Долина откровений - Чингиз Абдуллаев

Нужно представить себе выражение моего лица. Только этогомне не хватало для полного счастья. В этот момент надо было сразу приниматьрешение о возвращении в Москву. Авария, в которую попал Толмачев, внезапныйотъезд Лёвы, эта дикая турбулентность на маршруте и наконец появление какого-тобандита из окружения Гоги. Нужно было осознать, что бог просто посылает намсигналы, которые мы не поняли. Но известие Равлюка меня потрясло.

– Кто это такой? Почему вы решили, что это человек от Гоги?

– Один из моих людей его узнал. Когда турбулентность началазаканчиваться, он пошел в туалет и столкнулся с этим типом. Это Карен Погосовпо кличке Глашатай. Мой сотрудник – бывший работник МВД и однажды сталкивался сэтим Глашатаем. У него три судимости, и он всегда был на подхвате у Гоги.

– Зачем вы мне это говорите?

– Вы же знаете, кто с нами полетел, – угрюмо сказал Равлюк.

Он ещё позволяет себе обсуждать подобные вещи. Это меняокончательно вывело из себя.

– Мы сами решаем, кто должен с нами лететь, – резко отчеканиля, – в ваши обязанности не входит обсуждение кандидатур наших спутников илиспутниц, которых мы считаем возможным пригласить в нашу группу. Или вы считаетеиначе?

– Я не обсуждаю, – Равлюк был упрямым и не собиралсясдаваться, – в мою обязанность входит ваша безопасность. И поэтому я посчиталвозможным сообщить вам об этом человеке.

– Вы считаете, что нам угрожает опасность?

– Пока нет. Но он не случайно появился в нашем самолете. Вэтом я убежден. Гога мог послать его следить за своей … – он замялся, подыскиваяслова, и наконец произнес: – …за своей бывшей знакомой.

– Предположим. Что это значит? Для чего он послал этогоГлашатая?

– Следить за госпожой Ивченко, – мрачно ответил Равлюк, –это психология бандита. Он считает её своей собственностью. Раз он вложил в еёжурнал такие большие деньги, то считает, что имеет право на такой контроль. И ябоюсь, что у вас могут возникнуть определенные проблемы, если в отелеКуала-Лумпура мы поселим вас вместе.

– Откуда вы знаете, что он вкладывал в журнал большиеденьги?

– Это моя обязанность. Я должен был навести справки очеловеке, который полетит вместе с нами. Вся Москва знает, что госпожа Ивченконесколько лет была близкой знакомой Гоги Тбилисского. И он выкупил её журнал,подарив ей контрольный пакет акций. Вот почему я думаю, что появление всамолете его человека не случайное совпадение.

– Это вы отвечали за безопасность нашего полета, – напомниля своему собеседнику.

– Да, – согласился он, – я сам разрабатывал маршрут изаказывал билеты. Сегодня я попытаюсь проверить, откуда могла произойти утечкаинформации и как Глашатай сумел попасть на наш рейс.

– Значит, ему сообщил об этом кто-то из ваших людей, – судовольствием подвел я итог. – Вы не очень профессиональны, ГригорийГеоргиевич. Вам не кажется, что это вы допустили какой-то прокол?

– Возможно, – согласился Равлюк, – но мы всё проверим. Сюдамы летели на частном самолете. Утечка могла пройти оттуда. Обычно все, ктозаказывает частные самолеты, пользуются услугами двух-трех известных агентств.Они могли выследить, куда именно мы заказали самолет. А потом проверить, нет лисреди пассажиров, вылетающих на Восток, наших фамилий. Карен взял билет на тотже рейс, чтобы лететь с нами в Куала-Лумпур. Возможно, он приставлен Гогой,чтобы следить за его бывшей подругой. Извините, что я так её называю, но всезнали об их отношениях…

– Короче, – перебил я его.

– Он будет следить и докладывать своему боссу обо всём.

– Что он может доложить?

– О ваших отношениях, – безжалостно ответил Равлюк. – Я жеговорю вам, что он считает её почти своей собственностью. И неизвестно, как онбудет реагировать на появление рядом с ней такого кавалера, как вы.

Я даже не обиделся на слово «кавалер». Понимая, что он прав.И появление этого бандита, который работал на Гогу, меня совсем не обрадовало.

– Что нам делать?

– Поселиться в отеле в разных номерах, – предложил Равлюк. –И кто-нибудь из моих людей присмотрит за Глашатаем.

Возможно, это случайность. А возможно, он не один. И намнужно быть осторожнее.

– Правильно, – я подумал, что Равлюк не так глуп, каккажется. И попросил его: – Держите меня в курсе. А номера дайте нам рядом.Когда мы вылетаем в Бруней?

– Завтра вечером. Здесь мы пробудем почти два дня. И однуночь.

– Ясно. Какие судимости были у Глашатая, ваш человек можетвспомнить?

– Я могу позвонить в Москву, информационный центр МВД, –пояснил Равлюк, – но мы помним, что это были статьи за грабеж. Две судимостиподряд. И ещё причинение тяжких телесных повреждений.

– Хулиган и бандит? – пробормотал я.

– Скорее грабитель и бандит, – уточнил Равлюк.

– Он так опасен?

– Три судимости, – напомнил Равлюк, – этот тип можетвыкинуть что угодно.

– Тогда держите его на поводке, – я повернулся и пошел ксвоему креслу.

Когда я сел, Юлия спросила меня:

– Что произошло? Мне кажется, ваш разговор был не оченьприятным.

– С чего ты взяла?