Охота за «Красным Октябрём» - Том Клэнси

– С вами все в порядке, капитан Райан? – Джоунз осторожно повернул его голову. – Похоже, у вас на лице глубокие порезы от разбитого стекла, сэр.

– Не стоит беспокоиться – увидим, когда перестанет течь кровь, – заплетающимся языком, словно пьяный, произнёс Райан.

– Пожалуй. – Джоунз прижал свой платок к окровавленному лицу Райана. – Надеюсь, обычно вы справляетесь с рулём получше, сэр.

– Капитан Рамиус, позвольте подняться на рубку, чтобы связаться со своим кораблём, – произнёс Манкузо.

– Отправляйтесь, нам может понадобиться помощь при ликвидации пробоин.

Манкузо надел куртку, убедился, что маленький радиопередатчик, которым он пользовался при швартовке, все ещё в кармане, и через тридцать секунд стоял на вершине паруса. Он успел обвести взглядом горизонт. Ещё никогда небо не казалось ему таким красивым. И тут же увидел всплывающий «Даллас».

На расстоянии в четыреста ярдов Манкузо не мог разглядеть лицо офицера на парусе «Далласа», но это наверняка Чеймберз.

– «Даллас», это Манкузо.

– Шкипер, это Чеймберз, – донеслось из крошечного динамика. – С вами все в порядке?

– Да. Но нам нужна помощь. Нос ракетоносца смят, и в борт попала торпеда.

– Вижу, Барт. Посмотри вниз.

– Боже мой! – невольно вырвалось у Манкузо. Рваная пробоина наполовину выступала из воды, в ней плескались волны, и дифферент ракетоносца на нос был заметён. Манкузо удивился, как они вообще остались на плаву, но сейчас не время выяснять причины.

– Перебирайся к нам, Уолли, и спускай плот.

– Идём. Группа борьбы за живучесть наготове, а я… вот и наш второй друг, – произнёс Чеймберз.

«Поги» всплыл ярдах в трехстах прямо перед «Октябрём».

– Капитан, «Поги» передаёт, что район чист. Здесь нет никого, кроме нас. Помнится, мы это уже слышали, – невесело засмеялся Чеймберз. – Может быть, связаться с берегом по радио?

– Нет, давай посмотрим, не справимся ли мы с этим своими силами.

«Даллас» медленно подошёл к «Октябрю». Через несколько минут ударная подлодка Манкузо была в семидесяти ярдах от левого борта ракетоносца, и десять моряков на плотике, преодолевая волны, уже гребли к «Октябрю». До этого момента всего несколько человек на «Далласе» знали, что происходит. Теперь это стало известно всем. Манкузо видел, как матросы, поднявшиеся на палубу, указывают на повреждённый ракетоносец и оживлённо разговаривают между собой. Действительно, есть о чём.

Повреждения оказались не такими серьёзными, как казалось сначала. Торпедный отсек не был затоплен – от удара сработал датчик и выдал ложный сигнал тревоги. Носовые балластные цистерны треснули, и в них плескалась морская вода, но субмарина была такой большой и её балластные цистерны были разделены на такое число сот, что дифферент на нос не превышал восьми футов. Крен на борт был всего лишь непривычным. Через два часа заделали пробоину в радиорубке, и после длительного обсуждения, в котором принимали участие Рамиус, Мелехин и Манкузо, пришли к заключению, что ракетоносец может снова погрузиться и продолжать плыть в подводном положении, если скорость хода не будет большой, а глубина погружения не превысит тридцати метров. Правда, в Норфолк они прибудут с опозданием.