Я передал полотенце Кейт, и она тоже подошла к мойке.

— А на бис мы прикончили одного вашего дружка. — Я развернул обертку чеддера и добавил: — Теда Нэша.

Мистер Гриффит молчал, но я видел по его лицу, что он ничего не понял.

— Но Тед Нэш погиб!

— Именно это я и говорю. Разве не замечательно звучит?

Он все еще не понимал, и я полностью уверился, что Лайам Гриффит, каким бы козлом он ни был, обо всем здесь происшедшем никакого понятия не имеет.

Кейт вытерла лицо и руки и пояснила:

— Он тогда не погиб в Северной башне. Но теперь мертв. — И добавила: — Я его застрелила.

— Что?!

— Мы пока ничего больше не скажем по этому поводу, — вмешался я. — Не хотите немного чеддера? Отличный сыр.

— А? Нет. — И он наконец добрался до главного: — А вам известно, что у вас обоих крупные неприятности? У меня приказ отвезти вас в Нью-Йорк, как только найду. Я вас нашел. И имею удовольствие сообщить, что вам грозят дисциплинарные взыскания и, надеюсь, даже нечто более серьезное.

И так далее.

Я, должно быть, съел полфунта сыра и нарезки, пока он распространялся на эту тему, и несколько раз демонстративно посмотрел на часы, намекая, что пора бы ему закруглиться.

Покончив с этим, он осведомился:

— Так что именно здесь произошло?

— Мы с Кейт нашли убийцу Харри Маллера.

— И кто же это?

— Бэйн Мэдокс, владелец этого дома, — ответила Кейт.

— И где он теперь?

— В ядерном убежище, — вступил я. — Мертвый. Я его застрелил.

Никакой реакции не последовало.

— И это все, что вам надо знать. И все, что мы можем вам сообщить.

— Ну хорошо… тогда вам следует ехать со мной.

— А куда вы едете, Лайам?

— Я вам уже сказал. Обратно в город. Вертолет ждет в аэропорту.

— Собственно, мы не имеем права покидать место преступления, — сообщил я. — Майор Шеффер…

— Хорошо, хорошо. Мы останемся здесь еще на час, пообщаемся с полицией штата, вы им расскажете, что тут произошло. А потом я потребую, чтобы вас выпустили под мою ответственность.

Я посмотрел на Кейт, она кивнула. И я сказал Гриффиту:

— Мы с Кейт ограничимся показаниями по поводу убийства Харри Маллера. Все остальное, что вы и полиция штата здесь увидели, подпадает под понятие государственной тайны и не подлежит обсуждению, пока мы не окажемся в доме двадцать шесть по Федерал-плаза. Понятно?

— Может, вы хотя бы намекнете, каким образом государственная тайна связана с тем, что Кейт убила офицера ЦРУ?

— Лайам, — заметила Кейт, — не думаю, что ваш допуск достаточно высок, чтобы знать об этом.

Он, кажется, несколько разозлился, но все же выдавил нечто похожее на шутку:

— Тед всегда высоко о вас отзывался, Кейт.

— Но не в последний раз, когда мы с ним разговаривали.

Ну, полным идиотом Лайам Гриффит все же не был, поэтому ответил:

— Вы оба либо навлекли на себя крупные неприятности, либо вас представят к награде. Так что я лучше помолчу, пока не пойму, что именно вас ждет.

— Видимо, сегодня единственный в году день, когда у вас пробуждается ум, — прокомментировал я.

На беседы с майором Шеффером, детективами из полиции штата и экспертами-криминалистами ушел еще час, в течение которого мы с Кейт танцевали вокруг основного вопроса: что же на самом деле происходило в этом бункере. Потом, посоревновавшись с Шеффером и Гриффитом «кто кого переписает», влезли в машину, взятую Лайамом напрокат, и поехали прочь, миновав по пути флагшток, где по-прежнему развевался американский флаг, освещенный прожектором, а под звездами и полосами висел вымпел Седьмого кавалерийского полка Бэйна Мэдокса.

Да, у меня были сложные чувства к этому человеку… но если бы он не убил Харри и если бы не собирался убить несколько миллионов других американцев, включая Кейт, меня и любого другого, вставшего на его пути, плюс еще миллионы мужчин, женщин и детей… Это был сложный человек, и мне понадобится немало времени, чтобы понять его сущность.

Мы также проехали мимо измельчителя для веток, и это некоторым образом вернуло меня к реальности. Значительные понятия — такие как, например, ядерный Армагеддон — всегда несколько абстрактны. А вот незначительные вроде этого измельчителя как раз и заставляют осознать, что такое Зло.