Сценарист - Александр Молчанов

– А кого? Кого мы ищем?

Он начал злиться.

– Эрнест, не начинай.

Каждый раз, когда она говорила «не начинай», он злился еще больше.

– Кого мы ищем? Покойника? Призрак?

– Эрнест, мы ищем мою дочь.

– Нина, мы не знаем, как она выглядит. Мы не знаем, как ее сейчас зовут, мы не знаем, где она.

– Мы знаем, сколько ей лет.

– Извини, но это задачка, которую мог решить разве что царь Ирод – найти нужного ребенка из сотен тысяч. Ты помнишь, какое решение он нашел и какой результат он получил.

– Думай, что говоришь.

– Извини.

Он сделал глоток кофе и пожевал губами. Сейчас он скажет, что она должна смотреть фактам в лицо.

– Нужно смотреть фактам в лицо. Твой отец мертв. У него был рак в терминальной стадии. Ты всадила в него заряд дроби с трех метров. У него не было шансов выжить. Прошло три года. Если его не прикончил твой выстрел, его убил рак.

– Тело не нашли.

– Нина, проснись! Это Россия! Здесь тысячи людей пропадают каждый день. Это не страна, а огромная черная дыра! Ты не представляешь, сколько неопознанных тел остаются навсегда неопознанными.

– Он жив.

– Почему ты так уверена?

– Ты не знаешь моего отца.

– Да и слава богу.

– Что ты сказал?

– Я сказал – да и слава богу, что не знаю. Не хотел бы я с ним познакомиться.

Нина внимательно посмотрела на него.

– Эрнест, о чем мы с тобой договаривались?

– Много о чем. Например, о том, что ты будешь соблюдать режим.

– Я соблюдаю режим. Мы договаривались о том, что я выхожу за тебя замуж, а ты помогаешь мне найти мою дочь.

– Мне кажется, я выполняю свою часть договора.

– Пока выполняешь – я буду выполнять свою.

– Нина, не сердись. Вот же, я предлагаю реальное решение.

– Какое? С частным детективом?

– Ну да, я выяснял. Задал пару вопросов знающим людям. Это даже не очень дорого стоит.

– Я не верю в частных детективов.

– Почему?

– Технологии нам не помогут.

– А что поможет?

– Он сам нас найдет.

– Что? Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Нина, тебе не кажется, что ты со своими поисками немножко…

Нина усмехнулась.

– Сошла с ума?

– Я этого не говорил.

– Эрнест, тебе уже случалось ошибиться с моим диагнозом.

– Минуточку! Я протестую! В твоем случае я считаю, диагноз был поставлен абсолютно верно. Я ошибся лишь в деталях, связанных с твоим прошлым. Да и то совсем ненамного. Не забывай, если бы не я – ты бы до сих пор была овощем в Волоковецком психдиспансере^[1].

– Я этого не забыла. И никогда не забуду.

Эрнест встал и поставил кружку в раковину.

– Оставь, я помою.

Впрочем, он ведь даже не делал вид, что он собирается помыть кружку. Сейчас он предложит рассуждать логически.

– Давай попробуем рассуждать логически.

Нина пожала плечами.

– Где может находиться девочка?

– Где угодно.

– Сколько лет ей сейчас?

– Ей пять лет.

– Он не мог таскать ее за собой. Это точно. Значит, он кому-то ее отдал. Какой-то нянечке, бабушке. Или сдал в детский дом.

– В России тысяча восемьсот сорок семь детских домов, в которых находится около шестидесяти тысяч воспитанников.

– Ничего себе. Ты откуда знаешь?

– Посмотрела в Интернете. Еще есть школы-интернаты. Их около ста пятьдесят по всей стране. Я об этом уже думала.

– Если он отдал ее в детдом, то, скорее всего, записал под другой фамилией. Можно объехать все детдома и показывать заведующим его фотографию…

– У нас нет его фотографии.

– Нина, у меня такое ощущение, что ты ищешь не возможности, а препятствия. Ты хочешь найти свою дочь?

Нина отвернулась к окну. Эрнест понял, что он опять перегнул палку. Он подошел к ней, обнял ее за плечи.

– Извини.

Она стряхнула его руку и отошла в сторону. Повернулась. В глазах у нее не было ни слезинки.

– У меня другой план.

– Да? Какой же?

– Я же сказала. Он сам найдет меня.

– Как?

– Если он жив, он будет меня искать. И я буду к этому готова.

– Если он жив.

– Он жив. Я это чувствую.

– Твои ощущения… это все самообман.

– Думай что хочешь.

– Ну хорошо, допустим, он жив и он хочет тебя найти.

– Конечно, он хочет меня найти.

– Зачем? Ведь, если твоя теория верна, ему от тебя нужно было только одно – твоя дочь. Он ее получил.

– Стоп-стоп-стоп. Ему была нужна не моя дочь. Ему была нужна моя и его дочь.

– Плод инцеста.

– А, как мы выяснили, она не… она не его дочь. Отец девочки – не он.

– Да, я помню, тот школьник, которого он убил в Шиченге^[2].

– Это значит, что, если он хочет осуществить свой план, ему нужно начинать сначала. А для этого ему нужна я. У него нет другой дочери.

– Допустим. Это возможно. Но как он тебя найдет? Счастливый случай?

– Да. Но я помогу этому случаю случиться.

– Как? Повесишь на дверях табличку – «Лупоглазый, я тебя жду»?

– Не называй его так. Я сделала сайт.

– Ты… что?

– Я сделала сайт, на котором описала свою историю.

– Когда?

– Сегодня.

– Ты с ума сошла?

– Если ты скажешь еще раз, что я сошла с ума, – я размозжу тебе голову сковородкой.

– Что, конечно, убедит меня в твоей адекватности. Нина, ты обо мне подумала?

– Нет.

– Нет?

– Нет.

– Мои клиенты. Они могут это прочитать.

– Я тебя не упоминаю.

– Нина, это очень безответственно. Они могут понять, что это моя история…