Мой чужой дом - Люси Кларк

Черная бархатная темнота. Четыре часа утра. Я переворачиваюсь на бок. Простыни горячим клубком сбились вокруг талии. Гадина в мозгу вертится, шевелится, сна ни в одном глазу.

Я прислушиваюсь к тишине дома. Мне нужны хоть какие-то звуки – намек на присутствие других людей: свистящее сопение малыша в детской, скрип чугунной дверцы камина, треск горящих поленьев.

Но здесь только я, мое дыхание и частый стук моего же сердца.

Ах, еще мои мысли! Буйные, громкие, точно пьяная компания, они-то не безмолвствуют. Их злоба и ехидство, кажется, прочно обосновались в моей голове, а в сознании звенит эхо воплей.

Приглашаешь к себе интересный сюжет и героев – и тут такие гости. Вдруг они не уйдут?

Сажусь в кровати и всматриваюсь в густой сумрак.

Просыпаюсь разбитой и опустошенной. Похожее странное истощение обычно бывает после долгих рыданий. За минувшую ночь я написала пять тысяч слов. Не могла оторваться. И до сих пор не могу. Меньше всего на свете мне сейчас хочется читать лекцию в библиотеке. Я мечтаю остаться дома и сосредоточиться на книге.

Натягивая зимнее пальто, я останавливаюсь в прихожей перед зеркалом. Боже, ну и видок! Краше в гроб кладут. По лицу пятна, под глазами синяки.

Сверяю время. Через час я буду стоять в библиотеке и рассказывать собравшимся о своей великолепной жизни – жизни знаменитой писательницы.

О чем я думала, когда соглашалась?

Впрочем, знаю о чем. О том, что надо входить в местный мирок, пускать корни. Снос рыбацкого коттеджа не добавил мне очков в глазах окрестных жителей, для них я очередная пришлая. А мне хотелось бы завести в Корнуолле друзей и наконец почувствовать себя дома.

Так этого не хватает!

Я щелкаю застежкой сумки, еще раз проверяю, вложены ли в роман заметки к лекции.

На улице, наверное, ужасно холодно. Я тяну ворот пальто плотнее к горлу. Что-то не так… У воротника должна быть приколота брошь – серебряный стриж с расправленными крыльями, – но пальцы ее не нащупывают. Брошь принадлежала матери, я никогда ее не снимала. Когда же я в последний раз носила пальто? В день отъезда, перед вылетом во Францию. С тех пор оно висело в прихожей. Присев на корточки, я начинаю обшаривать обувь, выставленную в ряд под вешалкой, трясу каждую пару – пусто.

Времени поискать как следует уже нет, хотя уходить из дома без броши весьма неприятно. Словно дурной знак. На душе становится тревожно.

Я выпрямляюсь. Перед глазами образ Джоанны: бледная рука водит по воротнику моего пальто, длинные пальцы натыкаются на крыло серебряной птички, легким движением брошь откалывается, и прохладный металл исчезает в чужой ладони.

Вытащив с заднего сиденья коробку с книгами, толчком бедра захлопываю автомобильную дверцу и с трудом запихиваю ключ в чехол.

Библиотека возвышается в глубине просторной лужайки, к главному входу ведет каменная тропа. При свете утреннего солнца отделанное декоративной штукатуркой здание кажется бесцветным и каким-то усталым. По стене змеятся побеги глицинии с давно увядшими цветами, бетонный фундамент испещрен кляксами птичьего помета.

Я наваливаюсь на дверь плечом – и меня окутывает теплый бумажный запах книг.

Молодая сотрудница библиотеки в клетчатой рубашке, туго обтягивающей грудь и живот, бросает тележку с книгами и бежит навстречу.

– Добро пожаловать! Давайте-ка свою коробку! – восклицает она, забирая ношу. – Меня зовут Лора. Знаете, я просто влюбилась в «Безумный страх»! В прямом смысле слова влюбилась! Я всем, буквально каждому рекомендую прочитать ваш роман!

– Очень мило с вашей стороны. Спасибо, Лора. – Я улыбаюсь.

Лора ведет меня к небольшому столу, перед которым полукругом выставлены стулья.

– Как вам? – спрашивает она с легким корнуоллским акцентом. На ее щеках играет яркий румянец, на шею спускаются тонкие пряди волос, выбившиеся из стянутого резинкой хвоста. – Я поставила вам на стол графин с водой. Микрофон, если надо, тоже наготове. Некоторые не любят им пользоваться. Мейв еще сказала, что на складе есть кафедра. Нужна?

– Нет, все отлично, мне нравится. Спасибо!

За окном вдалеке маняще мерцает море, и мои помыслы устремляются туда. Вот бы сейчас на пляж, в воду, в соленые брызги…

– Ой, к сожалению, окна не открываются. Но если вы думаете, что будет душно, я могу оставить нараспашку дверь эвакуационного выхода. Как по-вашему? Открыть дверь?

– По-моему, температура в самый раз. Кстати, красивая афиша, – говорю я, заметив доску объявлений.

– Я лишь распечатала ее на принтере, – прижимая руки к груди, с довольной улыбкой отвечает Лора.

Я вешаю пальто на спинку стула, выкладываю на стол роман и проверяю под обложкой конспекты.

– Смотрите! Вот и Мейв, наша заведующая. Думаю, вы не встречались.

К нам приближается миниатюрная женщина средних лет, с бордовыми волосами, в классическом платье-сарафане и головном шарфе с синими птицами. Взгляд ее светло- зеленых глаз прикован ко мне.

– Здравствуйте! – Она приветливо улыбается.

– Приятно познакомиться, – отвечаю я, протягивая руку и пожимая мягкую прохладную ладонь.

Лицо заведующей кажется смутно знакомым.

– Взаимно.

– Благодарю вас за организацию мероприятия!

– Это Лора всем занималась.

Лора светится от удовольствия.