Сад костей - Тесс Герритсен

Знала ли, что тот июльский день станет для нее последним на этом свете?

Вечером Джулия чувствовала себя слишком усталой, чтобы заниматься готовкой, и решила обойтись горячим сандвичем с сыром и томатным супом. Она ела за кухонным столом, разложив перед собой ксерокопии статей о

Хильде Чамблетт. Заметки были краткими, в них сообщалось лишь, что пожилую женщину обнаружили мертвой на заднем дворе ее дома и что смерть, скорее всего, не была следствием насилия. Цитировалось высказывание одного из соседей: умереть летним днем в собственном саду — разве можно придумать смерть лучше? Джулия прочитала некролог: «Хильда Чамблетт, всю жизнь прожившая в Вестоне, штат Массачусетс, 25 июля обнаружена мертвой на своем заднем дворе. В бюро судмедэкспертизы определили, что ее смерть произошла «скорее всего вследствие естественных причин». Прожив последние двадцать лег во вдовстве, она была известна в садоводческих кругах как большая любительница растений, отдававшая предпочтение ирисам и розам. У нее осталось несколько родственников, среди которых двоюродный брат Генри Пейдж из Айлсборо, штат Мэн, племянница Рейчел Серрей из Роанока, штат Вирджиния, а также двоюродный внук и две двоюродные внучки».

Телефон зазвонил так неожиданно, что Джулия облила страницу томатным супом. Наверняка Вики, решила она возможно, удивляется, что я ей не перезвонила. Ей не хотелось говорить с Вики, не хотелось слушать о грандиозных планах, касавшихся свадьбы Ричарда. Но если не ответить сейчас, Вики позвонит позже. Джулия сняла трубку.

— Алло.

— Это Джулия Хэмилл? — спросил скрипучий голос пожилого мужчины.

— Да она самая.

— Значит, это вы купили дом Хильды.

Джулия поморщилась:

— А кто это?

— Генри Пейдж. Двоюродный брат Хильды. Я слышал, вы нашли у нее в саду какие-то старые кости.

Вернувшись к кухонному столу, Джулия быстро просмотрела некролог Пятно от супа оказалось как раз на том предложении, в котором перечислялись родственники Хильды. Она промокнула суп и увидела нужное имя: «…ее двоюродный брат Генри Пейдж из Айлсборо, штат Мэн…»

— Эти кости вызвали у меня определенный интерес, — проговорил старик. — Понимаете, я считаюсь историком семейства. Потому что никому больше нет до этого дела, — фыркнув, добавил он.

— Что вы можете мне рассказать об этих костях? — поинтересовалась Джулия.

— Ничегошеньки. «Тогда зачем вы мне звоните?»

— Я сейчас все это расследую, — сообщил он. — После себя Хильда оставила около тридцати коробок со старыми бумагами и книгами. Никто не хотел забирать их, поэтому они перешли ко мне. Признаюсь, я просто отставил их в сторону и ни разу не притрагивался к ним за прошедший год. Но потом узнал о таинственных костях, и мне стало любопытно, а вдруг в коробках найдется что-нибудь об этом. — Он замолчал. — Вам это интересно, или мне лучше заткнуться и распрощаться?

— Я слушаю.

— Так поступает большинство моих родственников. История теперь никого не волнует. Все только и делают, что гонятся и гонятся за свежими новостями.

— Расскажите об этих коробках, господин Пейдж.

— Ах, да. Я наткнулся на некоторые любопытные документы, имеющие историческую ценность. И мне стало интересно: а вдруг я нашел ответ на вопрос, кому принадлежали эти кости.

— Что там за документы?

— Письма и газеты. Они все здесь, у меня дома. Можете взглянуть на них в любое время, когда захотите приехать в Мэн.

— Это же ужасно далеко, верно?

— Не очень, если вам действительно любопытно. Мне совершенно безразлично, интересуетесь вы этим или нет.

Но поскольку речь идет о вашем доме, о людях, которые когда-то в нем жили, я подумал, что эта история может вас увлечь. Я действительно так думаю. Эта история кажется необыкновенной, но есть газетная статья, которая все подтверждает.

— Какая газетная статья?

— О жестоком убийстве одной женщины.

— Где? Когда?

— В Бостоне. Это произошло осенью тысяча восемьсот тридцатого года. Если вы приедете в Мэн, мисс Хэмилл, вы сами прочитаете все эти документы. О странной истории Оливера Венделла Холмса и Вестэндского

Потрошителя.