Голос ночи - Дин Кунц

Они вернулись в Санта-Леону без пятнадцати одиннадцать вечера и остановились у бензоколонки на Бродвее. Она уже закрылась, единственный огонек светился в автомате с прохладительными напитками.

Рой порылся в карманах в поисках мелочи:

— Чего ты хочешь? Я куплю.

— У меня осталось немного денег, — сказал Колин.

— Ты заплатил за ужин.

— Ну хорошо... я возьму виноградный.

Некоторое время они молчали, смакуя свои напитки.

Наконец Рой сказал:

— Прекрасный вечер, да?

— Да.

— Тебе понравилось?

— Конечно.

— Я, черт возьми, отлично провожу время. А ты знаешь почему?

— Почему?

— Потом что ты со мной.

— А-а, — потянул Колин. — Конечно, я всегда душа компании.

— Я хотел сказать, что трудно найти лучшего друга, чем ты.

На этот раз Колин покраснел как от гордости, так и от смущения.

— В самом деле, — продолжал Рой, — ты единственный друг, который у меня есть, и ты единственный друг, который мне нужен.

— У тебя сотни друзей.

— Это — так, знакомые. Пока ты не приехал в город, я долго болтался без друга.

Колин не знал, говорил ли Рой правду или насмехался над ним. У него не было критериев для оценки, но никто и никогда не говорил с ним так, как сейчас Рой.

Рой отставил недопитую «колу» и достал из кармана перочинный ножик:

— Я думаю, сейчас самое время.

— Для чего?

Рой открыл ножик и острым концом полосну себя по руке: большая капля крови скатилась, как ярко-красная жемчужина. Он нажал на ранку, чтобы кровь сочилась вновь.

Колин был ошарашен:

— Зачем ты это сделал?

— Дай мне руку.

— Ты сошел с ума!

— Мы сделаем так, как делают индейцы.

— Что делают?

— Мы станем кровными братьями.

— Мы уже — друзья.

— Быть кровными братьями — это гораздо лучше.

— Да? Почему?

— Когда наша кровь смешается, мы как бы станем одним человеком. И в будущем все мои друзья автоматически станут твоими. А все твои друзья станут моими. Мы всегда будем вместе, никогда не разлучаясь. Враги одного станут врагами другого. Таким образом, мы станем вдвое сильнее, чем кто-либо. Мы никогда не будем бороться в одиночку. Мы будем вместе — ты и я — против всего этого вонючего мира. И лучше этот мир пусть не трогает нас.

— И все это — только от смешения крови? — спросил Колин.

— Самое важное, что означает это смешение. Оно означает дружбу, и любовь, и доверие.

Колин не мог оторвать глаз от алой ранки, пересекавшей руку Роя.

— Дай мне руку.

Колин был обрадован возможностью стать кровным братом Роя, но и озадачен одновременно.

— Похоже, этот нож не очень чистый?

— Он чистый.

— Ты можешь получить заражение крови, разрезав руку грязным ножом.

— Если бы была такая возможность, стал бы я резать себе руку первым?

Колин колебался.

— Слушай, Колин, ранка будет не больше булавочного укола. Давай руку.

С неохотой Колин протянул правую руку ладонью вверх. Он весь дрожал.

Рой взял его за руку и приложил острие ножа.

— Это будет как укол, — ободрил его Рой.

Колин не отважился открыть рот, опасаясь выдать себя дрожанием голоса.

Боль была внезапной, резкой, но недолгой. Колин сжал зубы, чтобы не закричать.

Рой сложил нож и убрал его в карман.

Трясущимися пальцами Колин нажал на края ранки, пока на них не показалась кровь.

Рой капнул своей крови на ранку Колина и улыбнулся.

Колин сжал руку Роя со всей силой.

В прохладе ночи воздух пах бензином. Они стояли около пустынной бензоколонки, глаза в глаза, чувствуя себя сильнее, особеннее и отважнее.

— Мой брат, — произнес Рой.

— Мой брат, — повторил Колин.

— Навсегда.

— Навсегда.

Колин сосредоточился на ранке, пытаясь уловить тот момент, когда кровь Роя начнет течь по его венам.